* * *
За чаем мы провели около часа. Все это время мне было жалко лишь одного человека, и это Данте. Нет, об Алисе мы не говорили, но Лиззи сегодня была еще болтливее, чем обычно, а брат этого не любит. Мне было его искренне жаль, поэтому я предложил друзьям посмотреть тот ужастик, что так хотел посмотреть Данте. Ребята охотно согласились, и пока брат искал диск, мы готовились к просмотру фильму. Лиззи на кухне делала попкорн, а мы с Шики занавешивали окна зелеными атласными шторами, чтобы сделать комнату как можно темнее. На улице сегодня было пасмурно, поэтому нам это сделать удалось. - Наконец-то нашел, - в комнату вошел Данте с диском в руках. - Надеюсь, я не засну? - с улыбкой поинтересовался Шики, целясь на диван. - Не волнуйся, сегодня ты не уснешь, - с ухмылкой пообещал Данте, опускаясь на колени перед DVD. - И даже не целься на диван, он мой. - Противный, - шатен плюхнулся на одно из кресел и, удобнее устроившись, посмотрел в сторону кухни. – Эй, женщина, зрелище готово, где мой хлеб? - Оторвал бы задницу и помог бы! – крикнула ему в ответ Лиззи, неся две небольшие тарелки с попкорном. Одну она вручила Шики, вторую поставила на журнальный столик, который заранее подкатила ближе к своему креслу и умчалась за третьей тарелкой. Вскоре мы уже смотрели фильм. Хотя насчет смотрели, я сильно сомневаюсь. Может, Лиззи и Шики внимательно смотрели, а вот мне было не до этого. Я сидел между ног Данте, зажатый в его крепкие объятья. Кажется, ему нравился созданный нами полумрак и тот факт, что на нас никто не обращает внимание. Он медленно скользил по моей шее губами, наслаждаясь моей реакцией. Первые минуты я честно пытался пресечь его поцелуи, но, поняв, что это бесполезно, откинул голову ему на плечо, разрешая тем самым целовать свою шею. И он целовал, порою отстраняясь на мгновенье, когда Лиззи или Шики спрашивали что-то у него о фильме. Видимо он им нравится, а я не расскажу ни один эпизод, так как стоит Данте приступить к своим ласкам, как мои глаза сами собой закрываются, а мозг отключается. Есть лишь Данте и это наслаждение. Вскоре поцелуи стали более настойчивыми и, повернув мое лицо к себе, он жадно стал целовать мои губы. Его правая рука опустилась на мой бугорок в шортах, и медленно стала надавливать на него, затем осмелев, она скользнула ко мне в шорты и обхватила возбужденный член. - Данте, - выдохнул я, уклоняясь от его поцелуев, но брат, по всей видимости, слушать меня не хотел. Он вновь впился в мои губы, проводя рукой по основанию. – Данте, - повторил я жалобно, на этот раз, куснув его за губу. Брат неохотно отстранился и, удобнее устроившись на диване, уставился в телевизор, явно обижаясь на меня. А чего он хотел? Тут мои друзья, а он! Покраснев, я тоже уставился в телевизор, пытаясь ужасом снять возбуждение. Даже стыдно думать о том, как сильно я хотел продолжения. Но это ведь неправильно! Я ведь еще не могу ответить на его чувства. Вздохнув, я уставился на экран, насилие все-таки помогло.* * *
После просмотра фильма, кстати, друзья были в восторге, мы поболтали ещё немного, выпили чай и распрощались. Шики посоветовал мне подремать, а Лиззи как можно скорее выздороветь. Свято пообещав, что со мною все будет хорошо, и что буду лечиться, я распрощался с ними и вернулся в свою комнату. Я лежал морской звёздочкой на кровати, давая своему телу отдохнуть. Боже, как же я устал. Уверен, если бы сейчас вбежала мама с криком: «Пожар!», я бы просто попрощался с ней, нежели заставил свое тело пошевелиться. - Юкито? – в комнату вошел брат и с улыбкой посмотрел на меня. – Устал? - Очень, - жалобно прохныкал я. – Мне снова жарко... Данте на мои слова лишь сочувственно улыбнулся и сел на край кровати. - Бедный мой, - тихо шептал Данте, гладя кончиками пальцев мое лицо. – Устал. Я блаженно улыбнулся и прикрыл свои глаза. Так приятно… на своей шее я почувствовал чужое дыхание, лениво приоткрыв свои глаза, я заметил склонившего надо мной Данте. Так, снова? - Данте, - хотел было возмутиться я. - Тс, малыш, - тихо шепнул брат на ушко, прежде чем лизнул его. – Я помогу тебе. Хотелось возразить, хотя кого я обманываю? Я так устал, а ласки Данте были слишком приятными, чтобы просить остановиться. Запрокинув голову назад, я подставил шею для нежных поцелуев брата. Шепча на ушко ласковые слова, как бы отвлекая тем самым, он заскользил рукою по моему телу, заставляя его выгибаться под столь нежными ласками. - Данте, - тихо выдохнул я, закусывая губу. Нужно остановить его быстрее, чем кто-то из нас возбудится, но, кажется, я слишком долго медлил. Брат уже скользнул руками в мои шорты и обхватил уже вставшую плоть. - Сейчас, малыш, - продолжал шептать он своим томным голосом, накрывая мои губы своими. Я охотно ответил на поцелуй, ощущая, как Данте медленно провел рукой по члену. Вверх-вниз, вверх-вниз. Я простонал ему в губы и сильнее углубил поцелуй. Сейчас ведь никого нет, и я очень этого хочу… Поцелуи становились все жарче и настойчивее, я в буквальном смысле извивался под братом, желая получить больше. Мои руки скользили по его уже обнаженной груди, даже думать не хочу, когда я успел стащить с него футболку. Его натренированное тело было идеально, даже как-то завидно. Он, наверное, не испытывает такого восхищения, как я. Движения руки ускорились, и все эти не нужные мысли исчезли из моей головы. Я притянул Данте как можно сильнее, углубляя наш поцелуй. Наши языки извивались и сплетались, никто из нас не хотел проиграть в придуманной нами игре. Но рано или поздно кто-то должен сделать это. Его рука задала нужный темп, и вскоре, не выдержав, с громким стоном, я кончил брату прямо в руку. Наверное, я бы, как обычно, покраснел и попытался спрятаться от брата, но сил на это просто не было. Я притянул Данте к себе еще сильнее и, проваливаясь в сон, услышал столь важные слова, доказывающие, что ему нужно от меня не только это… -Я люблю тебя, Юкито…