Частные случаи общечеловеческих симпатий

* * * Дорога до бара пролетела как один миг, фьють, и он уже расплачивается с таксистом, глядит вслед разворачивающейся белой хонде и идёт к дверям, из которых как раз кто-то выходит. Изнутри льётся мягкий свет, ненавязчивый шум голосов, лёгкая музыка – полная противоположность его внутреннему состоянию. На душе тяжело, и откровенно хочется кого-нибудь убить. Даже, пожалуй, кого-то вполне конкретного. Внутри он почти сразу замечает Романа, который сидит на «их» месте. Рома тоже его заметил, развернулся в его сторону и смотрит выжидающе. До него осталось пару шагов, когда телефон снова издаёт своё пилинь-пилинь. Неужели его ещё кто-то где-то ждёт? Остановившись, он читает сообщение от Тиграна: Юля вернулась. Она сделала аборт. Марк остаётся стоять на месте, перечитывая сообщение ещё раз, и ещё раз. Аборт. В этот раз по-настоящему? И что ему теперь делать? Второй раз ему сообщают об убийстве его будущего ребёнка, это уже походит на абсурд. Только в этот раз почему-то по-настоящему больно. Может, потому, что он трезвый? - Хэй, Марк! Роман выглядит встревоженным, он поднялся со своего места и подошёл, заглядывая в глаза и пытаясь понять причину этого странного выражения, застывшего на лице Марка. Вместо ответа Марк поворачивает телефон, давая ему прочесть сообщение. Громко втянув воздух, Роман кладёт руку ему на плечо и усаживает за стойку бара. Делает сигнал бармену, и уже через мгновение перед Марком появляется стакан, который он тут же опрокидывает в себя, даже не обращая внимания, что там. - Мне очень жаль, Марк. Его голос искренен. Он понимает, каково это. Или нет? Ведь его ребёнок родился. Правда, он с ним не видится. - Слушай, Ром, а ты давно своего ребёнка не видел? Роман, кажется, удивлён такому вопросу, но отвечает: - Почти два года. - А сколько ему? - Ей. Скоро пять. - Значит, она тебя и не узнает, если увидит. Это, пожалуй, слишком жестоко. Роман смотрит, сжав губы, но ничего не отвечает. - Прости, - качает головой Марк и просит бармена повторить. – Мне жаль, что так вышло у вас с Катей. Это из-за твоей… твоих предпочтений? Роман пожимает плечами, не видя смысла подтверждать очевидное. - Она тогда кричала на тебя, я слышал. Кричала, что ты не нормальный. Я тогда не понял, о чём речь. Это несправедливо. - Рома по-прежнему молчит. А Марка не остановить: – Как ей вообще можно доверить ребёнка, она же неадекватная. Как она за ней ухаживает? - За ней больше бабушка присматривает, - наконец принимает участие в разговоре Роман. – Старая мегера… Она меня с самого начала возненавидела, а после развода стало ещё хуже. Мне кажется, она меня пристрелит, если я появлюсь на расстоянии километра от моего ребёнка. - А где они живут? - В Подмосковье. - А ты знаешь, где конкретно? - Конечно. - А давай съездим к ним! – предлагает Марк, уже достаточно нетрезвый, чтобы идти на подвиги независимо от их предполагаемой трудности. Роман лишь улыбается и качает головой: - Давай в другой раз. - Хорошо, - покладисто соглашается Марк и вдруг кладёт голову на сложенные руки, почти ложась на стойку. – А у меня ребёнка не будет. – Вздыхает. – И не будет теперь уже никогда. Ни-ко-гда, - повторяет последнее слово по слогам, будто пытаясь осознать такое огромное и безнадёжное слово. - Жалеешь о своём выборе? – Роман склоняет голову и смотрит внимательно. - Выборе? Как будто он у меня когда-нибудь был, - хмыкает Марк, что выглядит смешно, поскольку он всё ещё полулежит. - Хочешь поговорить о сегодняшнем? – Роман серьёзен. Марк выпрямляется, думает мгновение, качает головой: - Не сейчас. Сейчас я хочу тупо нажраться. Отвезёшь меня потом в отель? Ты знаешь, где это, номер триста пятьдесят два, - достаёт и протягивает ключ от номера. Роман кивает, просит у бармена бутылку и закуску, и они идут в угол, где мягкие диванчики, удобные столики, и можно накачиваться, не боясь свалиться другим посетителям под ноги. После, кажется, была вторая бутылка, они о чём-то говорили, потом, вроде бы, Роман тащил его в машину, и это была не его машина, а такси, в котором, его, кажется, вырвало, потом его ещё куда-то тащили, и затем, наконец, наступила блаженная темнота. * * * Утро было отвратительным, как только может быть отвратительным утро с похмелья. Не сразу удалось вспомнить причину, и события всего предыдущего дня. Ещё не открыв глаза, Марк начал решать, как с этим быть – со всем сразу, звонить ли Юле, и делать ли вид с Романом, что ничего не случилось. Кстати, а где Роман? Разлепив кое-как глаза, Марк убедился, что находится в своём номере, даже лежит на кровати, и здесь больше никого нет. Значит, Роман действительно выполнил просьбу и привёз его в отель. Кольнуло чувство разочарования. Не то, чтобы он надеялся на то, что Рома потащит его к себе домой, и там они… Стоп. Он пока не готов к откровенным фантазиям, особенно когда так мутит и болит голова. Дотянувшись до телефона, он увидел там входящее сообщение от Романа: Отоспись сегодня, приди в себя. Завтра выходи на работу. Что ж, сразу две хорошие новости – прямо сейчас можно никуда не торопиться, и его не уволили. Приведя себя в порядок, насколько это возможно, он заказал в номер лёгкий завтрак и аспирин. После чего решил позвонить Лере. Хотелось с кем-нибудь поделиться тем, что происходит в его жизни, а единственный человек, который подходил сейчас на роль друга – это она. Сев на кровать, он набрал номер. Лера ответила сразу. Судя по шуму, она была где-то на улице. - Юля вернулась, - сразу начал он. - Знаю, - ответила Лера как-то несвойственно для себя тихо и невесело. – Вернулась… А тебе-то что? Неужели хочешь её вернуть? - Нет. Она аборт сделала, в этот раз по-настоящему. - Мне жаль, - дежурное сочувствие в ответ, но не похоже, что это особенно её зацепило. – Ты из-за этого звонишь? - Не только, - после паузы ответил Марк. Он решил ей всё рассказать, но всё равно трудно вот так, сразу. – Слушай, Лер, а когда ты поняла, что все мужики – козлы? - Лет в четырнадцать, - рассмеялась Лера. – А что, ты всё-таки переспал со своим Романом? А потом он разбил твоё нежное сердечко? - В том-то и дело, что нет! То есть не переспал. А насчёт разбил – чувствую себя очень близко к этому. Я неудачник по жизни. Всю жизнь занимался самообманом, вдруг влюбился в парня, он – о чудо! – гей. Вот только я ему нахрен не нужен, понимаешь? – рассказав главное, Марк откинулся назад, оказавшись лежащим поперёк постели. - Поверь мне, прекрасно понимаю. Здравствуйте, грабли! – горький смешок. - А у него есть кто-нибудь? - Есть. Я его видел. - Симпатичный? - Да, довольно симпатичный. Даже красивый, наверное. - Красивый – это плохо. - И что мне теперь делать, Лер? – получилось совсем жалобно. - Валяться весь день в постели, смотреть в окно и жалеть себя. Дополнительная опция – напиться. - Не-е-е-ет, с этим пока лучше завязать. - Тогда три варианта – смириться и тихо страдать, пойти найти себе кого-нибудь назло ему, или попытаться его завоевать. Ты хочешь его заполучить? Марк полежал с закрытыми глазами, пытаясь понять ответ на этот простой