За всё приходится платить...

- Локи, ну почему ты такой упрямый?! – Тор огляделся по сторонам и, убедившись, что тёмный коридор пуст, схватил брата за руку. Рывком развернул лицом к себе. – Ты же знаешь, как я тебя люблю! Знаешь, как ночами схожу с ума, не имея возможности дотянуться, дотронуться, прикоснуться к тебе! Я так… - Да не ори ты, болван! – зашипел на него Локи. – Заткнись! И оставь меня в покое! По правде сказать, магу нравилось дразнить наследника престола. Ему доставлял удовольствие этот умоляющий, немного растерянный взгляд, нравились эти настойчивые просьбы и недвусмысленные намёки Тора. Его забавляла влюблённость сводного брата, со временем переросшая в самую настоящую одержимость. И это безумие ничуть не пугало молодого принца, наоборот, он играл чувствами Бога Грома, словно ребёнок яркими кубиками, ловко манипулируя сознанием Тора. Но иногда в своих забавах он заходил слишком далеко. Сколько раз Тор, взбешённый отказами Локи, кидался с кулаками на объект собственного вожделения, чтобы проучить, наказать заносчивого наглеца, и каждый раз взгляд, брошенный из-под длинных полуопущенных ресниц, и тонкая улыбка заставляли его отступать. А как хотелось впиться в эти губы - такие близкие и такие недоступные - жадным жарким поцелуем! Грубо смять их и, чуть прихватив зубами, ощутить на языке солоноватый привкус крови… Но увы! Все мечты и фантазии наследника престола разбивались о ледяную неприступность Локи. И Тор прекрасно понимал, что брату нет дела до его чувств. Он знал, что Локи обожал мучить его, знал, что принцу нравилось издеваться, насмехаться над его страстью. Он знал… Но ничего не мог с собой поделать. Дальше угроз и обещаний поколотить мага дело у Бога Грома никогда заходило – ну не мог он поднять руку на это хрупкое, но чрезвычайно уверенное в себе существо! С каждым днём Тору всё труднее давалось внешнее спокойствие. Он пытался забыть о Локи, не думать о нём, выбросить из головы его столь желанный образ, но ничего не получалось. Он уезжал в долгие походы, надеясь, что разлука и расстояния избавят его от мучительного наваждения, но это не помогало. Стоило Богу Грома увидеть мага, как все чувства оживали вновь и принимались с удвоенной силой терзать и без того разбитое сердце Тора. Даже череда быстро сменявших друг друга любовниц и любовников не помогла наследнику престола обрести покой. - Отстань от меня! – повторил Локи, сверкнув глазами. – Ты не в моём вкусе! - Ах, я не в твоём вкусе? – прорычал Тор, прижав мага к стене. Его лицо оказалось рядом с лицом Локи, и горячее дыхание опалило щёку принца. – Тогда кто? Кто в твоём вкусе? Тот изящный красавчик из своры придворных? Я видел, как он на тебя смотрел во время последнего приёма! Просто глазами пожирал! – Бог Грома ухватил пальцами острый подбородок Локи и довольно сильно сжал. - Пусти, идиот! – вскрикнул маг, и в его опущенной ладони заплясали язычки пламени. – А не то снова познаешь силу моей магии! - Магия… - пробормотал Тор, отступая от брата. – Магия… Вот оно что! – воскликнул он и, схватив Локи за плечи, как следует его встряхнул. – Ну, конечно же! Ты приворожил меня! Свёл с ума, заставил в тебя влюбиться, а теперь наслаждаешься моими страданиями! Признайся, я прав?! Ответом ему была презрительная ухмылка, скривившая тонкие губы. - Либо ты ещё глупее, чем кажешься, братец, - высвободившись из медвежьих объятий, надменно произнёс Локи, - либо хмель ударил тебе в голову. Иди и проспись! И избавь меня от своих домогательств! Впрочем, и сам проваливай, видеть тебя больше не могу! Маг демонстративно поправил манжет на рукаве камзола, развернулся и, высокомерно вздёрнув подбородок, направился прочь. Тор с тоской смотрел ему вслед. - Локи, не уходи, - простонал он. – Я не могу без тебя… - тут взгляд его потемнел, глаза угрожающе сузились, и он с силой ударил кулаком в стену, да так, что на пол посыпалось каменное крошево. – Чтоб тебя великаны растоптали! Я найду способ достать тебя, проклятый колдун! И уж тогда пощады не жди! Сыпля проклятиями, наследник престола зашагал в сторону своих покоев. Оказавшись у себя в спальне, он принялся нервно