Спорим, я соблазню ботаника?

*** В библиотеке царила гробовая тишина. После того инцидента парни больше не цапались. Вообще трудно поругаться, когда оба молчат и даже не смотрят друг на друга, полностью игнорируя присутствие другого человека в комнате. Хичиго активно создавал видимость бурной деятельности, расхаживая вдоль стеллажей и время от времени возвращая пару-тройку книг со столов на полки. Куросаки и не рассчитывал, что из этого кретина выйдет толковый помощник. Спасибо уже и на том, что не мозолит глаза, не издает никаких звуков и хотя бы что-то делает. Этого уже было более чем достаточно для того, чтобы рыжий мог спокойно доделать все дела и уйти домой, где его, скорее всего, будет ждать вкусный ужин и море домашнего задания на завтра. Кстати о задании… - Слушай, - начал Ичиго, отыскав своего горе-помощника. – У меня к тебе есть несколько предложений. - Хм? – белобрысый вопросительно уставился на говорящего, губы сами собой растянулись в коварной улыбке. – Какого характера? – Хичиго облокотился о стеллаж и неестественно отставил бедро. Вид у него был, надо сказать, блядский. - О господи, твою «светлую голову» хоть когда-нибудь посещают мысли, по содержанию отличные от секса и при этом не связанных с выпивкой? – устало и даже как-то с надеждой спросил Куросаки. Да, он был трезвым реалистом, но как-то же этот придурок дожил до своих 19. А, значит, голова должна функционировать более не менее нормально. Тем более, язык у этого козла подвешен, аргументирует он очень неплохо, видно, что думать умеет, просто не хочет напрягаться лишний раз. По крайней мере, рыжий на это очень надеялся. Что, что, а вера в человечество в нем почему-то еще жила, хоть и на последнем издыхании. - Ну знаешь, - задумчиво протянул Хичиго. – Бывает иногда… Вот, к примеру, я сижу себе в кафе, никого не трогаю, а за соседним столиком сидят две курицы и восторженно обсуждают «50 оттенков серого» или, предположим, говорят о шмотках, косметике и ты понимаешь, что у этих двух больше никаких интересов нет. И тогда я задаюсь вопросом: как таких еще Земля носит? – пожав плечами, закончил парень. Ичиго не знал, как реагировать на ответ парня. С одной стороны, он в своем репертуаре: все дерьмо, а я король. Но было в этом что-то странное… К примеру, то, что он ценит в девушках интеллект. Да и откуда он знает, какая литература считается низкокачественной? - И давно тебе в ком-то мозги важны стали? – с ядовитой усмешкой поинтересовался рыжий. - Знаешь ли, Куросаки, одно дело трахать какое-то пьяное тело, будучи сам не в лучшем состоянии. Ты это делаешь только потому, что тобой управляют инстинкты, тебе все равно, во что совать, тебе нужна дырка. Тебе наплевать на ее душу, на мировоззрение, да и нормальные девочки не ходят в те места, что я посещаю. Я просто удовлетворяю свои потребности. Это как в туалет сходить. Совершенно другое дело – когда рассматриваешь человека не как чехол для члена. Конечно, мне важна в людях внешность, однако в близких я больше ценю то, что у них вот здесь, - Хичиго указал пальцем на висок. Если в тот раз белобрысый оставил Ичиго хоть какой-то шанс, чтобы скрыть свое удивление и съязвить, то теперь было понятно, что это был отвлекающий маневр, чтобы потом сразить наповал выстрелом в голову, объявить шах и мат, которым ходом назад и не пахло. Рыжий не понимал, не хотел понимать, что происходит. Этот козел вещает с такой уверенностью, он сейчас такой серьезный… Да он сам-то верит в то, что несет?! - Это твое запасное амплуа на случай, если человек не ведется на образ ловеласа и любимца публики? – продолжал язвить Куросаки. Его раздражала эта спокойная уверенность, выводила из себя серьезность тона собеседника. Он отказывался верить этому барану. Чудес не бывает, это парень уяснил