вопрос. - Да. Хочу. - Значит, борись. - А как? - Марк, ты же у нас, блядь, мужик! Ты должен знать, как бороться. - Я не спец в отбивании чужих мужиков. - А я, по-твоему, спец? Посмотри на меня! Дура и неудачница. Нашёл у кого спрашивать совета. Я не знаю, найди этого парня, набей ему морду, скажи, что Рома – твой. - Спасибо за совет, непременно так и сделаю! - А я, между прочим, серьёзно. Ладно, спасибо за звонок, хоть развеселил меня. - Всегда пожалуйста. - Давай, мне пора. Держи меня в курсе событий, мне интересно! Пока, сладкий! - Пока, - ответил он, но Лера уже повесила трубку. После сеанса откровений накатила некая эйфория, лёгкость, и захотелось немедленно поделиться со всем миром. Может, звонить всем по порядку в телефонной книге и говорить – а вы знаете, я теперь гей! Интересно, многие ли по-настоящему удивятся? Нервно хихикнув, он отложил телефон и задумался. Если уж решить не делать из этого тайны, то сначала нужно сказать родителям. От этой мысли побежали мурашки, и на миг стало трудно дышать. Что это, страх? Похоже. Это немного отрезвило. Весь мир подождёт его признания, а вот с Юлей нужно поговорить. Если она согласится, что вряд ли. Поразмышляв, он набрал сообщение Тиграну: Спасибо, что сообщил вчера. Скажи, можешь мне помочь? Впусти меня вечером, я хочу поговорить с ней. Обещаю, никаких скандалов и истерик. Я хочу извиниться. Ответ пришёл лишь через десять минут: Хорошо. Приходи в восемь. Но если нарушишь обещание – набью твою поганую рожу. Марк облегчённо выдохнул. Тигран согласился, это хорошо. Теперь осталось дождаться вечера, хотя это не так уж долго, учитывая, что он проснулся почти в обед. Торчать в номере осточертело, и он решил скоротать время где-нибудь ещё. Когда он спустился и проходил мимо ресепшена, его окликнули: - Если съезжаете, сдайте ключи. Или продлите проживание? - Что, простите? – Марк остановился и посмотрел на девушку за стойкой. Девушка была молодая, но несимпатичная, даже некрасивая, можно сказать. Марк поймал себя на глупой мысли – ему что, с этого дня все женщины будут казаться некрасивыми? - Вы оплатили две ночи в нашем отеле. Если хотите оставаться дальше, внесите, пожалуйста, оплату. Марк огорчённо покачал головой. Денег прямо сейчас не было. Если его правда не уволили, то аванс будет через неделю… Но где всю эту неделю жить? Занять у Романа под аванс? Ага, они до сих пор не поговорили о случившемся, а он позвонит и будет просить денег, мда. Сдав ключи, он вышел на улицу и не спеша побрёл в сторону метро. * * * До вечера он просидел в кафешке, заказав кофе и какие-то булочки, самые дешёвые из тех, что были в меню. К восьми он стоял внизу здания, где довольно долгое время был его дом. Тигран не обманул. Здание впустило его, пара минут, и дверь ему открывает муж его бывшей невесты. - Тигран, кто там? – раздался юлин голос из глубин квартиры, и вот она появилась, высокая, стройная, такая же невероятно красивая как и всегда, в чём-то развевающемся и лёгком, с распущенными волосами, с бокалом вина в руке. Юля увидела его, поставила бокал на стойку, скрестила руки на груди. Марк проводил этот жест взглядом, отметив про себя – раз уж пьёт вино, ребёнка действительно нет. - Какого чёрта тебе нужно, Марк? И зачем ты его впустил, Тигран? – Юля гневно посмотрела на мужа, тот лишь развёл руками и отступил на шаг. - Нам надо поговорить, я попросил его о помощи, - объяснил своё присутствие Марк. - И о чём ты хочешь говорить? Если собираешься поскандалить из-за аборта, можешь сразу катиться к чертям. – Юля забрала бокал и демонстративно развернулась и пошла к креслу около телевизора. Подавив проснувшееся раздражение и злость, Марк сделал два глубоких вздоха и под внимательным взглядом Тиграна сказал: - Я пришёл, чтобы попросить у тебя прощения, Юль. - Прощения? Серьёзно? Я не верю своим ушам, – она подняла бровь, остановившись вполоборота к так и стоявшему у дверей гостю. – Что же такого случилось, Марк? Она явно всё ещё злилась, но была неподдельно удивлена. - Случилось… Да, кое-что случилось. – Марк прокашлялся. По телефону сказать об этом было легче, а вот так, в лицо, да ещё бывшей девушке… - Тигран, перестань, пожалуйста, на меня таращиться. Тигран, сверливший его взглядом исподлобья всё это время, закатил глаза, но отвернулся. - Ну, в общем… Я гей. Как в пропасть с места, ух! Однако земля не пошатнулась, небо не обрушилось. - Что, прости? – переспросила Юля, а потом нервно засмеялась. Прикрыла лицо ладонью, а потом расхохоталась в полный голос, закинув голову. Марк с Тиграном внимательно следили за ней, пытаясь понять, не истерика ли это. – Гей? А-ха-ха-ха, и ты приходишь и говоришь мне это вот так? – Она перестала смеяться, села в кресло и уставилась в окно. - А как ещё об этом можно сказать? Я, наконец, разобрался в себе, и мне жаль, что я причинил тебе боль, что ты потратила на меня три года своей жизни. Мне правда жаль, Юль. Она не отвечала, тогда Марк посмотрел на Тиграна, который продолжал быть лишь зрителем и арбитром происходящего. Он не казался удивлённым, но по этим армянам никогда ничего не поймёшь. - Налить? – предложил Тигран, и Марк кивнул. Сел на стул около стойки, принял бокал, поблагодарил кивком. После продолжительной паузы Юля подошла к ним и спросила Марка: - И чего ты теперь хочешь от меня? - Ничего. Просто понял, что обязан поговорить. Надеялся, мы сможем остаться друзьями. - Друзьями, - повторила Юля скептично, хмыкнула. Кажется, гроза миновала. - Если ты… если вы оба не против. Тигран лишь ухмыльнулся, прекрасно осознавая, что его мнения никто спрашивать не будет. - И когда ты всё понял? – поинтересовалась Юля. - Вчера. - А что произошло? - Всё довольно тривиально, - Марк немного неловко пожал плечами, с кривой улыбкой отвечая на вопрос. Кажется, она не сердится, и похоже, ей действительно интересно. – Влюбился в своего начальника. Безответно. Так что… - ещё одно пожатие плечами. - А он знает? - Ну, да. То есть, мы не говорили об этом. Не знаю… Всё запутано. - И он тебя не уволил? - А с чего бы ему это делать? Он сам гей, понимает меня… - Серьёзно? – Юля удивлённо подняла брови, а затем рассмеялась. - Да-а-а-а, мне везёт как утопленнику, я знаю. Только я мог запасть на парня, который гей, но ему насрать на меня. Что поделать, такова жизнь. - И что ты будешь делать? - Честно? Не имею ни малейшего понятия, - Марк широко развёл руками. – И Юль, пожалуйста – если тебе вдруг позвонят мои родители, не говори им об этом, хорошо? Я сам скажу, потом. - Ладно. - И ещё просьба… Я знаю, я жалок, но мне негде сегодня ночевать. – Юля вздохнула и покачала головой, и Марк зачастил: – Мне некуда податься, дядя выгнал, денег на отель нет. Я не хочу спать на улице, пожалуйста. Одна ночь, обещаю! - Только чур никакой порчи сантехники! – сдалась девушка. - Есть никакой порчи! – обрадованный Марк вскочил и шутливо козырнул. - Ты действительно жалок, Марк. - Я знаю. * * * Утро нового дня встретило ярким солнцем, которое пыталось поднять настроение всем спешащим на работу в такую рань. Вот только на Марка это не действовало. На душе было