scatter my loneliness

Что такое одиночество? У данного слова есть множество понятий: боль, страх, разочарование. Одиночество безликое, у него нет лица, никто не видит его, но многие чувствуют. - Михо-я, у меня появилась неотложная встреча, поэтому прости, я не смогу посмотреть фильм вместе с тобой, - не успела девушка войти в квартиру, как к ней навстречу тут же выбежала младшая сестра. - Очередное свидание? – блондинка довольно усмехнулась, внимательно осматривая девушку. – Джунни, не беспокойся обо мне. Посмотрим как-нибудь в другой раз. Это ведь не последний наш любимый фильм что будет идти по тв, верно? - Правда? Но разве тебе не будет скучно одной? – младшая с интересом посмотрела на сестру, а глаза так и искрились от предвкушения предстоящего свидания, что не могла не увидеть Михо. - Все хорошо, правда, - на ее лице появилась убедительная улыбка. - Спасибо, онни! – крепко обняв старшую, русоволосая ринулась в свою комнату заканчивать сборы. Михо привыкла к таким поступкам Джун, поэтому совершенно не сердилась на нее. Да и за что сердиться? Разве провести время с друзьями не лучше, чем сидеть дома? Они с Михо совершенно разные: младшая была еще маленьким жизнерадостным ребенком, радовалась каждой мелочи и делала все глупости, что взбредут в ее голову; старшая – более замкнутая в себе, имела малый круг общения и всегда старалась обходить стороной большие шумные компании. После того, как ее сердце было безжалостно разбито вдребезги, а теперь ныло и кровоточило от боли предательства, блондинка и вовсе решила поставить крест на отношениях. Страх того, что вновь придется испытать такую боль … нет, хватило и одного раза. Ли Михо была тем человеком, с кем одиночество ассоциировалось с одичавшей болью, что так рвалась наружу, но под натиском разума всегда оставалась внутри. Раны прошлого являлись тому виной – неприятно обжигали сердце, больно впивались в него тысячью мелких осколков битого стекла. И самым ужасным являлось то, что с этим ничего невозможно было сделать. Хотелось кричать, рассказать обо всем самому близкому человеку, Джунни, но место этого каждый раз девушка лишь только глубже и глубже зарывалась в себе. Что это? Страх быть непонятой или нежелание слушать типичные слова утешения, которые не принесут особой пользы, а если быть точнее – то совсем никакой. Ее сестра не способна на большее, разве она еще смыслит что-нибудь в этом? Увлеченная просмотром разыгрывающейся сцены по ту сторону экрана, Михо не сразу услышала как кто-то настойчиво звонил в дверь. Подумав, что Джун вернулась, возможно, забыв что-то, да и ключи оставила дома, ведь всегда была такой рассеянной, блондинка тут же двинулась к прихожей, чтобы открыть сестре дверь. Но каково же было ее удивление, когда на пороге она увидела не младшую, а своего друга, ведь они совсем не договаривались о встрече. - Вону, что ты тут делаешь? – ее удивление вызвало на лице брюнета легкую улыбку. - Джунни попросила меня составить тебе компанию, чтобы ты не оставалась одна. Ты непротив? – парень прошел внутрь, не стирая с лица этой улыбки, от которой Михо всегда хотелось улыбаться в ответ. Этот парень всегда вызывал у нее самые светлые чувства. - Конечно нет, что за глупости ты говоришь? – закрыв дверь, Ли прошла в гостиную и вновь уселась на диван, беря в руки ведерко с мороженным, которое тут же протянула другу. Их диалог начинался с самых банальных вопросов, но сколько приятного они приносили девушке. Вону был, пожалуй, единственным, с кем Михо могла не чувствовать того одиночества, что в последнее время стало таким привычным. Но она не могла поделиться с ним своими переживаниями. Для Михо он был ангелом, жемчужиной, которую хотелось оберегать, а не загружать своими личными проблемами. - Михо, мне нужно сказать тебе кое-что, это очень важно, - его тон был немного неуверенным, но, несмотря на это, Вону продолжил. – Прошло столько времени, как этот парень предал тебя. С тех пор ты очень изменилась. И как бы ни старалась скрывать это и казаться все такой же как и прежде, это выходит не очень хорошо. Ты никогда ни с кем не делилась своими переживаниями, тем, что творится у тебя внутри, пыталась перебороть это сама, но итак все ясно, - он посмотрел девушке в глаза, уже не было того волнения, решимость взяла верх над всем, ведь так давно хотелось сказать эти слова. – Тебе больше нечего бояться, Михо, я никогда не позволю себе поступить так же. Я хочу всегда оберегать тебя, защищать от всего мира, ведь Ли Михо совершенно не достойна испытывать боль, даже самую маленькую. Я всегда буду рядом с тобой, всегда буду защищать и не позволю проронить твоим глазам и слезинки, потому что я люблю тебя. Хотелось сказать куда больше, но слова как-то вылетели из головы. Видеть эти глаза полные боли было невыносимо. Склонившись, брюнет осторожно коснулся губ девушки невесомым поцелуем, таким легким и нежным, словно прикосновение крыльев бабочки. Но и этого было достаточно, чтобы по телу прошел разряд тока. Чон Вону для Михо никогда не был просто другом, всегда являлся чем-то большим. Словно яркое солнышко в самую дождливую погоду, глоток свежего морского бриза. Одна лишь его улыбка могла распустить целые сады в груди блондинки. Ли долго не могла понять этих чувств, но догадывалась, поэтому постоянно убеждала себя в том, что это всего лишь хорошая крепкая дружба. Не хотелось делать себе еще больнее, не хотелось ранить и без того кровоточащее сердце. Но эти слова, словно долгожданный ливень, оросил засушливую землю в ее груди, где совсем уже не осталось надежды. Прямо сейчас Михо готова была сломать все преграды, что сама же и выстроила. Орган переставал кровоточить так сильно, и появилось ощущение, будто тысячи прекрасных мотыльков порхают внутри. В эту минуту девушка поняла, что не стоило бояться этих зародившихся чувств, теперь ее сердце уже не будет болеть и биться как раньше. Впивающиеся осколки исчезли навсегда, теперь остались только мотыльки, словно ей подарили вторую жизнь. Теперь Чон Вону ее личный кислород, он не принесет ей боль, он не способен на такое. Одиночество … оно безликое, его можно лишь почувствовать. Главное, чтобы рядом всегда был тот, кто сможет это одиночество рассеять.