уже очень давно. – Ты перетрахал половину университета. Многие из твоего списка – влюбленные в тебя по уши наивные девочки, которым ты банально разбил сердце. Или сюда ты тоже ходишь до неприличия пьяный и тебе все равно, что иметь? – не сдавался парень. - Я не хочу перед тобой оправдываться, Куросаки. Ты мне не мама, не бабушка и даже не друг, с чего бы мне это делать? – блондин вопросительно изогнул бровь, его взгляд по-прежнему выражал крайнюю серьезность. – Мои действия трактуются публикой так, как им это удобно. Они не вдаются в подробности, отказываются хоть немного думать головой и анализировать мои поступки. Видишь ли, если в первый день знакомства повесить на самого себя какой-то шаблон, со временем люди начнут в это верить. И я могу хоть двадцать бабушек через дорогу перевести, трижды спасти планету от инопланетного вторжения и сделать массу добрых дел, в ваших глазах я все равно останусь самовлюбленным отморозком, верно? Поэтому верьте во что хотите, меня это мало волнует. У меня есть те, кто мне дорог, а на остальных мне глубоко наплевать. – Хичиго говорил настолько холодно и безразлично, что рыжий почти физически ощутил понижение температуры в помещении. – А девочкам этим нужно было просто объяснить, что жизнь совсем не похожа на ту, что описана в их любимых книжках, где все у всех легко, хорошо и весело. Нет, конечно, ты прав, мне на них было наплевать, но тем не менее, я не тупое животное, которое трахает все, что шевелится. А что не шевелится, шевелит и трахает. От маски шута, коего Ичиго привык видеть, не осталось и следа. И было не понятно, белобрысый просто отличный актер или все же нет? - Если ты не хочешь, как ты выразился, передо мной оправдываться, то, позволь спросить, зачем ты сказал все это? Зачем мне это знать? – с недоверием во взгляде произнес Куросаки. – С какой целью ты сейчас мне изливаешь душу? Пытаешься заставить меня поверить в то, что ты не отморозок? Что ты на самом деле очень ранимый, мыслящий, а главное добрый парень, который просто через амплуа козла пытается очистить мир от скверны? – парень рассмеялся. – Что еще я сегодня узнаю? Может быть, вечерами ты сидишь на подоконнике, укутавшись в плед и думаешь о бренности бытия? Не смеши! – рыжий понимал, что он перегибает. Также не ушло от его внимания и то, что эти откровения по неизвестной причине выводят его из себя. И главное, что сейчас именно он ведет себя как козел и отморозок. Однако Куросаки просто не мог остановиться. Его глаза блестели, а по венам будто пустили лаву вперемешку с кислотой. И почему этот урод так успешно каждый раз его доводит до белого каления, как ему это только удается?! В ответ Хичиго безразлично хмыкнул, пожал плечами и продолжил убирать книги. Конечно, в его словах была правда. Он не соврал ни разу, однако после разговора остался очень неприятный осадок. Дело в том, что так «по душам» он обычно не разговаривал ни с кем, кроме Шинджи, его друга детства. Вместе с Хирако они прошли очень многое, не раз доказывая друг другу свою преданность. Из каких только задниц один не вытаскивал другого и чаще всего это был именно Широсаки. Ведь у худощавого блондина с немного странной для парня прической и непропорционально длинным, для такого вида, языком, просто априори должно быть много проблем. Тут на сцену выходил Хичиго, с которым «униженные и оскорбленные» Шинджи парни, в большинстве своем, связываться банально боялись. Себе дороже. В свою очередь Хирако очень сильно помогал белобрысому в вопросах более философских, он был отличным психологом и в то же время с ним всегда было весело, несмотря на то, что он очень ленив. Просто нужно уметь его растормошить. Почему его так понесло перед этим выскочкой Куросаки? Многого он не собирался говорить, просто… Так