муторно. Прошёл день, он нормально выспался, настало время вновь увидеться с Ромой, а до сих пор было ни черта не ясно, что ему говорить. Ксюши на ресепшене не было, пока он проходил мимо, и Марк вздохнул с облегчением. Хотя бы один разговор можно отложить. Рабочее место на этот раз не изменяло ему с первым встречным молоденьким прыщавым архитектором и терпеливо дожидалось своего хозяина. Почти сразу Марка позвал в кабинет Роман, и он обречённо поплёлся туда. Может, пойти ва-банк и сразу попросить в долг? Или попроситься пожить у него? Ха, смешно. Марк уселся напротив начальника и вперил в него взгляд, сделав лицо насколько возможно кирпичом. - Знаешь, Марк, - сказал Роман, оторвавшись от монитора. – Твоя подруга Лера - замечательная девушка. - Что?.. – удивился Марк. – Почему ты о ней вспомнил? - А она вчера приходила, - небрежно произнёс Роман, откидываясь на спинку кресла. - Сюда? - Ну да, сюда. - О господи, - простонал Марк, закрывая лицо руками. – Боже мой, нет. Я даже не хочу представлять, что она тебе наговорила. - Она за тебя переживает. Похоже, она хороший друг. Ты ведь ей первой позвонил вчера? Марк что-то промычал, не отрывая рук от лица. - Да ладно, перестань. Ну же. Ну, давай, посмотри на меня. Наконец Марк поднял взгляд на Романа. - Она не сказала ничего, чего я не знаю, поверь мне. - Что ж, тем лучше. Это избавит нас от неловкой сцены моего признания в любви, - криво усмехнулся Марк. - Не надо так, пожалуйста. Я сейчас серьёзен, и я хочу поговорить о том, что происходит между нами. Прошу, послушай меня. – Дождавшись кивка, Роман продолжил: - Я очень хорошо понимаю, что ты чувствуешь сейчас. Что чувствовал последние дни, что с тобой происходило. Я прошёл через то же самое, и я помню, как было тяжело. Ещё раз повторюсь, я очень хорошо тебя понимаю, поверь мне. Я не насмехаюсь над тобой, или твоими чувствами. Сейчас ты можешь думать, что влюблён в меня, но… - Увидев, что Марк собрался что-то возразить, он поднял руку и остановил его: - Дай договорить. Ты можешь думать, что влюблён в меня, но это не обязательно так. Просто ты встретил человека, который перевернул твой мир и заставил понять себя, и сейчас все твои чувства и мысли зациклены на нём. То есть, на мне. Ты переживёшь этот этап, разберёшься в себе. Поймёшь, что тебе нужно, кто тебе нужен. Это потребует времени, да. Что же касается меня – увидев тебя, я почти сразу понял, в чём дело и решил помочь. Прости за провокации, но иначе было нельзя. Ты мне нравишься, Марк – в самом общечеловеческом смысле, какой только возможен. Но у меня есть молодой человек. У нас всё серьёзно, мы давно вместе, я его люблю. Роман говорил негромко, убедительно, и слова его были правильными, логичными, стоило к ним прислушаться… Только вот хотелось вскочить и убежать прочь. Кажется, что влюблён? Как же он смешон, наверное… Марк сидел, вперившись взглядом в пол, щёки его покраснели. Так стыдно ему не было со школьных времён, когда учитель отчитывал его у доски. - Прости, что говорю это всё, но в данной ситуации нужна определённость. Можешь меня ненавидеть, если так будет легче. Но я прав. И ты поймёшь это потом. Роман замолчал. Пауза затягивалась. - Может быть, спросишь о чём-нибудь? – предложил он, так и не дождавшись реакции от Марка. - Да, пожалуй. – Марк поднял взгляд, стараясь держать лицо спокойным. – Займёшь денег до аванса? Мне жить негде. От этих слов Роман опешил. Пожал плечами, достал из кармана несколько купюр достоинством в пять тысяч, положил на стол. Марк взял их и поднялся. - Спасибо. - А где ты сегодня ночевал? - У бывшей и её мужа. Роман хмыкнул. - Я верну, - пообещал Марк. - Хорошо. Что ещё сказать, Роман не знал, поэтому просто смотрел, как Марк поворачивается к выходу. Затем, вспомнив что-то, он обернулся и спросил: - А что с теми чуваками из министерства? У тебя не будет из-за них проблем? - Да всё нормально. Правда, Марк, всё окей, не парься. Мы всё-таки в Москве живём, а Москва, как известно, – не Россия, тут свои законы действуют. Так что кое у кого отношение ко мне, наоборот, даже улучшилось. - Ладно, - Марк кивнул. – Ну, я пошёл. Работать, - уточнил он, тыкая пальцем куда-то в сторону своего рабочего места. - Да, иди. * * * Как ни странно, поработать удалось. Даже весьма продуктивно – погружение в проект дало возможность не думать об утреннем унизительном разговоре. Ближе к обеду позвонила Лера. Марк поглядел по сторонам, сомневаясь – стоит ли брать трубку прямо в офисе? Лера наверняка начнёт расспрашивать про Рому. А, к чёрту всё. - Привет, Лера. Ты где? - Привет, сладкий, - прощебетала Лера, и Марк поморщился. Она что, теперь постоянно его будет сладким называть? – А я в больнице. - Что случилось? – Марк выпрямился. – Мне приехать? - Да я в порядке, не переживай. Я к Игорьку приехала. - А что с ним? - А с ним почти то же, что с тобой – несчастная любовь. Бросила его Сашка, он и наглотался таблеток. Сейчас в реанимации. - Вот блядь! – ругнулся Марк и прикрыл рот ладонью, заметив осуждающие взгляды коллег женского пола. – Что врачи говорят? - Говорят, что жить будет, скорее всего. В общем, тут мы с Наташей, и Мишина, однокурсница Игорька. Она его нашла. - Слушай, я бы приехал сейчас, но не могу. Я вчера день пропустил, как ещё и сегодня отпрашиваться? Я приеду вечером. Держи меня в курсе, хорошо? И скинь мне адрес больницы. - Ладно. И один вопросик. - Давай. - Ты ведь не собираешься делать тайной своё волшебное превращение, да? Фея расправила свои голубые крылышки, все дела… - Лера, ты ведь понимаешь, что я уже хочу тебя придушить? Лера задорно рассмеялась. - Не придушишь. Так мне можно посплетничать о тебе? Иметь друга-гея нынче модно. - Сплетничай, разрешаю. - Спасибо, сладкий! В трубке раздались гудки. Марк посидел, раздумывая, насколько должно быть плохо, чтобы попытаться свести счёты с жизнью, и дойдёт ли он сам до такого, после чего вернулся к работе, решив оставить эти безнадёжные размышления на вечер. Через пару часов пришло сообщение от Леры: Без изменений. В сознание ещё не приходил. И тут есть парочка довольно симпатичных докторов. Жаль, у них маленькая зарплата. Когда же рабочий день, наконец, завершился, он поспешил вниз. Почти пробегая мимо ресепшена, он услышал голос Ксюши: - Марк! Пришлось остановиться и вернуться на несколько шагов назад. - Да, Ксюш. - Ты занят сегодня вечером? - Да. Извини, я спешу. - А. Что ж, ладно, – Ксюша выглядела расстроенной. Похоже, она не поверила. - Я не вру, - непонятно почему, но он стал оправдываться. Какое ему вообще дело, если она ему не верит? - Правда, мой друг сейчас в больнице. Его бросила девушка, и он нажрался каких-то колёс, сейчас в реанимации, до сих пор без сознания, - объяснил он. Лицо девушки немного прояснилось. - А можно с тобой? Марк заколебался с ответом. В общем-то, можно было и согласиться, но он вспомнил о своём разрешении Лере посплетничать о нём, и представил, как придёт туда, и все будут знать о том, что он теперь гей, и вот, рядом с ним, милая юная девушка… Они её сожрут. - Лучше не надо, чего тебе там делать. Давай, пока, завтра