В плену

Я, конечно, знал, что у этого чаефила ненормальная способность на уровне психического расстройства попадать в различные передряги, но сегодня он превзошёл сам себя. Ха! Попасть в плен сексуальному маньяку! Ну надо же! До чего прогресс докатился. Не спорю, у Артура довольно привлекательная внешность, если откинуть его дерзкий характер, но чтобы похищать... Мда. Не хотел бы я оказаться на его месте. Но тогда какого чёрта, Франциск, ты сейчас сломя голову несёшься по заброшенному зданию? Спасти заклятого друга? Самого ведь прищучить могут.. Но это не так важно. Конечно, если бы не птичка Пруссии, о поисках англичанина не зашло бы и речи, мол, опять прячется где-то или зависает с "друзьями". Да и надо сказать спасибо самому Гилберту, что взял на себя смелость заняться этим маньяком. Настоящий друг. - Англия! - кричу я, врываясь в очередную комнату. - Ф.. Франция... - слышу твой тихий, хрипловатый голос и тут же подлетаю к кровати. - О мой Бог! Что он с тобой сделал?! - взволнованно спрашиваю, осматривая твоё тело. - Пока ничего, - слабо отвечаешь ты, чуть улыбаясь. - Не успел. Ты вовремя. Я хотел что-то сказать, но тут же осёкся, осознавая, ЧТО я перед собой вижу. Взлохмаченные пшеничные волосы, мутный взгляд зелёных глаз, искусанные губы, тяжёлое дыхание, руки, завязанные над головой и прикреплённые к изголовью кровати... В общем, передо мной лежал полностью раздетый, возбуждённый парень, с ранами по всему телу, от которого трудно было отвести взгляд. - Англия... - тихо шепчу, присаживаясь на краешек кровати и проводя пальцами по твоей руке, около свежих ссадин. Да как он посмел сотворить с ним такое?! - Пустяк, - отмахиваешься, как всегда. - На нас ведь всё заживает, - и снова чуть улыбнулся. А ведь и правда, ранки затягивались практически на глазах. Я опустил взгляд ниже, следуя за направлением руки. - Тот тип просто садистом оказался. И, Франция, может, всё-таки, развяжешь меня? Развязать? Прости, mon cher, я понимаю, что ты чувствуешь себя неловко передо мной в таком виде, но и мне сейчас не лучше, так как я начинаю возбуждаться от этого весьма развратного вида. - Англия... - снова шепчу, проводя рукой по твоей груди, спускаясь ниже, к животу и останавливаясь на бедре. Вижу, как ты закусываешь губу и слегка откидываешь голову назад, немного ёрзая и тяжело дыша. Видимо, маньяк садист не только в плане нанесения телесных увечий. Либо он перестарался с афродизиаком, либо это Артур такой чувствительный. Либо и то, и другое.. - Франция... Извращенец... Ты чего задумал?.. - шепчешь, краснея, и я чувствую, как твоё тело начинает слегка дрожать. Это заставляет меня немного прийти в себя. "Он боится. Ну конечно. Сделать-то, может, и не сделал ничего, но след оставил. Mon cher, прошу, меньше всего на свете я хотел бы, чтобы ты меня боялся." Это придало мне немного уверенности в себе и я, посмотрев в твои напуганные глаза (никогда бы не подумал, что увижу их такими), переместил руку на талию, приобнимая, и наклонился вперёд, прикасаясь к губам. Первые несколько секунд ничего не происходило. Ты шокирован, мон амур? Не переживай, это в порядке вещей. Оценив твою реакцию, начинаю мягко обхватывать твои губки своими. Немного опомнившись, ты начинаешь возиться, скорее для приличия, и что-то мычать сквозь поцелуй, но, вскоре, расслабляешься и отвечаешь, позволяя мне проникнуть глубже и исследовать твой ротик. Чуть позже ты издаёшь тихий стон и я полностью запрыгиваю на кровать (Да, mon petit, целоваться я умею. Франция ведь страна любви, как ни как. Так что ты, колдун, видимо, попал под очарование моей сладкой французской магии). Прервав поцелуй, даю тебе время глотнуть свежего воздуха, а сам перемещаюсь на шею, попутно избавляясь от одежды. Покрывая твоё тело поцелуями, иногда прикусывая нежную кожу, и избавившись от верха, легко провожу рукой по линии талии, от бедра до плеча и наоборот, заставляя тебя снова задрожать. Подняв взгляд, всматриваюсь в твоё лицо: сильно разрумянившийся, глаза закрыты, а губы приоткрыты в неровном дыхании. Не могу устоять и снова целую тебя, уже чуть требовательней, но ты отвечаешь яростнее, с английской страстью, и мне приходится принять твой темп игры. Посчитав тебя достаточно морально подготовленным и успокоившимся, с большой неохотой разрываю поцелуй для того, чтобы нашарить на прикроватной тумбочке тюбик смазки. А маньяк готовился качественно, надо отдать ему должное. Выдавливаю прохладный гель себе на пальцы, попутно наблюдая за твоей реакцией. В твоих помутневших глазах я не нахожу особого понимания, но ты смог, собрав волю в кулак, сфокусировать взгляд на мне и облизнул ещё влажные губы. - Mon cher... Ты прекрасен... - тихо шепчу и, наклонившись, начинаю целовать твою шею, ища слабые места, одновременно проталкивая в тебя один палец. Слегка застонав, ты уткнулся лицом мне в плечо, тяжело дыша. Проведя свободной рукой по твоим волосам, снова целую тебя, добавляя второй палец. После третьего ты жмуришься и слегка кусаешь меня за плечо. Вытаскиваю пальцы и, раздевшись до конца, смотрю в твои полные желания глаза и начинаю медленно входить. Ты снова тихо стонешь и откидываешь голову, а я, войдя до конца, вновь припадаю к твоей шее. - Mon petit... Ты как? - спрашиваю, шепча, и легко целую пульсирующую артерию. Слабо киваешь и я начинаю медленно двигаться, постепенно ускоряя темп... Не знаю, сколько времени мы потратили. Помню только, Артур особо страстно попросил освободить его и я не смог воспротивиться его охрипшему от громких стонов голосу и освободил его руки. Кончили мы практически одновременно. Англия с крупной дрожью, а я с тихим рыком и, отдышавшись, начали собираться. При чём, Артур был настолько слаб, что мне пришлось практически нести его на руках к выходу, придерживая за талию. Спустившись на первый этаж, я увидел знакомую светлую макушку. - Ну наконец-то. Я уж думал, что там не всё в порядке и хотел было уже сходить за вами, - проворчал Пруссия, посылая мне недовольный взгляд. - Да всё в порядке. А где этот... маньяк? - тихо спросил я. - О-о-о! Тебе лучше не знать, - злобным голосом ответил Гилберт, недобро ухмыльнувшись и опасно блеснув красными глазами. - Да уж, - ответил я и, проходя к выходу мимо Пруссии, шепнул: - Спасибо, Гил, - на что тот подмигнул мне и, похлопав по плечу, пошёл следом.