вышло. Когда он начал, он почему-то не смог вовремя притормозить, будто бы кто-то объяснялся за него. Словестный понос такого рода Широсаки был не свойственен в принципе, даже Шинджи приходилось многое из него клещами вытаскивать. Что ни говори, Хичиго всегда был очень скрытным человеком, он никогда не испытывал потребности в том, чтобы с кем-то делиться своими переживаниями и уж тем более не собирался никому показывать, что нервничает по какому-либо поводу. Парень был уверен, что его проблемы на то и его, что больше никого в этом мире не касаются. Так зачем кому-то еще об их существовании знать, у всех своих трудностей полно и вся эта напускная забота, как показывает практика, не более, чем вопросы для поддержания светской беседы и по большей части всем наплевать. Надо ли говорить, что сказав столько едва знакомому человеку, Широсаки чувствовал себя так, будто он станцевал бесплатный приват этому рыжему козлу? Успокаивало то, что Куросаки вряд ли поверил в его слова. Что ни говори, а его теория, озвученная парой минут раннее, касающаяся того, что стоит налепить себе на лоб пару ярлыков, так все поверят в их подлинность и слепо примут на веру. Эта схема работает безотказно, люди слишком ленивы. Ведь зачем пытаться узнать человека, зачем анализировать, когда это уже сделали за них? Почему бы просто не поверить в то, что видишь и забить? В этот раз этот алгоритм его спас. Отойдя от шока, Куросаки поймал себя на мысли, что изначально завел этот разговор с целью предложить Хичиго самому закончить уборку в то время, как рыжий сделает хотя бы часть задания на завтра. За это Широсаки полагался меньший объем домашнего задания после следующего занятия с Ичиго. Однако, это уже не имело никакого смысла, ведь они уже почти закончили. А это значило, что теперь Куросаки должен будет пожертвовать парой часов сна и это не могло не огорчать. Парни закончили с уборкой около 6 вечера. На выходе из университета их ждала декан. Женщина скрестила руки на груди и победно ухмылялась, глядя на сына, которого хоть раз в жизни удалось заставить что-то делать. - Ну что, убрались? – с ухмылкой полюбопытствовала представительница прекрасного пола. «Нет, мамуль, мы занялись сладкой любовью на каждом из столов по очереди. Вроде ни один не пропустили», - пронеслось в голове у Хичиго. Однако в ответ он просто мрачно кивнул. - Мы можем идти? – поинтересовался Куросаки. – Или еще что-то нужно сделать? – сказав это, Ичиго столкнулся со взглядом белобрысого, который означал что-то между «Ты умрешь через пару минут» и «Ты здоров вообще?!». Однако, попытки прожечь в его загорелом лбу дырку, парень оставил без внимания, его такими дешевыми трюками не запугаешь. - Пожалуй, на сегодня с вас хватит, - наконец ответила женщина после долгой паузы, во время которой она притворялась, будто всерьез думает над вопросом отличника и напряженно вспоминает, что еще можно было бы им поручить, однако в конце концов с разочарованием пришла к выводу, что работы для двух хулиганов больше на сегодня нет. *** - Тебя подвезти, Куросаки? – вяло поинтересовался белобрысый. Вся эта обязаловка и благотворительность его безумно утомляли, а ведь впереди еще месяц такого рабского труда. – Мне все равно по пути, - Хичиго сейчас не пытался извлечь какую-либо выгоду или побыть с «жертвой» еще немного, нет. Ему правда нужно было заехать к Хирако, который жил неподалеку. По правде говоря, от компании рыжего он за сегодня порядком устал. Ичиго искоса глянул на собеседника, чье лицо выражало такую вселенскую тоску, апатию и безразличие, что казалось, будто его заставили на шахте работать до седьмого пота, а не убрать пару книжек. От того вечно улыбающегося клоуна и следа не осталось. Да, что ни говори, а труд, возможно, и способен сделать из