увидимся! – он помахал рукой и двинулся к выходу из здания, где как раз успел к этому моменту образоваться Роман. Марк весь день успешно избегал встреч, и вот на тебе. Начальник обернулся, выходя, придержал дверь, пропуская его. - Тебя подвезти? – спросил Роман в спину убегающего от него Марка. - Что? - обернулся тот. - Я спросил, нужно ли тебя подвезти. Ты выглядишь обеспокоенным, что-то случилось? Роман был, как обычно, само спокойствие и вежливость. - Подвезти? После того, что случилось? – переспросил Марк. Почему-то его злило поведение Ромы, его невозмутимость. - А что случилось? - Действительно. - Марк посмотрел в сторону, сжав губы, снова на начальника. - А подвези! Почему бы и нет. Когда он пошёл к его машине, то заметил замершую около дверей Ксюшу, что смотрела им вслед. - Давай адрес, - сев за руль, потребовал Роман. Достав телефон, Марк назвал адрес больницы. Тронувшись с места, Роман поинтересовался, что случилось, он в очередной раз пересказал историю несчастной любви. Далее они ехали молча, Марк смотрел в окно. У Романа один раз зазвонил телефон, он сбросил вызов, покосившись на своего пассажира. У Марка кольнуло внутри. Это что, был его парень? Если бы по работе, он бы не сбросил. Жалеет его чувства, что ли? Черт бы его побрал, от этого только хуже. - Это твой близкий друг? – спросил Роман, когда они уже почти приехали. - Нет. Просто тусили общей компанией частенько. Познакомились через Юлю. Юля это… - Да, я помню. Твоя бывшая. Понятно. - Ага. Они остановились. - Спасибо, Роман Сергеич. - Да ладно, Марк, откуда вдруг такой официоз? Ещё начни ко мне на «вы» обращаться. Марк усмехнулся. Действительно, глупо как-то. - Пойти с тобой? - Что? – Марк уже отстегнул ремень и собрался выходить, но удивлённо уставился на Романа. - Я спросил, мне пойти туда с тобой? - Ты что, сейчас издеваешься? – нервный смешок. – Там Лера, и еще небольшая кучка баб, которые просто обожают сплетни. Они уже стопроцентно в курсе, что я безнадёжно влюблён в своего начальника, и вот я такой появляюсь, и рядом – объект неразделённой страсти. Ну пиздец! Спасибо, обойдусь! - излишне резко закончил Марк и выдохнул. - Ты злишься, - констатировал Роман, и это его окончательно выбесило. - Да, блядь, злюсь! Только мне не надо тебе объяснять, почему, поскольку ты и так прекрасно понимаешь мои чувства! Ты у нас всевидящий пророк, тебе лучше знать, что со мной происходит! И вообще, иди ты нахуй! Выскочив из автомобиля, Марк не удержался и хлопнул дверью, а потом показал фак вслед уезжающей машине. Только после этого он заметил Леру, которая стояла недалеко от входа с телефоном в руках. Оправив рубашку с пиджаком и пригладив волосы, он направился к ней. - Привет, сладкий. – Лера чмокнула его в щёку. – Всё плохо, да? – сочувственно спросила она. - Всё отвратительно. Я практически в одном шаге от того, чтобы оказаться на соседней койке с Игорем. - Держись, не раскисай! Поверь мне, будет ещё хуже, - Лера покровительственно похлопала его по плечу. - Умеешь утешить, да уж. Пошли уже внутрь. - Пошли. Тебе есть, где переночевать-то? - Есть. Вернее, будет. Я занял у Ромы до зарплаты. Лера уставилась на него с умилением, округлив губки: - Слушай, ну это даже очаровательно. Признаёшься ему в любви, занимаешь денег, а потом хлопаешь дверью машины так, что она чуть не отваливается! - А я и не признавался. Не пришлось, поскольку кое-кто влез без спроса. Тебе не стыдно? - Нет! И вообще, мог бы и спасибо сказать. - Спасибо, - скривился Марк. – Только больше так не делай. - Ничего не могу обещать. Они дошли до приёмного, где было довольно прилично народу. Лера направилась к скамейке, на которой сидели Наташа и рыжеволосая женщина, которая очевидно и была той самой Мишиной. Вид у неё был неважный, похоже, она здесь была уже долго. Тут же были и Юля с Тиграном. Марк поздоровался кивком со всеми и сел на свободное место рядом с рыжей. - Привет, - сказал он ей, усаживаясь на жёстком сидении поудобнее. - Привет, - ответила Мишина. – А это ты – тот самый несчастный, который влюбился в начальника? - Да, - стараясь смириться с неизбежным, коротко ответил Марк и выдавил улыбку. – Тот самый. Марк, приятно познакомиться. - Женя, - она протянула руку, и он пожал её. - Привет, Марк. – Наташа наклонилась вперёд, чтобы увидеть Марка через сидящую между ними Женю. - Как дела? - Привет, Наташ. Дела – ужасно. Но можно маленькую просьбу? Давайте говорить не обо мне? Пожалуйста. Он решил было, что отвязался от расспросов, но Наташа сказала: - Если ты думаешь, что у одного тебя пиздец в личной жизни, то ты неправ, Марк. Мой муж в тюрьме. Я подала на развод. Ещё вчера я думала, что наконец нашла настоящего мужчину, почти влюбилась в него, а оказалось, он просто извращенец, который спит со всеми своими клиентками. Закончив, она с вызовом глянула на Мишину. Та пожала плечами, но поддержала вызов: - Я с первого курса института влюблена в одного мужчину. Которому на меня совершенно наплевать. Сейчас он на грани смерти из-за одной поганой сучки, которая разбила ему сердце. Наташа с Мишиной посмотрели в сторону Юли, рядом с которой пристроилась Лера. Тигран сидел по другую руку от Юли и делал вид, что не замечает лериного присутствия. Девушки переглянулись, и Лера внесла свой вклад в коллективную исповедь: - Я влюбилась в одного парня, но он оказался мудаком и кинул меня. Потом в другого, но история повторилась. Теперь я трахаюсь с отвратительным старым мужиком, чтобы мне было, где жить. Что ж, Лера как всегда не стесняется в выражениях. Все посмотрели на Юлю. - Что ж, и я скажу. Я три года прожила с мужчиной, который пару дней назад понял, что он гей. Я от него забеременела и сделала аборт. Тиграну явно хотелось оказаться где-нибудь подальше от этого бабского собрания, к коему теперь с некоей долей можно отнести и Марка. - Что ж, спасибо, девочки, - подытожила Наташа. – Скажи, Марк, твой мужик – он сейчас в тюрьме? - Нет, - пришлось ответить Марку. Он уже понял, к чему ведёт женщина, но приходилось играть в эту игру. - Может, он при смерти? - Нет. - Он выкинул тебя из своей жизни и не хочет с тобой общаться? - Нет. - Он старый вонючий урод? - Нет. - Тогда, Марк, мы будем говорить о тебе, - Наташа ткнула в него пальцем. – Рассказывай. Как познакомились, чем занимается, какой он в постели… Марк со вздохом откинул голову на спинку сиденья и сполз по нему вниз, прикрыв глаза. - Да чего тут рассказывать? Какой в постели – не знаю. Познакомились обыденно – я нашёл работу, пришёл устраиваться. Он дал мне шанс. Высокий, красивый, обаятельный до невозможности... Играет в баскетбол. Я тоже туда ходил. Даже не сразу понял, что ходил играть только из-за него. Сначала думал, что нашёл в нем друга, поэтому хочу его общества… А потом мы накурились, и я попытался его поцеловать. - Поцеловать? – спросила Лера. – Ты мне не говорил! И что? - Ничего, он уклонился. Я ушёл. - Дурак, - это Мишина. - А я сказал, что в это время мы сидели на полу возле кровати, где валялась в отрубе его бывшая жена? Раздался смех. - А ещё у него есть дочка. Скоро пять. И он её не