ходить из угла в угол, бормоча себе под нос что-то неразборчивое. - Колдовство… - бубнил Тор, словно в этом слове был заключён ответ на все его вопросы. – Колдовство… Колдовство… А почему только Локи? А вдруг и я могу?.. Да нет, это вряд ли! Хотя… Только вот где взять?.. Как заполучить?..» Он и представить себе не мог, что совсем скоро судьба предоставит ему возможность овладеть столь желанными способностями. Судя по громким крикам, доносившимся из покоев Великого Одина, Всеотец был в бешенстве. Тор, только что вернувшийся с двухдневной охоты, с удивлением смотрел на разбегающихся в панике придворных и прячущуюся за колоннами челядь. - Что происходит? – с тревогой спросил он, ухватив за руку какого-то мальчишку из прислуги. – Из-за чего так разгневан мой батюшка? - Ваше Высочество, - в глазах паренька плескался неподдельный ужас, - ваш брат… Локи… Он… В этот момент стены дворца задрожали, и Бог Грома услышал умоляющий голос младшего принца: - Отец, прошу! Не надо! Не делай этого! - и спустя миг – его мучительный стон. Отпустив мальчишку, Тор поспешил в покои Всеотца. Он уже собирался ворваться внутрь, когда двери спальни распахнулись, и в коридор вылетел взъерошенный Локи. - Что случилось? – ошеломлённо спросил его Бог Грома, но младший принц, чьё лицо было залито слезами, лишь со злостью оттолкнул его. - Отец? – по-прежнему ничего не понимая, Тор вошёл в покои Одина. – Может, ты объяснишь мне, чем вызван весь этот переполох? И что такого натворил Локи? Что с ним произошло? Я видел его, и он показался мне чем-то расстроенным. - Чем-то расстроенным? – закричал Один и даже ногами затопал. – Чем-то расстроенным?! Сегодня твой брат зашёл слишком далеко в своих играх! – лицо Всеотца побагровело, его единственный глаз метал молнии – да, видимо, младший из сыновей здорово разозлил правителя Асгарда. Вот только чем? - Что Локи сделал? – осторожно спросил наследник престола, на всякий случай отступив подальше от разъярённого Одина. - Не твоего ума дело! – выкрикнул Всеотец, но потом – уже более спокойно – всё же поведал о проступке принца. – Этот… этот негодяй, этот подлец едва не развязал войну с нашими соседями! Причём утверждает, что вышло у него это совершенно случайно! – Один глубоко вздохнул, стараясь перевести дух. – Так вот. Чтобы впредь исключить подобное и наказать за дерзость и неповиновение, я забрал у твоего брата магию. До тех пор пока он не докажет, что достоин владеть таким даром. Только сейчас Тор заметил, что его отец сжимал в руке маленькую тёмно-коричневую, украшенную резными узорами сферу. Сквозь прорези этой сферы наружу рвалось яркое свечение. Бог Грома замер, заворожено наблюдая, как Один осторожно кладёт необычную вещицу в шкатулку, стоявшую на столе. - Вот так, - мрачно произнёс правитель Асгарда и повернулся к сыну. – А теперь ступай! – и Тор поспешил покинуть покои отца. С этого момента все мысли наследника престола были только о маленькой сфере, в которой Один спрятал отобранную у Локи магическую сущность. Ясно одно – этой силой необходимо было завладеть, причём в самое ближайшее время, пока отец не простил младшего принца и не вернул ему его силу. К счастью для Тора очень скоро ему представился удобный случай. Спустя сутки после сурового наказания Локи, Один и его супруга Фригг отправились в соседнее государство восстанавливать пошатнувшийся благодаря действиям младшего принца мир. И Бог Грома решил воспользоваться их отсутствием, тем более что сейчас все обязанности царя были возложены на него как на старшего наследника. Убедившись, что Один и Фригг в сопровождении свиты придворных покинули замок, Тор направился в покои отца. Заперевшись на ключ, он кинулся к столу, на котором по-прежнему стояла заветная шкатулка. Откинул крышку и замер – сфера с рвущимся наружу светом лежала в бархатном углублении и была невероятно красива. Осторожно, словно боясь обжечься, Бог Грома вынул шарик из его ложа и поднёс к глазам. Вдоволь налюбовавшись причудливой резьбой, он задумался. А что дальше? Как влить в себя волшебную силу? И приживётся ли она в теле наследника престола? А вдруг это смертельно опасно? И