обезьяны человека и пару месяцев общения пойдут им двоим на пользу. По крайней мере, Куросаки уж точно овладеет непробиваемым самоконтролем и уже ничто не будет способно вывести его из равновесия. Соглашаться на предложение он не хотел, однако же это могло помочь ему выиграть пару минут и лечь спать пораньше. Тем более, в таком состоянии он практически безвреден. - Ну давай, - нехотя ответил рыжий. – Завтра заниматься с тобой будем, нет? - Не знаю, это тебе решать, - пожав плечами отозвался Хичиго. – Мы разве успеем и «наказание» отработать, и позаниматься? А жить-то когда? – с тоской добавил парень, заводя машину. Куросаки нахмурился. - Нужно просто грамотно распределять время – раз, два – ты все равно по ночам гуляешь, день-то у тебя свободный, тебе ли ныть по этому поводу, - с легким раздражением в голосе ответил рыжий. Это он потом будет до поздней ночи делать задания, клевать носом на парах и в приемной больницы, где тот время от времени помогал отцу. А этому, видите ли, жить некогда… - Ты ж обещал меня завалить работой, мой строгий сенсей, - с ухмылкой парировал Хичиго. «И уж поверь, так оно и будет», - мстительно подумал Ичиго. В салоне снова повисла тишина. Оба слишком устали, чтобы что-то говорить. У Куросаки было время осмотреться, он отметил, что автомобиль был под стать владельцу: шикарный кожаный черно-белый салон с желтыми вставками, из хорошей аудиосистемы играет рок, да и само средство передвижения было каким-то агрессивным и даже слишком показушным. У Широсаки снова зазвонил телефон. К ужасу Ичиго, белобрысый как ни в чем не бывало достал его из кармана и приложил к уху. За рулем. - Да, дорогой, - нежно промурлыкал Хичиго с улыбкой от уха до уха. - Ты что творишь?! – возмутился рыжий. – Это же опасно, идиот! Однако, на его возмущения парень отреагировал лишь небрежной отмашкой. Все, что оставалось Куросаки – молиться, что этот баран знает, что делает. - Ты меня уже заждался, да? Не волнуйся, котенок, я скоро приеду и освещу твою темную берлогу своим ликом, - как ни в чем ни бывало продолжил ворковать с другом Хичиго. – А потом мы поедем с тобой к Ннойторе и будем прожигать жизнь, - воодушевленно добавил парень. – Ладно, одевай мои любимые розовые стринги, я скоро буду, целую, - на этой оптимистической ноте, белобрысый повесил трубку. - Ответь мне, почему ты такой зануда, а? – устало поинтересовался Хичиго. - Потому что я слишком ценю жизнь, чтобы умереть из-за того, что один гомик клеил другого по дороге домой, - буркнул в ответ Ичиго, на что собеседник лишь презрительно хмыкнул. Тем временем они уже почти приехали к резиденции Куросаки. Выходя из машины, рыжий решил все же напомнить: - Спасибо, что подвез. Позволь кое что уточнить. Завтра быстро делаем, что попросит декан, потом занимаемся час. И если ты сегодня снова нажрешься до такого, что завтра соображать не будешь, я больше не собираюсь даже пробовать в тебя хоть какие-то знания вложить. Тебе это не надо, мне – тем более, - тоном, не терпящим возражений выпалил Ичиго. - О боже, какой же ты правильный, Куросаки, аж тошно, - закатив глаза отреагировал Хичиго. – Тогда давай сделаем так: мы с тобой будем заниматься не в стенах универа, он нагоняет на меня тоску. Кафе или моя квартира – решать тебе. А тебе советую хотя бы на какое-то время расслаблять свою стальную хватку, в которой ты держишь все и тем более себя. До скорого, красавчик, спасибо за заботу, - послав воздушный поцелуй и одарив рыжего самой обворожительной улыбкой, на какую он только был способен, Широсаки втопил педаль газа в пол и скрылся из виду. Ичиго передернуло. *** Ночью Куросаки никак не мог выкинуть из головы разговор в библиотеке. Он не знал, как относиться к этой ситуации, не знал, верить ли в сказанное или нет. Вообще, все, что