Pregnant at sixteen.

Выйдя из душа, Лиам уставился на свое отражение в зеркале. Несомненно, день был тяжелым, и все, чего так сейчас желал альфа, — сон. Глубокий и долгий. Дверь в ванную комнату резко открылась, отчего Лиам подпрыгнул на месте. Пройдя прямиком к своему альфе, Зейн впился в губы Лиама, заставляя его впечататься задницей в мойку. — Что ты делаешь? — оторвавшись от губ омеги, спросил Лиам. — С кое-кого сегодня сняли обвинения, так что я хотел бы его поздравить, - одним рывком альфа поменял их местами. — Вот как? — хитро улыбнувшись, спросил Лиам, целуя и посасывая бьющуюся венку на шее мужа, — что ж, это объясняет, почему ты пришел ко мне абсолютно голый. Лиам целовал шею Зейна, медленно опуская к его ключицам, а затем к животу. Губы альфы переместились на возбужденный член омеги. Зейн не мог сказать ничего членораздельного, потому что его муж творил своим ртом жутко приятные вещи. Он посасывал головку, перебирал яички в руках. Он заглатывал член полностью, то водил по нему языком. По выступающим венкам. Омега еле сдерживал себя, он хватал одной рукой волосы Лиама, а другой часто щипал себя за соски. Он не мог уже выдерживать этого. Щечки покрылись румянцем и он был слишком разгорячен. — Не мог бы ты прекратить? — слова давались омеге с трудом, смешиваясь со стонами, — иначе все кончится, не успев даже начаться Лиам усмехнулся и выпустил член изо рта с характерным звуком. Даря омеге поцелуй с собственным вкусом, Лиам поднял его на руки и понес в спальню. Положив Зейна на кровать, альфа навис сверху, вновь целуя мужа. Зейну казалось, что он сгорит от нетерпения, пока Лиам целовал его животик. Он был большой, даже слишком. Он доставлял небольшие неудобства. — Господи, Лиам, сделай уже что-нибудь, — прошептал парень, вцепляясь в большие плечи альфы. Мужчина прикрыл глаза и скользнул пальцем в отверстие омеги, поглаживая сочащийся вход и проталкивая сразу два пальца, поглаживал бархатные стенки. Зейн тихо застонал от ласк. Лиам больше не мог терпеть, член стоял колом, истекая смазкой. Вынув пальцы, мужчина приподнял омегу за бёдра и вошел в него. Альфе и раньше было очень очень хорошо со своим омегой, ну в нем, но теперь это было нечто запредельное, восхитительное, лишающее рассудка. Лиам поднял уже распухшие ноги Зейна, придерживая их, а омега же вцепился ногтями в спину. Это было самое восхитительное чувство на свете - ощущать жар тела любимого, ощущать его в себе, слышать его горячее дыхание и ласковый шёпот. Лиам начал двигаться - быстро, резко, ритмично двигая бёдрами, каждый раз задевая простату. Зейн провёл руками по спине, оставляя бордовые полосы и застонал, кусая губы. Всё внутри перевернулось, член запульсировал и выстонав имя своего мужа, омега кончил, пачкая себя густой спермой. Альфа зажмурился, чувствуя, как его сжимают стенки и еле успел выйти, изливаясь на живот омеги. Лиам упал на бок, притягивая Зейна к себе. Тот лежал, тяжело дыша, смотря на мир шальными глазами, улыбаясь совершенно как сумасшедший. — Ты выглядишь довольным, - усмехнулся Лиам, доставая салфетки из тумбочки. — Ох, заткнись, довольным на самом деле выглядишь ты. — Действительно? – альфа распечатал салфетки и начал вытирать живот мужа, - Чтож, думаю это потому, что я действительно доволен. — Ну еще бы ты не был, — по лицу Зейна расплылась хитрая улыбка. — Ох, заткнись. Они ещё долго лежали рядом. Лиам целовал Зейна, гладил его животик, чувствуя как ножки пинают его. — Это просто удивительно! — говорил он каждый раз, когда чувствовал это. Его детишки пинали его, как бы приветствуя своего папу. И вот когда они захотели спать, Лиам лёг на бок и посмотрел на омегу. Он был так же красив, как и тогда. Он всегда был красив для Лиама. — Я люблю тебя, Зейн, — прошептал альфа средь покрова ночи. — Я тебя тоже, — отдалось от тела рядом с ним, чо прижималось к нему. Лиам как и говорил, любил Зейна. Всем сердцем.