что сделает Один со старшим сыном, когда узнает о краже? После продолжительных колебаний Тор вздохнул и положил сферу на место. Ну нет, такое поведение не к лицу сыну Одина! Проникнуть в родительскую спальню, выкрасть чужую вещь… Нет! Так не годится! Тор нахмурился и тряхнул головой – такое вероломство присуще скорее Локи, чем ему! Локи… Локи… Локи… Локи… Перед глазами Бога Грома всплыл образ младшего принца, и Тор застонал – справиться с вожделением было выше его сил! И вот уже через секунду пальцы Бога Грома лихорадочно шарили по инкрустированной поверхности сферы, пытаясь вскрыть сосуд с магией. Нечаянно он зацепил ногтём какой-то завиток, и верхняя часть шарика бесшумно откинулась. Тор зажмурился – слепящий свет больно резанул по глазам. Что теперь? Это надо проглотить? Или каким-то образом размазать по телу? Что делать-то? Но в любом случае ЭТО надо сначала из сферы извлечь. Щуря слезящиеся глаза, Тор с опаской протянул руку к шару. Едва его пальцы коснулись сверкающего кокона, золотое свечение перекинулось на его кисть и побежало дальше – от запястья к локтю, от локтя к плечу, быстро расползлось по груди… По жилам побежали потоки огня, обжигая и наполняя неведомой силой, и через пару мгновений Тору показалось, что ещё чуть-чуть – и переполнившая тело энергия разорвёт его на части. И тут всегда бесстрашному Богу Грома сделалось худо – он испугался. Испугался, что не выдержит, сломается, погибнет! И как только такой хрупкий с виду Локи мог владеть всем этим?! Как он справлялся с потоком невиданной мощи?! Закричав, Тор с трудом разорвал контакт с искрящимся коконом, и крышка сферы тут же захлопнулась. Наследник трона без сил рухнул на пол и некоторое время лежал без движения. Впервые в жизни он почувствовал уважение к младшему брату и даже некоторый страх перед ним. Интересно, хоть что-нибудь получилось? По телу до сих пор пробегали волны жара, кожу покалывало тысячами иголочек, перед глазами всё плыло. Тор поднёс к лицу ладонь и захохотал – на кончиках пальцев, повинуясь его мысленному приказу, заплясали язычки зеленоватого пламени. Бог Грома медленно поднялся на ноги, вытянул вперёд руку, прищурился и… Валявшаяся на полу сфера с остатками магии взлетела в воздух и аккуратно опустилась в шкатулку. Тор щёлкнул пальцами – и крышка шкатулки захлопнулась. Что ж, немного тренировки, и магия полностью подчинится ему, старшему сыну Одина! И уж тогда Локи от него никуда не денется! А перед возвращением отца позаимствованную силу надо будет вернуть обратно. С коварной улыбкой на губах, Тор не спеша покинул покои Одина. «Да я совсем спятил!» - думал Тор, спеша в покои Локи. Час был поздний, и Бог Грома справедливо рассчитывал, что младший принц уже крепко спит. Трясясь от возбуждения, наследник престола почти бежал по тёмному пустому коридору. Вот и заветная дверь. Тор шумно выдохнул, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, после чего вытащил из кармана маленький серебряный ключик – этот ключ он ещё несколько недель назад ухитрился незаметно сдёрнуть с пояса брата во время шуточной по-тасовки и, естественно, возвращать вещицу хозяину не собирался. Уже тогда он чувствовал неумолимое влечение к Локи, тайком любовался его изящным телом, старался дотронуться до мага при каждом удобном случае, будь то раздражённый тычок в плечо или же дружеские объятия. А принцу и в голову не пришло поменять замок на дверях в свои покои – ну кому могло прийти в голову соваться в спальню особы королевской крови? И Тор этим беззастенчиво воспользовался. Почти каждую ночь, рискуя быть замеченным, Бог Грома тайком проникал в спальню брата и, стоя на коленях возле кровати, подолгу любовался младшим принцем. О, это было и чудесно и мучительно одновременно! Длинные пушистые ресницы, тонкие, чуть улыбающиеся во сне губы, волосы, разметавшиеся по подушке, изящная тонкая рука, со-всем по-детски подсунутая под щёку – всё это сводило наследника престола с ума. Ах, как хотелось провести пальцем по этой бледной коже, коснуться мягких губ, зарыться носом в небрежно рассыпавшиеся локоны… Однажды Тор так замечтался, что едва не пропустил