Его секрет

Открыв входную дверь, я обреченно вздохнул. Данте уже был дома, так что очередная трепка мне обещана. Блин! Я ведь обещал ему… Опять рассердится? - Данте, - позвал я брата, скидывая одежду на пол. Близнец никак не отозвался, что лишний раз доказывало, что я снова виноват непонятно в чем, хотя на это раз возможно и понимаю... Направляюсь на кухню, где сейчас находится Данте. Он стоит ко мне спиной и, не обращая на меня никакого должного внимания, наливает в свою кружку кипяток, растворяя кофе. Крепкий, горький, буэ, и как он только его пьет? Всегда любил только три в одном. Так же намного вкуснее. - Где был? – сомневаюсь, что ему на самом деле интересно. Голос звучит спокойно, без какой-либо заинтересованности. Сам виноват, обещал же никуда не уходить. Блин, все снова из-за Асаэля… - Один человек хотел организовать мою встречу с отцом, - пытаюсь сказать уверенно, бесстрашно, но голос предательски дрожит. Он ведь рассердится, да? Ну и пусть, в отличие от него, я не хочу ничего скрывать! Чашка послушно летит в стену, разбивается на осколки, а кофе медленно стекает по белоснежной плитке. Мама будет сердиться… - Разве я не приказал сидеть тебе на нижних этажах? – злобно спросил Данте, развернувшись ко мне. Да, злится. Да, ненавидит, но это ведь ненадолго… - Ты хоть понимаешь, что наш отец… - Понимаю, - спокойно отвечаю, пытаясь также спокойно смотреть на брата, но внутри весь трясусь от страха. Мне страшно, но я должен ему сказать, если хочу получать информацию в ответ. Данте делает вдох-выдох, пытаясь унять себя, и, успокоившись, уже мягче спросил: «Почему ты не пошел к нему?» Я, поджимая губы, не решаюсь сказать то, что осознал в парке. Мне еще немного страшно, но не потому, что Данте злился, а потому, что я боюсь, что делаю поспешный вывод… Вдруг это не то, что думаю, но я ведь не пойму, пока не попробую, верно? - Потому, что я люблю тебя… Я, взволнованно опуская глаза, понимаю, что сгорю от стыда. Блин, и как только Данте может так спокойно это говорить?..И чего он молчит?.. Неуверенно поднимаю свои глаза на брата. Опять его этот взгляд… Словно ищет что-то. Ну, сколько можно?! Делаю два шага навстречу и, обхватывая его шею руками, впиваюсь в губы в сумасшедшем поцелуе. Данте не заставляет себя долго ждать, подхватывает меня под ягодицы и поднимает вверх. - Вот только попробуй меня уложить спать! – возмущенно произношу я, обхватывая его торс ногами. Теперь склоняться к его лицу приходится мне, но целоваться все так же удобно. Чувствую, как Данте начал куда-то двигаться. Куда именно нас привело стало понятно, когда меня уронили на мягкую кровать, заправленную черным одеялом. Чувства вновь смешались: с одной стороны хотелось любоваться Данте, потому что в приятном полумраке комнаты нависший надо мной брат с серыми глазами, в которых откровенно плескалось желание, действительно был прекрасен; но с другой стороны было страшно, ведь я не дурак и понимаю, что обычной дрочкой тут дело не закончится. - Боишься? – его голос был насквозь пропитан любовью, заботой и лаской, но в то же время оставался тем же сильным и мужественным. Ответ на этот вопрос просто не существовал. А что я могу ответить? Скажу «Нет», он же поймет, что это неправда, и решит, что нам еще рано. Отвечу «Да», все равно узнает, что это неправда, и будет еще хуже, чем с первым вариантом. - Я люблю тебя, - улыбаясь, отвечаю я, вновь нежно обнимаю Данте за шею и тяну к себе за поцелуем. Брат удовлетворённо хмыкает и сразу же ложится на меня, между разведенных ног. Данте висит надо мной на локтях, чтобы ненароком не раздавить своим телом, и глубоко целует. Я уже привык к этим его поцелуям и теперь могу получать наслаждение от соприкосновений наших языков и губ. Данте слегка выгибается телом, и я уже чувствую, как в меня упирается его плоть. Вздрагиваю и чуть сильнее кусаю губу брата. Если он увидит, что я боюсь, то он точно откажется от меня. Ни в коем случае нельзя этого показывать. Данте разрывает поцелуй… и, посмотрев мне в глаза, нежно касается губами щеки. Затем медленно спускается ниже, доходит до подбородка и скользит на шею. Боже, как же хорошо. Откидываю голову назад, прося тем самым ещё больше ласки. Данте не заставляет себя ждать и покрывает мою шею и плечи россыпью поцелуев. Грудь стала высоко подниматься от тяжелого рваного дыхания, а ноги начинают скользить по его бедрам, то обхватывая его, то поднимаясь так высоко, что колени касаются накаченного торса. И с каждым своим движением я задевал своим членом тот самый бугорок у него на джинсах. Прерывисто дыша, Данте склоняется ниже, переходя поцелуями на ключицу, и плавным движением стягивает