Его секрет

Целую губы, лоб, щеки. Шепчу успокаивающе слова, в которых так часто повторяются лживые слова: «Всё будет хорошо». Я уже не верю в это, но если не верю я, то пусть хотя бы верит он! Зачем отнимать надежду на светлое будущее сразу у двоих? Это слишком жестоко. Я сильный, я справлюсь, но он-то? Что он сделал такое перед Богом, что тот втягивает его во весь этот кошмар? Почему нельзя все свалить на меня? Я сильный, я справлюсь. Наверное, эти слова для меня некое подобие молитвы. Я повторял их перед каждой трудностью, принадлежащей мне или же Юкито. Хотя их ведь невозможно поделить. Мои проблемы - это мои проблемы, его проблемы - это мои проблемы. Эгоист до последнего. Эгоист до конца. Знал же, что мне опасно находиться рядом с Юкито, но все равно не мог оставить его… Прохожусь губами по его влажным щекам, повторяя вновь и вновь, что все будет хорошо. Он лишь безоглядно смотрит куда-то сквозь меня и по-детски плачет. Знаю, малыш, тебе страшно. Знаешь, мне тоже, но давай ты будешь бояться за нас двоих, а я буду защищать. Ведь если не я, то кто? Мама? Мне бы и её защитить… Отец? Мне бы тебя от него защитить… Тогда кто, скажи мне, мой маленький, кто защитит нас, когда я уже не в силах? Просто скажи… - Юкито, Данте! – в комнату ворвался Зес. Растрёпанный, запыхавшийся и испуганный… - Хватай Ю и бегом в мою машину. - Но… - Живо! – рявкнул Змей, нервно оглядываясь. Прекрасно понимаю, что ничем сейчас не могу помочь. Ведь страх Юкито полностью отдаётся во мне, поэтому хватаю брата на руки и послушно бегу к машине, краем глаза замечая, с каким остервенением Змей сжимает тот самый листок и какой-то ещё в руке. Спрашивать о чем-то, нет времени. Прижимаю лицо Юкито к своей груди и как можно быстрее пробегаю место, где находится давно мёртвый Посланник, которого уже хотят потащить двое наших пионеров. Выбегаю на улицу, где так некстати начался дождь, и бегу к знакомому вольво, на переднем сиденье которого уже кто-то сидит. Залезаю с Юкито на заднее сиденье, тот испуганно цепляется за меня. Мой малыш… усаживаю его на свои колени и, не обращая внимания на сидящего спереди человека, продолжаю делать то, что начал в кабинете. На этот раз Юкито не стесняется посторонних, поэтому свободно позволяет мне его ласкать. Пусть лучше утонет в моих ласках, чем в этой боли и печали. Мои руки скользят под его тонкую кофточку и свитер, медленно провожу ладонями по его спине. - Д…Данте… Наконец-то, он заговорил. Бросаю взгляд в сторону переднего сидения и заставляю человека проваливать. Наших машин и так штук семь, так что найдёт куда сесть. Некто молча уходит, а я, накрывая губы брата своими, расстёгиваю ремень на его джинсах. Знаю, что эгоистично, знаю, что не самое подходящее место, но сигареты меня от увиденного не спасут. Твой язычок неуверенно, но все же охотно вступает в мою игру. Знаю, малыш. Мы оба знаем, что нас может спасти и поможет забыться. Мои руки приспускают с тебя джинсы вместе с боксёрами, а ты, в свою очередь, пытаешься помочь мне. Руки дрожат, пальцы тебя не слушаются, поэтому заставляю немного привстать и, проделав то же самое с собой, что и с тобой, насаживаю тебя на свой член. Резко, сильно, без растяжки. Ты негромко вскрикиваешь, но так надо. Ты поймёшь, милый. Уже через полминуты малыш, держась за мои плечи, с силой насаживается на член. Я жадно целую твои губы, впиваюсь в них зубами. Мы оба пытаемся освободить от страха друг друга, причиняя боль. Быстро набираешь темп, и ты, постанывая, откидываешь голову назад. Впускаю в твои светлые локоны пальцы и, оттягивая назад, оставляю на твоей светлой коже яркие болезненные засосы. Ты недовольно рычишь и резко опускаешься на член, заставляя тем самым возбуждённо простонать обоих. Покусываю твою шею, бережно зализываю ранки лишь для того, чтобы оставить новые, стоны заполняют всю машину, что просто окончательно сводит меня с ума. Ещё пара резких насаживаний, и я с глухим рыком кончаю. Ты не заставляешь себя долго ждать и буквально через мгновение излеваешься вслед за мною. Мы оба тяжело дышим, пытаясь прийти в себя после этого сумасшедшего секса. Наш первый раз был совсем другим: ласковым, нежным и в какой-то степени бережным. Сейчас же он был наполнен болью, каким-то садизмом, но все той же неизменной страстью. Мы хотим друг друга, и теперь мы понимаем это оба… Разгорячённый лоб Юкито ложится мне на плечо, ровным счетом, как и руки. Не заставляя себя ждать, обнимаю малыша за талию, крепче прижимая к себе. Знаю, что совсем скоро придёт Змей, но нет ни сил, ни желания выйти из тебя. Я чувствую тебя, и это успокаивает… Юкито приходит в себя первым. Слегка приподнимается на мне и надевает боксёры на мокрый пах, а следом за ними джинсы. Делать нечего, я следую примеру брата и обязательно, как только оделся, сажаю его обратно. Я все так же чувствую его, и это успокаивает. Дыхание малыша потихоньку успокаивается, и он, судя по всему, погружается уже в спокойный сон. Я отстранёно улыбаюсь и целую любимого в лоб, краем глаза замечая, как к машине движется Змей. Теперь можно стать на мгновенье слабым и позволить себе отдохнуть. Откидываю голову назад и, прижав брата чуть сильнее, закрываю глаза. Он ведь и был твоим ответом, а, Юкито?..