пробуждения Локи – тогда Богу Грома удалось исчезнуть в самый последний момент, но опасность быть застуканным на «месте преступления» ничуть не охладила его пыл, а наоборот, прибавила остроты его странному нездоровому желанию. Вот и сейчас, сунув ключ в замочную скважину, Тор осторожно толкнул приоткрывшуюся дверь и проскользнул в спальню брата. Принц безмятежно спал, уютно завернувшись в тёплое одеяло. Бог Грома на цыпочках подкрался к его кровати и застыл, любуясь прекрасным лицом. В паху сладко заныло, налилось приятной тяжестью, и Тор попытался унять охватившее его возбуждение, но похоть уже растекалась по жилам обжигающим огнём, застилала глаза, душила обезумевшего наследника престола. - Прости, брат, - прошептал Бог Грома и коснулся ладонью лба принца. Золотое свечение волной пробежало по лицу Локи и, спустя мгновение, исчезло. - Локи! – тихо позвал спящего Тор. – Эй, Локи! – он легонько потряс брата за плечо. – Ты меня слышишь? Вместо ответа Локи глубоко вздохнул и повернулся на бок, спиной к Богу Грома. Нерешительно потоптавшись у постели, наследник престола осторожно подёргал принца за прядь смоляных волос – никакой реакции! Ещё несколько неудачных попыток разбудить младшего брата, и лицо Тора расплылось в хищной ухмылке – Локи спал мёртвым сном, никак не реагируя на внешние раздражители. А значит… Склонившись над братом, Тор одним движением сорвал с него одеяло. Локи даже не пошевелился. Окинув жадным взглядом изящную фигурку принца, скрытую длинной ночной рубашкой, Бог Грома осторожно улёгся на край кровати позади мага и прижался к его спине. Замер, боясь пошевелиться и тем самым вспугнуть, испортить чудный миг. Дыхание младшего принца по-прежнему было тихим и ровным, и Тор, облизнувшись, ухватил двумя пальцами тонкий шёлк его одеяния и медленно потянул вверх, обнажая длинные стройные ноги. Задрав на принце рубаху почти до самых ягодиц, Бог Грома коснулся его бедра и провёл кончиками пальцев по безупречно гладкой коже. О, как долго он ждал этого момента! Как часто представлял это в своих фантазиях! И как же тяжело сейчас было сдерживать себя, не наброситься на это такое доступное теперь тело! Тор прикусил губу, и его ладонь поползла выше. Дыхание Бога Грома сбилось, сердце в груди готово было вырваться наружу, когда его пальцы легли на крепкие округлые ягодицы, а затем скользнули вперёд, ощупав пах младшего принца. Поглаживая плоть брата, наследник престола прижался носом к его затылку и вдохнул аромат мягких волос. Не в силах больше контролировать себя, Тор тихонько всхлипнул и, притянув к себе безвольное тело, вжался пахом в ягодицы Локи. Несколько резких движений бёдрами, сдавленный стон, и Бог Грома почувствовал, как горячо и мокро стало в штанах. И вдруг, именно в этот момент ему стало стыдно. Он, старший сын Великого Одина, красивый, привлекательный мужчина, прокрался в покои своего брата, залез к нему в постель, облапал, воспользовавшись его же магией – и всё это ради того, чтобы быстро кончить себе в штаны! Позор! Бормоча проклятья, Тор сполз с кровати, аккуратно укрыл Локи одеялом и бросился прочь из спальни младшего принца. После той злополучной ночи минуло несколько дней. Локи ни о чём так и не узнал. С Тором он вёл себя по-прежнему высокомерно и надменно, но только теперь Бог Грома лишь усмехался, выслушивая насмешки и издевательства в свой адрес. Надо сказать, что совесть наследника престола быстро умолкла. Страсть к брату нисколько не ослабла, а скорее наоборот – вспыхнула с новой силой. Тору никак не удавалось стереть из памяти дивный образ спящего Локи, такого беззащитного, доступного и трогательного! Мысли о его атласной коже, стройных ногах, упругих ягодицах и мягкой, удобно устроившейся в ладони плоти напрочь лишили покоя старшего сына Одина. А потому очень скоро Тор снова стоял на коленях у кровати спящего брата, запустив одну руку себе в штаны, а другой лаская плоский мускулистый живот Локи. И так продолжалось почти каждую ночь до тех пор, пока Тору не наскучило удовлетворять самого себя и пока его тело не затребовало нечто большего, чем простая мастурбация над обездвиженным принцем.