с меня футболку. Легкий поцелуй, он тут же отрывается от моих губ и скользит языком по ямочке ключиц, после чего Данте услышал мой первый стон. Недолго раздумывая, он накрыл один сосок губами, а второй отдал на расправу пальцам. Тело само изогнулось навстречу брату, а ноги крепко обхватили его бедра. Если от поцелуев я думал, что возможно хочу его, то от этого я готов просто кричать об этом. Под его поцелуями, под его руками я чувствовал, как с каждой секундой терял самообладание и контроль над собой. Пару минут назад я бы еще мог это все прекратить, но сейчас… Его рука медленно сошла с груди на талию, крепче прижала меня к себе, а после его пальцы заскользили к паху и через пару секунд сомкнулись на моем члене, но меня так и не приласкали. Данте стянул с меня брюки и боксеры, и стоило отвлечься всего лишь на секунду, а я уже почувствовал, как горячий язычок проходится по головке, а следом он вбирает член почти до половины. Не в силах сдержаться, я застонал, а Данте лишь набирает темп, заставляя тем самым подмахивать ему, пытаясь проникнуть еще глубже в его горло. Ну, вот что он делает со мной? Увлеченным этим делом я не сразу замечаю, как в меня входит палец. Пытаюсь дернуться или хотя бы врезать с ноги по его стояку, но Данте вбирает мой член до конца и, пока я парю где-то на вершине оргазма, увеличивает число пальцев, постепенно доходя до трех. С облегчением я почувствовал, как Данте вытащил из меня свои пальцы и снова навис надо мной, касаясь губ в легком поцелуе. Я чуть приоткрыл рот, отдавая ему инициативу на дальнейшие действия, чем он сразу же воспользовался. Постепенно становилось приятно с двух сторон, от его губ и от его пальцев, которыми он все же вернулся на член, но вот он снова отстраняется и резким движением стягивает свою футболку, а затем принимается за джинсы. Я отвел взгляд, не желая заранее себя пугать размером того, что мне все же сегодня засунут в зад. Эх, мама, кого ты воспитала? Слышу какое-то шебуршение, выдавливание чего-то непонятного, после этого небольшое движение, и Данте снова зависает надо мной. - Кусаться разрешаю, - тихо шепчет на ухо, а затем нежно целует в щеку. Я недоуменно смотрю на брата, не понимая, с какой это стати я должен его кусать. Резкий толчок, и я с криком боли выгибаюсь под Данте. Кажется, я понял… От боли, как собака, вгрызаюсь в его плечо, сильнее прижимая тело брата к себе. Больно, больно, больно! Этого я хотел?! - Юкито, расслабься, - тихо шепчет Данте, замирая и целуя меня куда-то в шею. Расслабься? Я бы на тебя посмотрел, если бы в тебя вошло это! Но вскоре действительно становится легче, и он, замечая это, начинает медленно двигаться. Медленно-медленно, чтобы причинить мне меньше боли, и ведь действительно получается. С каждым новым толчком боль уходит, и на ее место приходит приятное ощущение. Это действительно приятно - чувствовать в себе Данте… Неосознанно начинаю легонько постанывать, выгибаясь под его телом. Обнимаю его плечи, а он продолжает ускорять темп. Касается моих губ, и мы целуемся словно оголодавшие, заставляя тело просто взрываться от возбуждения. Внезапно Данте отстраняется, не покидая моего тела и забросив мои ноги себе на плечи, снова целует. Я отрываюсь от его губ и уже не пытаюсь сдерживать громкие стоны, чувствуя, как все мое тело бросает в жар. Данте что-то уверенно задевает во мне, из-за чего я внутри словно горю. Впиваюсь ногтями в его кожу, кусая от удовольствия нижнюю губу. Недовольный рык вырывается из груди Данте, и он, словно в наказание, сильно вбивается в меня. Но это не причиняет мне боли, я лишь начинаю кричать от нахлынувших чувств. Данте вновь тянется ко мне и жадно, страстно целует. Наши языки борются, извиваются, танцуют, что не меньше возбуждает. Толчки становятся резкими и рванными, а тугой комок внизу живота грозит вот-вот вспыхнуть, чего я, несомненно, и желаю. Вновь царапаю его спину, но уже ни он и ни я, не думаем о наказании. Все, что мы хотим, это, наконец, добраться до столь желанного конца. Слегка откидываю голову назад, рвано дыша в такт толчкам, и сжимаю его волосы в ладонях. Данте наклоняется ближе, утыкаясь лбом в мой подбородок. Запускает руку под талию и крепко прижимает к себе. Еще несколько резких толчков, и я с протяжным громким стоном выгибаюсь на встречу, чувствуя теплые волны, что были сосредоточены в низу живота и сейчас расплескались на него. Данте еще раз с силой толкается в меня, после чего кончает с глухим низким стоном… Дрожащими руками я притягиваю тело брата к себе и нежно целую. Чувствую его тихий шепот «люблю» и так же тихо отвечаю ему, с удовольствием принимая накрывшее меня собой тело.