касалось Широсаки, приносило рыжему исключительно головную боль и проблемы. Сказать, что он ужасно раздражал – не сказать ровным счетом ничего. А еще больше злило то, что он сейчас лежит в своей кровати уставший, после тяжелого дня и думает об этом баране! И это был далеко не единственный случай, когда Куросаки ловил себя на том, что он как-то слишком бурно реагирует на этого клоуна. *** Следующий день пролетел довольно быстро, несмотря на то, что пришлось снова тащить свою упругую задницу в университет к первой паре. Пил Хичиго вчера совсем немного, все же ради такой цели, как загорелый красавчик с шикарным телом и взрывным темпераментом, можно было и поберечь печень. Да и, надо сказать, на трезвую голову совращать посетительниц, отрабатывая статус VIP, даже проще. В этот раз он не трогал Куросаки на парах, так как понимал, что ему и так с этим бараном полдня придется провести. Это одновременно нагоняло тоску и радовало. Хорошего в этой перспективе было мало лишь потому, что им нужно будет сначала заниматься какой-то скучной и однообразной ерундой, а потом еще и придется целый час делать вид, что он впитывает знания и, главное, хочет этого. Преимущества хоть и блекли на фоне жирных минусов, однако возможность выводить барана из себя и пялиться на его задницу – уже лучше, чем ничего. Сегодня отработка «наказания» заключалась в том, чтобы вымыть пол в спортивном зале. Естественно, улизнуть опять не вышло. По всей видимости, мать всерьез взялась за воспитательный процесс. Самое время, в 19-то лет… Ичиго тоже долго плевать в потолок и пялиться на его загорелую пятую точку не позволил. Когда в тебя швыряют швабру, быстро приходишь в себя. - Мы, вроде как, договаривались не тратить время друг друга и быстро с этим покончить, - воспитательским тоном произнес Куросаки, холодно глядя на удивленного такой наглостью парня. – О боже, какие мы деловые, - фыркнул Хичиго. – Может, ты еще меня за плохое поведение по попке отшлепаешь, м? – облизнувшись добавил белобрысый. – Я согласен на такие санкции, - сказав это, парень развернулся к собеседнику спиной, оперся руками о стену и оттопырил задницу, вызывающе глядя на Ичиго. - Ты определенно умственно отсталый, - лаконично подытожил Куросаки и вернулся к работе. Помаявшись еще немного, Хичиго все же решил немного помочь своему коллеге по несчастью. Что, что, а создавать видимость бурной деятельности он умел мастерски. Вроде бездельничал, но в то же время рыжий не сможет сказать, что он ничего не сделал. В конце концов, маман не давала четких инструкций касательно того, должны ли они распределять работу поровну. Беспроигрышная ситуация. К несчастью Ичиго. *** Заниматься решили в кафе недалеко от университета, куда Широсаки постоянно заглядывал за кофе с Шинджи перед парами, где они прогуливали с Гриммджо занятия. А также это место отличалось большой концентрацией приятной внешности официанток. Многие из них обучались в том же заведении, что и белобрысый. Надо ли говорить, что они все уже давно значились в списках как Джагерджака, так и Хичиго? Их короткие юбочки, спортивные, стройные ножки, широкая душа и миленькие мордашки не могли не ободрить Широсаки, который уже порядком устал. И это еще главное занудство дня не начиналось даже… На трезвую голову воспринимать информацию оказалось на удивление проще. Ичиго изъяснялся очень понятно, буквально на пальцах объясняя особо сложные моменты и преподносил материал лекций довольно интересно, в то время как преподаватель за все годы обучения был способен лишь усыпить блондина. Он приводил жизненные, легко запоминающиеся примеры. А еще Куросаки такой красивый, когда сосредоточен. Рыжий тоже не мог не отметить интерес в глазах «ученика», который даже на контрольные вопросы умудрился на все