видел уже два года. - Вот как, - глубоко вздохнула Наташа. Как единственная мать среди присутствующих, только она могла понять всю печаль ситуации. - И что же было дальше? – а это Юля интересуется. - На следующий день он мне сказал, что если хочешь целовать парня – надо целовать. Я подумал, ещё подумал… Всю ночь не спал, - Марк усмехнулся, вспоминая ту ночь, когда он в буквальном смысле не сомкнул глаз, не переставая думать о том, что делать дальше. – А утром пошёл и поцеловал его. А он меня чуть не убил, потому что это увидели какие-то важные люди из министерства. Наорал матом, послал. - Вот это невезуха! – восхитилась Лера. - Наверное, было больно? – спросила Мишина. - Было больнее, когда он вчера утром сказал, что мне только кажется, что я в него влюблён. Что он просто хотел мне помочь, что это пройдёт и бла-бла-бла… Ненавижу его, - закончил он почти шёпотом. - Наверное, это ужасно, когда тебе говорят, что твои чувства – ненастоящие, - в голосе Наташи было настоящее сочувствие. Марк пожал плечами. Она продолжила: - И что, вы больше не разговаривали? - А он сейчас подвёз Марка до больницы, - влезла Лера. - Что, правда? – Наташа никак не унималась. – О чём вы говорили? - Ни о чём. - Что, совсем ни о чём? Молча ехали всю дорогу, и даже не попрощались? - Ну… Он предложил пойти сюда вместе со мной. - О-о-о-о-о! – восхищённо протянула Лера. – Что же ты его не пригласил? - Пожалел его, - улыбнулся Марк. – Вы бы от него мокрого места не оставили. - И что ты будешь делать дальше? - Не знаю. Пока в планах – найти какой-нибудь дешёвый отель, завтра утром на работу, и делать вид, что ничего не происходит. - Погоди, а тебе что, негде жить? – удивилась Наташа. - Ага. - А поживи у меня. - Что? – Марк открыл глаза и выпрямился, глядя на неё. – Ты серьёзно? - Вполне. Вадик в тюрьме, дети ещё не вернулись, места полно. И тебе есть, где переночевать, и мне не так одиноко в пустом доме. Марк поразмышлял мгновение. - Наташа, я тебя обожаю! Спасибо. - Значит, договорились. - Вижу, ты теперь нарасхват, - улыбнулась Лера. – Я же говорила, это модно. - Я, по-твоему, что-то вроде карманной собачки? – рассмеялся Марк. - А что в этом плохого? - Да ну тебя. - Наташенька, - проворковала Лера. – А у тебя не будет ещё одной свободной комнаты? А то у Марка сложный период в жизни, сама понимаешь, за ним нужен глаз да глаз… А кто о нём позаботится лучше меня?.. Наташа даже рассмеялась от такой наглости, они стали обсуждать этот вопрос, но в этот момент у Марка зазвонил телефон. Ксюша. Марк подавил вспыхнувшее раздражение. Все затихли и уставились на него. - Это Рома? – спросила Лера. - Нет, Ксюша. - Что за Ксюша? – потребовала ответа Наташа. - А это… Девушка с работы. Она, в общем, влюблена в меня. - Вот это страсти вокруг тебя, а… - Бедная девочка… После колебаний Марк всё же ответил: - Алло. - Привет! Ты где? – девушка всё же дождалась ответа, несмотря на то, что трубку не снимали довольно долго. - В больнице. - А где Роман? – деланно ровным голосом спросила Ксюша. - Не знаю, дома, наверное. Откуда мне знать? – чуть резче, чем хотелось бы, ответил Марк. - Просто… Я видела, что вы уехали вместе… - Он подвёз меня и уехал. Но знаешь что, Ксюш… Минуточку. Марк встал и отошёл в сторону, потому что все так и продолжали таращиться на него. - Ты ещё тут? - Да. - Ксюша, нам надо всё решить. Да, я сейчас действительно в больнице, я тебя не обманываю, и я один. Но это не значит, что в моих чувствах к Роману что-то изменится. Прости, я повёл себя как мудак, давая тебе ложную надежду. Но я разобрался в себе. Да, я его люблю. И мы с тобой в одинаковой ситуации, потому что я ему не нужен. Будет лучше, если между нами всё закончится. Прости. Несколько мгновений в трубке царила тишина, потом раздался всхлип. Вот блядь. Однако девушка взяла себя в руки. - Хорошо. Прощай! Следом раздались гудки. Вот что за хуйня происходит в его жизни? За каким хреном господь, если он есть, изобрёл гомосексуализм? Вот есть хорошая девушка, чего бы им не быть вместе? Но нет, он страдает сам, делает несчастной её, и в итоге всем полный пиздец. Радует, что у Романа всё хорошо. Мысль об этом отдалась болью внутри. Вдруг в полной мере накатило понимание, что у Романа действительно всё хорошо, и Марк ему совершенно не нужен. Безнадёжность, вот какая она на вкус. Если верить Роману, это пройдёт, он сможет пережить этот период, а потом станет легче. Надо только потерпеть. Марк набрал сообщение Ксюше. Не делай опрометчивых шагов, если думаешь об увольнении. Я завтра уволюсь. Прощай. Что ж, пусть будет так. Завтра он придёт в офис, заявит о своём увольнении – опять! – отдаст взятые взаймы деньги, и точка. * * * Через пару часов Игорь пришёл в себя, ещё спустя какое-то время к нему пустили Мишину и Наташу. Всю толпу пускать отказались наотрез, поэтому Марк с остальными так и топтались в приёмном. В конце концов все разъехались, только Мишина осталась там. Снаружи было уже темно. Лера с Марком двинулись следом за Наташей к её машине. - Чего такой грустный, сладкий? – тихо спросила Лера, идя рядом. - Скажу ему завтра, что увольняюсь. - Эй, ну ты чего! – она тряхнула его за рукав. – Ты же говорил, что хочешь бороться! - Я ему не нужен, - безразлично ответил Марк. – Совершенно абсолютно не нужен, он ясно дал понять. Что мне, стриптиз ему в кабинете на столе станцевать? - А и станцуй! Станцуй! - Да пошло оно всё. - Ну чего ты, Ма-а-а-рк! Я не хочу, чтобы ты присоединился к нашему клубу неудачниц! - Можешь выписывать мне членскую карточку. Лера надула губки: - Вот зря ты так. Через час они уже были у Наташи дома, Марк наконец по-человечески принял ванну, понежился в пене. Наташа выделила чистое бельё из запасов Вадика, и он отправился спать в невероятно мягкую постель гостевой комнаты, а Леру отправили в комнату детей. Пытаясь угадать, на сколько хватит наташиного терпения, Марк уснул. * * * Пробуждение утром было донельзя приятным и неспешным. Вокруг было мягко, вкусно пахло, и вообще совершенно не хотелось вылезать из постели. Неправильность происходящего не сразу дошла до мозга, и Марк подскочил, сообразив, что что-то не так. Будильник должен был сработать в восемь, но этого не случилось. Часы на стене показывали уже почти одиннадцать. Вот блядство, он ведь собирался приехать на работу прямо с утра и всё решить! Схватив телефон, он увидел, что тот разрядился. Порывшись в своём портфеле, он не нашёл зарядного устройства. Неужели он оставил его в отеле? Или у Юли? Выругавшись, он выскочил из комнаты, ища кого-нибудь, у кого можно одолжить зарядку. На диване в гостиной обнаружилась Наташа, она копалась в ноуте, неспешно поедая фрукты с большого блюда рядом. - Ты чего меня не разбудила? – взлохмаченный Марк подскочил к Наташе. Та с достоинством ответила, переведя на него взгляд: - Я что, похожа на будильник? - У меня телефон сел, у тебя есть зарядка? - Вон там в ящике посмотри, - кивком указала она. Одна из зарядок, к счастью, подошла, и телефон включился, показав два входящих сообщения. Первое было, к удивлению Марка, от дяди Толи. Лерочка не пришла