Pregnant at sixteen.

5 Second Of Summer — Beside you Зейн вышел из дома под крик отца. Это было что-то вроде: — Проваливай отсюда, малолетняя проститутка! По щекам катились горькие слезы, они были горячими.Как кипяток, вылитый на руку в попытке налить чай. В душе, как и на сердце, было пусто и холодно. Ему ужасно захотелось поесть. Не удивительно. Проблема в том, что у него не было денег. Он все ещё думал об аборте. Мама этого не вынесет. Пейн? А что Пейн? Ему должно быть похуй на него. Маленький дождичек начинал капать на асфальт. Все. Он не может терпеть. Зейн слишком хочет есть. Если он сейчас не поест, то съест вон ту кошку с шерстью вместе. Он направлялся к фургончику с фаст-фудом, как его окликнули. — Зейн? Что ты тут делаешь? *** Повернувшись на звук Зейн увидел Лиама, смотрящего на него из окна Range Roverʼа. — О, Мистер Пейн, какая встреча… Зейн еле удерживал себя, чтобы не заорать на мужчину и высказать ему все. — Почему ты не дома? — Какая Вам разница? — Большая. Говори. — Улица, это не то место для такого разговора. — Залезай в машину. — Мне считать это как попытка к изнасилованию? Начинать кричать? — Нет, — Пейн издал непонятный смешок. Это смех или знак презрения? — Тогда купи мне большой хот-дог. Самый большой. С луком, кетчупом и майонезом. — Ладно. *** Зейн сел на кожаное сиденье. Он громко жевал и откусывал большие куски. — Почему ты… Лиам хотел спросить про дом, но принюхался. Зейн пахнул по-другому. Не цитрусом и медом, а ещё чем-то. — Почему ты пахнешь по-другому? — Отличный вопрос. Тебе сказать все сразу или помучить? Просто, я люблю мучить и людей и, вообще, я ж… — Сразу. — Ууу, как ты любишь перебивать. Как скажешь. Помнишь, мы с тобой сексом занимались? — Да. — Так вот. Была сцепка. Глаза Пейна округлились. Все не так. Не так. — Я беремен, Лиам. Ты отец. Знаешь, почему ты? Ты был моим первым, до тебя у меня был только вибратор и, вообще, это самый лучший хот-дог в моей, блять, жизни. — Не матерись. — Да похуй. Пейн, не моргая, смотрел в одну точку. Зейн носит его ребенка. Его ребенка. Лиам отец. Мысли продолжали бежать сквозь чавканье Зейна. Он на зло чавкает? — Твои родители знают? — Да. — И что они сказали? — Отец назвал шлюхой и выгнал из дома. Мама поняла и дала денег на мотель. Кстати, довези меня до него. Надеюсь на номер без тараканов, я этих тварей ненавижу, вот мне когда пять было, мой дядя и я… — Никакого мотеля. Ты едешь ко мне. — Чего?! Нет. Вези меня в мотель. Если тебя пугает то, что я омега, а там могут быть альфы, то не волнуйся. Они ко мне не подойдут. Ведь я помечен. И, кстати, у меня есть шокер, я тебя им ща жахну. — Мной. Я твой альфа и отец моего ребенка. Поэтому, даже не спорь со мной. — О, отлично! Вези куда хочешь! Можешь даже сдать сутенерам! Мало ли кому нравятся трахать беременных омег! — Хватит орать, Зейн! Никаких сутенеров! Только мой дом! *** Машина остановилась около многоэтажки. — Выходи. — Выходи, бе-бе, я Лиам Большой Член Пейн, главный индеец школы. *** Зейн сидел на диване и смотрел на крысу, бегающую по другому дивану. Иногда, крыса останавливалась и смотрела на Зейна. Они как бы смотрели друг на друга. Омега подметил, что крыса довольно-таки смешная. — Это Алекс. Она тут живет. У меня ещё хомяк есть и кот с рыбками. Я люблю животных и в квартире одиноко. — О, да, круто. Пейну показалось безумно милым зрелище, как Зейн смотрит на Алекс, а Алекс на Зейна. — Иди помойся и переоденься в сухую одежду. — У меня ее нет. — Я дам тебе свою. — Отлично. *** Лиам сидел на диване и смотрел на рыбок. Рыбы успокаивали его. Особенно, в данный момент. Зейн носит его ребенка под сердцем. Его ребенка. Зейн нравился Лиаму. Очень даже. Ему нравилась внешность Зейна, его характер. Очки, которые украшали Зейна. Его мысли разрушил крик Зейна. — ЛИАМ, Я ЧУТЬ НЕ СЕЛ НА ТВОЕГО ХОМЯКА, УБЕРИ ЕГО! — Его зовут Фред! — УБЕРИ ФРЕДА! Вид омеги заворожил Лиама: растрепанные и мокрые волосы торчали в разные стороны, он стоял в белых боксерах, на нем был свитер Лиама, который был ему мал, но для подростка он был велик. Зейн выглядел таким красивым в этом свитере. Точнее, он всегда был красивым. *** — Лиам, тебя могут посадить, — прошептал Зейн, глядя в потолок. — Почему? — Потому что мы не женаты. Я беременный подросток. — Да. Я не думал об этом. Мы потом все решим. Все исправим. — Я хочу сделать аборт. — Что?! Не смей! Даже не думай! Это мой ребенок. Он будет жить. Я сделаю для него и для тебя все, что угодно. — Пометь меня. — Что? — Ты слышал. Лиам навис над Зейном. Он смотрел в глаза цвета темного шоколада. Он спел их губы. Поцелуй был нежный и сладкий, словно сахар. Альфа медленно спускался вниз и остановился на шее. Он поцеловал, облизнул и засосал кожу. И укусил. Зейн принадлежал Лиаму и носил его ребенка под сердцем.