ответить к легкому разочарованию «учителя». Ведь он так надеялся на то, что сейчас получится все списать на безнадежность Хичиго и покончить с этим кошмаром навсегда. Но этот кретин оказался довольно способным. - Можешь же когда хочешь, - с ухмылкой сказал Ичиго. – Однако не надейся, задам я тебе все равно очень много, я же обещал, - садистскую улыбку просто не получилось скрыть. - Я еще не то могу, - подмигнул рыжему Широсаки. – Тут вопрос в желании, но и от преподнесении материала зависит очень много. - Ой, не подлизывайся, а? – отмахнулся Куросаки, продолжая писать задание для белобрысого козла и получая искреннее удовольствие от этого процесса. – Вот, прочти эти параграфы, напиши мне небольшое эссе на эту тему и будь готов к тому, что завтра я буду по прочитанному материалу тебя гонять, - Ичиго аж светился от счастья говоря это. Хичиго воспринял это как вызов. В его глазах сразу же заплясали румбу бесенята, а рот привычно искривился в полуухмылке. Его берут на слабо? Рыжий придурок возомнил, что он не справится с заданием? Да он с этим разберется за полчаса! - Как скажешь, сладкий, - промурлыкал Широсаки. – А если я буду умницей и все сделаю качественно, ты меня как-нибудь поощришь? – белобрысый кокетливо закусил губу. - Ты в детском саду что ли? Тебе же это нужно, - буркнул Ичиго. Он уже почти перестал обращать внимание на гейские замашки собеседника. *** К большому удивлению рыжего, ученик подошел к вопросу основательно и действительно хорошо подготовился. Он смог ответить даже на вопросы, которые были не столько по параграфу, сколько требовали способностей к анализу прочитанного материала и наличия логики. Хичиго же с пользой убил 40 минут скучной пары. Все равно Шинджи дрых, а Гриммджо не приходил раньше третьей. Дело в том, что белобрысый отличался отличной памятью и был весьма способным учеником. Другой вопрос, что до этого учиться его не стимулировали ни угрозы, ни упреки учителей, да и сам парень не видел в этом процессе никакой пользы. Другими словами, этот человек мог бы легко стать отличником с минимальными затратами времени и сил, но, вот незадача, он совершенно не видел в этом смысла. Для того, чтобы побудить этого упрямца на что-либо, нужно было разжечь в нем азарт. И вызов Ичиго, помноженный на спор с Гриммджо являлись крайне веской причиной, чтобы сделать все как нужно. Куросаки одновременно радовался такой подготовке и был расстроен тем, что подловить этого козла ни на чем не удалось. А это значило только то, что причин отказаться от занятий не было. Пока не было… *** - Алло? Гриммджо? Он уже от меня без ума. Пришлось пойти на кое-какие жертвы, но, похоже, это того стоило и окупится мне сторицей, - протянул Хичиго с хищной улыбкой и облизнулся. *** Его грубо опустили на колени, ему это нравилось. В следующее мгновение четыре руки в спешке пытались справиться с пуговицами джинс. Каждая секунда ожидания длилась невыносимо долго. Казалось, прошла вечность, когда наконец с совершенно неуместным сейчас предметом гардероба было покончено. Осталось резким движением дернуть вниз последнее препятствие на пути к блаженству, трусы. Они оба этого хотели до дрожи, но он не был бы собой, если б не начал издалека. Коротким движением лизнув головку, парень с вызовом уставился на белобрысого, ухмыляясь. Он хотел, чтобы тот его умолял, чтобы тот помучался. - Что ты творишь, гаденыш? – прошипел Хичиго. – Давай уже, - в голосе чувствовалось нетерпение и раздраженность. - А волшебное слово? – промурлыкал парень, обдавая головку горячим дыханием. - БЫСТРО, - проорал Широсаки и вставил член парню в рот практически до основания. В эту ночь Куросаки проснулся в холодном поту. Это был, пожалуй, самый ужасный и омерзительный сон, который ему когда-либо приходилось видеть.