ночевать. Случайно не знаешь, где она? Я волнуюсь. Марк усмехнулся. Волнуется он, как же. Старый извращенец. Второе было, понятное дело, от Романа. Всё-таки он его начальник, а рабочий день в разгаре. Если ты думаешь, что тебе теперь всё можно, то ты глубоко заблуждаешься. Даю тебе последний шанс. Ещё раз такое выкинешь – и адью. Марк постоял, почесал голову, спросонья пытаясь понять смысл послания. То есть Роман его ещё не уволил за очередной прогул? Даёт ещё один шанс, и можно спокойно гулять весь оставшийся день? Или надо всё-таки появиться в офисе? А, да какая разница, он всё равно собрался оттуда валить! Заехать туда, отдать долг, получить своё честно заработанное за то недолгое время, что он там просидел, и, действительно – адью. - А где Лера? - Дрыхнет ещё, наверное, - не отрываясь от ноута, ответила Наташа. Оставив телефон заряжаться, Марк сначала зашёл в ванную и привёл себя в порядок, а потом пошёл проверить Леру. Она уже не спала, просто лежала в постели. - Ну же, соня, поднимайся! Новый чудесный день ждёт тебя! – Марк стянул с неё одеяло, она стала лягаться и пытаться его поймать. - В жопу чудесный день! – ответила Лера, не желая подниматься. - Тебя дядя искал. Беспокоится о тебе, - Марк пальцами изобразил в воздухе кавычки и скривил рожицу. – Он тебе писал? - О да-а-а-а, и писал, и звонил. Достал. Мне нужно забрать вещи из его квартиры. Так не хочу туда ехать, ты бы знал… А знаешь что! - Да? – обернулся Марк, который раздвигал занавески на окнах. - Можешь съездить со мной? - К дяде? Зачем? - Просто не хочу оставаться с ним ещё хоть минуту наедине. Он о-мер-зи-те-лен, - произнесла Лера по слогам. - Ну, вообще-то я собирался заехать на работу… - Ты же собирался увольняться? А это дел на пять минут. Давай, поехали! Ты же не бросишь девушку в беде, - Лера села на колени прямо на постели и умоляюще сложила ладошки. – Ты же мой лучший друг, Марк! Пожа-а-а-а-алуйста! - Ну ладно, съездим. Лера взвизгнула и с места прыгнула на Марка, повиснув на шее. - Ты прелесть! - Цени меня. - Я ценю, - Лера слезла и похлопала Марка по груди. – Ладно, одевайся, и дай мне десять минут. Зная девушек, Марк мысленно выделил ей минимум полчаса, и успел за это время позавтракать и посмотреть новости по телевизору. Наташа разрешила им взять машину, и вскоре они уже стояли у двери дяди толиной квартиры. Марк предложил было по дороге идею выманить дядю Толю куда-нибудь на разговор, чтобы Лера спокойно забрала вещи, но оказалось, что ни у него, ни у Леры нет ключей, а ломать дверь было бы слишком очевидно. С дяди станется заявить на них в полицию, да ещё повесить кражу чего-нибудь ценного. Напротив дверного глазка встала одна Лера, чтобы дядя Толя открыл дверь. Это сработало. - Это ты, Лерочка… Как только дверь открылась, показался и Марк. Дядя замолк и враждебно уставился на племянника. - Ты здесь чего забыл? - Лера попросила меня помочь забрать вещи, - Марк протиснулся внутрь, чтобы дяде не удалось оставить его на лестничной клетке, пока Лера будет внутри. – Я же не мог отказать своей девушке, верно? - Своей девушке, ну конечно… Лера прошла внутрь и направилась в комнату, чтобы собрать чемоданчик. - И где же ты теперь живёшь? – громко спросил дядя, чтобы его услышала Лера, сверля взглядом Марка. - Она теперь живёт у своей хорошей подруги. Вы её не знаете, - ответил вместо неё Марк. - Я тебя не спрашивал, поганец, - процедил дядя. - А я не хочу, чтобы вы с ней разговаривали. Вы видите Леру в последний раз, к вашему сведению. Марк вёл себя вызывающе, хотя помнил, как его прошлый раз позорно скрутил и выставил из квартиры этот худосочный коротышка. Но злость внутри, и на дядю, и на Романа, и на всё остальное не давала шанса вести себя вежливо. И в конце концов, Роман был прав, когда говорил, если злишься – бей. Он был прав абсолютно во всём, пусть и следование его советам не принесло желаемого результата. - Маркуша… Тебе было мало прошлого раза? – угрожающе произнёс дядя Толя. Лера, собрав вещи в рекордные сроки, уже вышла из комнаты, катя за собой небольшой чемоданчик, и замерла, глядя на них. - Ну, мы пойдём, да? - Выходи, я за тобой, - скомандовал Марк, внимательно следя за дядей. - Постой, Лерочка! – крикнул ей дядя, подаваясь вперёд. Марк, только этого и ждавший, несильно ткнул дядю в грудь, отталкивая назад. - Ах ты, щенок! – дядя тут же перешёл в наступление, Марк не заметил, как тот замахнулся, в голове зазвенело. Он ударил в ответ, завязалась потасовка, он слышал за спиной испуганный вскрик. Потом они оба упали на пол, Марк больно стукнулся ногой о тумбочку, с неё что-то упало, он извернулся, схватил и попытался ударить этим противника. Это оказалась маленькая декоративная хрустальная вазочка, держать её было неудобно. Дядя вцепился ему в ладонь, пытаясь её вырвать, пальцы пронзила боль. Он заорал, и со всей силы врезал дяде другой рукой. Затем ему удалось подняться, дядя корчился на полу, громко ругаясь. Тяжело дыша, он хотел ещё добавить ногами, но его схватила за локоть Лера и потащила прочь, приговаривая: - Пойдём-пойдём, давай же, скорее пойдём отсюда… Успокоился и пришёл в себя он только внизу. Восстанавливая дыхание, он согнулся и опёрся ладонями о колени. Указательный, средний и безымянный пальцы на левой руке прострелило так, что он почти взвыл. - Блядь! Бля-я-я-я-ядь! Как больно! Этот мудак сломал мне пальцы! О-о-о-о-о как же больно! - Марк, прости меня! Поехали в больницу, тебе гипс наложат. Ох, мне так жаль, сладкий! Ты мой герой! Защитил хрупкую девушку! Настоящий заступник… - Лера несла всякую чушь, усаживая его в машину. – Ничего, потерпи чуть-чуть, дядя доктор всё исправит… - Лера, я ценю заботу, но мне же не пять лет, - скривился в улыбке Марк, баюкая раненую руку, когда Лера загрузила чемодан, и они тронулись. - Ну какая разница, пять, не пять, больно же? - Больно, - согласился Марк. Лицо тоже болело, и, похоже, левый глаз начал заплывать. Марк развеселился, представив, как он в таком виде придёт в офис. Надо ещё волосы разлохматить и пиджак порвать. Хотя нет, пиджак рвать не стоит, одежду нужно беречь, пока он новую работу не найдёт. Вот только кто его с такой рожей и одной рукой возьмёт? Проблема… Однако Марк не жалел, что влез в драку. Выпустить пар стоило, к тому же дядя заслужил. В больнице пришлось помотаться по этажам, делая снимки и ожидая очереди на наложение гипса. Сломанными оказались два пальца, в безымянном была маленькая трещина, но зафиксировали все три, свободным остался лишь мизинец. После обезболивающего стало полегче. Симпатичный молодой доктор, которому Лера строила глазки, выписал рецепт на таблетки, и они вырвались на свободу. В больнице они проторчали больше двух часов, и день уже клонился к вечеру. - Пойдём поедим что-нибудь, а? Я умира-а-а-а-аю с голоду! – заявила Лера. - Может, подкинешь меня до офиса? Я ещё успею, наверное. - Нет! Я не тронусь с места, пока не поем! Вон какое-то кафе, пойдём. - А у тебя есть деньги? У меня нет. Вернее, есть, но мне нужно их вернуть. Он бы потратил наличку, но если честно, не был уверен, что его заработок вообще сможет покрыть сумму долга. - Есть! – Лера озорно улыбнулась и помахала зажатой между пальцев купюрой красного цвета. – Стащила, пока вы дрались. Поесть хватит. Марк лишь покачал головой, не переставая поражаться умению Леры решать множество проблем параллельно. Есть правой рукой, будучи левшой, было довольно неудобно, но выбора не оставалось. Левой он мог только, и то не сразу наловчившись, держать бокал. Мда, видимо и дрочить какое-то время придётся только правой… Марк проверил телефон. Новых сообщений не было. Аппарат готов был снова разрядиться, надо будет обязательно зарядить его полностью, и найти свою зарядку. Время уже перевалило за пять, ехать в офис смысла не было. Лера доедала десерт, Марк смотрел на опускающееся к горизонту солнце. Весь день он не видел Рому, и теперь мог честно признаться себе – он по нему страшно соскучился. Почти невыносимо хотелось увидеть его, хотя бы просто издалека, поздороваться, увидеть улыбку… Надо было всё же поехать в офис. Вот только хватило бы ему сил заявить об уходе? Посмотреть ему в глаза последний раз, развернуться и уйти… - Ну что, куда теперь? – Лера расплатилась и готова была выпорхнуть навстречу ночной жизни города, которая должна была зажечься уже совсем скоро. - А отвези меня к Роме, - попросил Марк. - М-м-м-м! – Лера подняла брови и томно улыбнулась. – Неужели мне не послышалось? - Я просто не хочу затягивать это до завтра. Поговорю с ним, скажу, что ухожу. - Да-да, я так и подумала. Хорошо, поехали! – девушка схватила сумочку и поднялась, затем заботливо помогла Марку выползти из-за столика. - Ты знаешь, где он живёт? - Знаю. - А ты молодец, времени не терял. Ты был у него дома? - Был. - И позволь поинтересоваться интимными подробностями, что ты там делал? - Я помог ему довезти жену до дома. - Ага-а-а-а… Значит, именно там вы поцеловались… - Нет. Ну, то есть, почти. - Ах, поздний вечер, полумрак, место, где вы почти поцеловались… М-м-м, можно я задержусь и подгляжу через замочную скважину?.. – Лера поддразнивала его, ведя машину. Настал час пик, ехать было довольно далеко, и Марк сам не заметил, как задремал, привалившись к стеклу. Проснулся он от прострелившей руку боли, когда пошевелившись, случайно задел загипсованные пальцы. Снаружи было уже совсем темно. - Ого, сколько времени прошло? - Часа полтора. - И мы всё ещё едем? - А ты думал, твоя волшебная сила любви расчистит нам дорогу? - Где там таблетки? Рука опять болит. - В сумочке. Марк съел таблетку, запив из обнаружившейся сзади бутылки минералки. - Прости, что заставил тащиться в такую даль, Лер… Я как-то не подумал… - Перестань, Марк. Ты сегодня был моим рыцарем, жизнь мне спас практически. Как я могу тебе не помочь? - Спасибо. - Уже близко совсем, скоро приедем. Ближе к завершению пути Марк начал чувствовать, что заметно давит на мочевой пузырь. Путь долгий, и в кафе он напился сока и кофе… Ох, скорее бы доехать. Пописать где-нибудь во дворе или донести сей ценный груз до роминого туалета – вот дилемма. - Чего ёрзаешь? – покосилась на него Лера. – Не терпится? - Писать хочу, - пришлось признаться. - Ха. Остановить? - Нет, дотерплю. - Ну ладно, удачи. Наконец они заехали в знакомый по одному визиту двор новенькой многоэтажки, он снял ремень и вылез из машины, стараясь лишний раз не зацепить пальцы. - Тебя подождать? – наклонившись к окну, спросила Лера. - Нет, не надо. Езжай. - Хорошо. Ну, удачи! Пока, сладкий! - Спасибо, пока! Лера уехала, а Марк оглядел как назло ярко освещённый двор. Было не очень поздно, народу хватало, уединиться было негде. Что ж, выбора нет. Он только собрался нажать на домофоне номер квартиры, как из дома кто-то вышел. Ну ладно, раз дверь открылась, чего бы не зайти. Поднявшись на лифте, он повернул к нужной двери и сразу же постучал. Он бы, пожалуй, поколебался и повздыхал, принимая решение перед важным разговором, но мочевой пузырь не оставлял времени на это. Через несколько мгновений дверь открылась, раздался вкрадчивый, совершенно бархатный голос Романа: - Привет, милый. Ты уже не злишься на меня?.. В полуосвещённом проёме стоял Рома, с немного окосевшими блестящими глазами, в рубашке навыпуск, держа бокал с чем-то явно спиртным. Пару секунд он озадаченно разглядывал гостя, затем нахмурился: - А, это ты. Чего тебе? - Пустишь меня в туалет? - Э?.. В туалет? Прошу, вон туда, - он махнул рукой с бокалом куда-то в сторону. – А ты что, только за этим ко мне ехал? – спросил он в спину промчавшемуся Марку, который бросил портфель в прихожей. Тот не ответил, уже с шипением пытаясь расстегнуть ширинку одолженных у Вадика джинсов и зацепляясь за всё гипсом. - О-о-о-о-о, какое облегчение!.. – долгий выдох. Теперь можно жить. Вопрос, как мыть руки? Гипс можно мочить? А, нахуй всё! Кое-как ополоснув руки и вытерев полотенцем, он вышел навстречу хозяину, который стоял, привалившись плечом к стене, немного сутулясь, по-прежнему с бокалом в руке. Роман внимательно осмотрел его с ног до головы, в том числе кое-как застёгнутые джинсы и криво торчащую из них рубашку, гипс на пальцах, фингал под глазом, который он уже сам успел рассмотреть в зеркале. Да уж, красавец, хоть сейчас на обложку журнала для гопников. - Что, проблемы в раю? – язвительно спросил Марк, вспоминая приветствие. Они поругались, похоже. И он, чёрт возьми, этому рад. Интересно, из-за чего ссора? - Чего приехал-то, Марк, м? – не отвечая, задал вопрос Роман и отпил ещё глоток. Марк едва мог отвести взгляд от его лица, от его немного шальных глаз, взлохмаченных волос. С трудом он вспомнил причину приезда и, прокашлявшись, сказал: - Я приехал сказать, что решил уволиться. На этот раз совсем. - И поэтому ты… - Роман качнул бокалом, указывая на Марка. - …Приехал ко мне домой… - теперь плавное движение, указывающее на всё вокруг сразу. – …Чтобы сказать, что увольняешься? – он поднял брови. – Я тебя верно понял? - Ну… Да, верно. Но не только за этим. - Не только? М-м-м, звучит интригующе. Чего же ещё ты хочешь? Вокруг царил полумрак, как и говорила Лера, черт бы её побрал. Роман после этих слов как-то незаметно переместился на шаг ближе, смотрел сверху вниз в глаза, и Марку стало нечем дышать. Так, надо взять себя в руки! Зачем он ещё приехал? А, деньги! - Я хотел… - голос подвёл, пришлось сглотнуть, и он продолжил. – Я хотел отдать деньги. - Деньги? – Роман будто не сразу понял, о чём речь. - Долг. Я у тебя занял вчера. Хочу отдать их. За зарплатой я потом подъеду в офис… - И где же они? Одним движением Роман придвинулся ближе, встал прямо перед Марком, который уже прижался к стене, навис над ним, опёршись локтём о стену. Бокал куда-то делся. - Кто? – Марк с трудом пытался поймать хвост мысли в голове, сердце разогналось как сумасшедшее и стучало в ушах. - Деньги, - напомнил Рома. – Может, в кармане посмотрим? – почти промурлыкал он тем бархатным тоном, которым встретил его. Затем его рука без промедления залезла в задний карман марковых джинсов, он прижался всем телом, и Марк закрыл глаза, пытаясь устоять и хватаясь за стену. - Нет, они не там. Они в портфеле, - просипел Марк. Роман тут же отстранился и укоризненно посмотрел на него: - Нет, ну ты серьёзно хочешь, чтобы я сейчас пошёл искать деньги в твоём портфеле? Ну ты кайфоломщик, Марк. Сделав несколько глубоких вздохов, Марк сказал: - Ты же говорил, что у тебя ко мне исключительно общечево… общечелоче… бля, общечеловеческая симпатия! – проклятое слово не далось с первого раза. Рома с умилением наблюдал за его попытками. - Ну, как знать, может, не такая уж и «обще». Может, вполне себе частный случай… Может, не всё, что я тебе говорил, было правдой… А ты разве против? – снова это мурлыканье, вызывающее у него дрожь и нехилый стояк. - Ты же пьян, Ром, - предпринял последнюю попытку Марк. Не то чтобы он не хотел – наоборот, он хотел, всего и сразу, и прямо здесь, но Роман действительно пьян. Если он пожалеет потом об этом? Разозлится на него? - Перестань ломаться. Марка снова прижали к стене, на этот раз он не мог пошевелиться. - Ты сам сюда пришёл. И ты сам знаешь, зачем. – Голос Романа изменился, стал жёстче, нетерпеливее. - Так что, ради бога, заткнись. Марк сдался, и наконец-то Рома его поцеловал. О, теперь это было совсем не так, как тогда, на презентации. Это было именно так, как он хотел, как представлял последние безумные дни, только ещё лучше. Напористо, сильно, язык Ромы бесцеремонно хозяйничал в его рту, делясь привкусом виски. Марк подался вперёд, отвечая, кладя руки ему на талию и вцепляясь в ремень целыми пальцами. Всё было просто восхитительно, пока не раздался злой голос откуда-то от дверей: - Значит, вот так тебе жаль? С тяжёлым вздохом Рома отстранился, поймав на миг сумасшедший взгляд Марка. Пальцы разжались, руки упали вдоль тела, Марк пытался продышаться как после дикого бега. Никогда в жизни он не испытывал подобного… Какого хера им мешают?! - Прямо у себя дома. Хотя чего я ожидал, м? В подошедшем мужчине Марк с трудом узнал того человека, который подвозил Романа. Тогда его лицо скрывали тёмные очки, но это, несомненно, он. Значит, тот самый «молодой человек», с которым у них «всё серьёзно». Один вид его вызывал ненависть, где-то в самой утробе что-то заворочалось и зарычало. Тот самый дикий зверь - олень, которого непременно надо выпустить. Марка гость игнорировал, смотрел на Романа, который пока молчал. Его вдруг окатило ужасом при мысли, что Рома может сейчас извиниться перед этим мужчиной, а его выставить за дверь… Что ему тогда вообще делать?.. - Что ты молчишь, Ром? – требовательно спросил мужчина, подходя ближе. Он явно был зол, и не собирался успокаиваться. – Хотя бы скажи что-нибудь. Скажи, что это не то, что я думаю! – он легко толкнул Рому в плечо. - Нет, Дим, это именно то, что ты думаешь. Дима засмеялся, закинув голову. - Именно то. Ну, заебись. Ты! – он резко ткнул пальцем в Марка, будто только его заметив. – Выметайся. Панически быстрый взгляд на Романа, который стоял к Марку спиной. Что делать? Надо решать прямо сейчас, немедленно. Только бы увидеть выражение его глаз… Будто слыша его мысли, Рома обернулся. Поймав его взгляд, Марк наконец понял, что всё это время ему хотел сказать Роман. В этом взгляде не было ответа, готового решения. Рома ждал, какое решение примет Марк, и именно это имело значение. - А знаешь, что? – Марк быстрыми движениями засучил рукава и сделал шаг вперёд, стараясь не забыть о том, что левую руку лучше поберечь. - Давно хочу дать тебе в рожу! Ещё шаг, и его правый кулак летит в лицо этому проклятому Диме. Что было дальше, он помнил смутно. Кажется, его как следует отмутузили, снова раздавался знакомый звон в голове, кажется, что-то хрустело, хотя могло и показаться. Всё было как в тумане, он слышал, что Рома что-то громко говорил, но не мог разобрать слов. Когда он пришёл в себя, то сидел на полу, прислонившись спиной к стене, болело, казалось, всё, звон в ушах раздражал. Неужели он умудрился схлопотать со второй попытки сотрясение? На руках была кровь, красные пятна были и на гипсе, который оказался помят. Ох, что же там с пальцами… Оглядевшись, он убедился, что чужака в квартире больше не было. Довольная улыбка расплылась по его лицу, которое тоже нещадно болело. Из ванной появился Рома с аптечкой, бинтами и миской с водой. Уселся рядом на пол, скрестив свои длиннющие ноги, раскрыл аптечку. - А вот теперь мы будем тебя лечить. У Марка хватало сил только чтобы поворачивать голову и следить за Ромой. Он смотрел ему в глаза, а Рома улыбался, оглядывая его и оценивая масштаб бедствия. - Ну ты зверь, конечно, - ласково сказал Рома, но в этот раз было совсем не обидно. – Он еле ушёл от тебя, знаешь ли. Ух! С чего начнём – с лица или руки? - Лицо… - прогундосил Марк. Движения пальцев были острожными и нежными, он почти не чувствовал боли, пока Рома приводил его в порядок. Нос оказался расквашен, бровь, кажется, рассечена, иначе откуда столько крови на половине лица. Болели передние зубы, но вроде все целые. Пальцы неприятно ныли, не хотелось даже думать, что их придется разбинтовывать и заново гипсовать. Это же надо опять ехать в больницу… На другой руке костяшки оказались сбиты в кровь. А он даже не помнил, как и куда бил. В больницу ехать не пришлось. У Ромы оказался гипс, и он сам всё сделал – снял помятую лангетку под шипение и тихий мат Марка, а затем заново перебинтовал смоченными в растворе бинтами, надёжно фиксируя пальцы. Было ужасно больно, пришлось терпеть стиснув зубы. Закончив, он сложил всё и собрался подниматься. Заглянул Марку в глаза, спросил тихо: - О чём думаешь? - О том, есть ли у тебя костюм медсестры. Рома поднял одну бровь и улыбнулся. - Я вижу, пациент скорее жив, чем мёртв. Марк улыбнулся в ответ. Было всё ещё ужасно больно, но так легко на душе. Хотелось прыгать и танцевать, ну так – теоретически. Даже шевелить руками было больно, куда уж до прыжков. Но было хорошо. - Давай, теперь поднимаемся, - скомандовал Рома, обхватывая рукой его за спину и закидывая его руку себе на шею. – Аккуратненько! – добавил он, услышав стон. – Никуда не торопимся, кроватка недалеко. - Разбуди меня завтра, пожалуйста. Сегодня у меня сел телефон, поэтому я не попал на работу утром. - А потом чего не попал? - Подрался с дядей, поехал в больницу. - Оу, какой насыщенный день. А зачем подрался? - Защищал Леру. Она мой друг. Ну, и еще хотел куда-нибудь злость выместить. А тут как раз о-о-о-о-о-о!.. Марка сгрузили на постель, и он не сдержал очередной стон. - Так ты меня разбудишь? Рома посмотрел на него и рассмеялся. - Тебе нельзя на работу. - Почему это? Я могу ходить, всё нормально… - Если ты в таком виде появишься в офисе, то до конца жизни будешь «Пандой». - Что?.. А-а-а-а, вот блин. До Марка дошло, о чем он. Два фонаря за день – есть чем гордиться. - Лежи, отдыхай. Просьбы есть? - Нет… Ага, есть! Поставь телефон на зарядку, а то он опять сядет. И водички дай, пожалуйста. Роман ушёл выполнять просьбу, через несколько минут вернулся со стаканом воды, но Марк уже спал, лёгкая улыбка застыла на побитом лице. Не сдержавшись, Рома сделал снимок на телефон, а потом ещё и общее селфи, склонив лицо к Марку. Этот момент стоило сохранить на память.