Истоки в прошлом

Брови Гавриила полезли наверх, грозя и вовсе удалиться, не прощаясь с лица архангела. Это была именно так зеркальная комната, в которой он был, находясь в бреду. С той лишь разницей, что теперь его отражение было в каждом из зеркал. Дверь позади архангела и ворона захлопнулась, отсекая все звуки, доносившиеся до этого. - Занимательно. Не находишь? – Гавриил ощущал, что части мозаики складываются в одну картину. Пусть кое-что и было притянуто за уши, но архангел чисто интуитивно ощущал, что рассуждает правильно. - Что занимательно? Здесь же никого? Эндари ушла. - О, нет. Я так не думаю – Гавриил уставился в свое отражение и тут, наконец, понял, что же так рассмешило Зарана. Когда архангел мыл лицо в купели, он размазал по лицу всю сажу, которой рисовал сигил и полоски. Тут уж рассмеялся сам Гавриил. Ворон молчал. Несмотря на боль в плече, Гавриил сжал кисть в кулак и ударил по стеклу. Сейчас он будто наслаждался болью – Знаешь, Заран, меня порой осуждают за определенное инакомыслие. За то, что мои рассуждения и выводы не сходятся с видением моей семьи – Гавриил взял с пола один из осколков стекла и полоснул себя по ладони. - Но вот такой вот я. Таким меня создал Отец. Примечать различные детали, видеть нестыковки, ну и опираться лишь на свое мышление – кровь не самый хороший способ что либо начертить, тем более на зеркальном полу, поэтому Гавриилу пришлось очень кропотливо выводить линии и символы, раз за разом делая рану все глубже. - Ты это к чему? – спросил ворон, наблюдая за художествами архангела. - Все, просто. Я прекрасно знаю, кто ты. Но совершенно не понимаю, почему ты меня до сих пор не убила – Гавриил оторвался от «урока рисования собственной кровью» и посмотрел на Зарана-Эндари. - Что же меня выдало? – голос был совершенно спокойным. - При нашей первой встрече, ты сказал или сказала, не знаю, как тебе будет удобней, что сейчас в этом мире "Из разумных здесь только мы с тобой". Почему в этот список не попала Эндари? Именно этот вопрос я задал себе, когда услышал твой рассказ про этот мир. Затем я удивился игрой слов. Эндари – Вера и Эандир – Ворон. Это была сущая мелочь, поэтому не принял во внимание. Сейчас я понимаю, что мы слишком просто прошли через дом, несмотря на то, что здесь, по твоим же словам, живут наиболее опасные существа. Даже там, снаружи, у меня было бы намного больше проблем. А здешних существ, у тебя была возможность контролировать. Ещё одна, хоть и малозначительная, но очень показательная для меня деталь. Цитирую: «Интересной мою жизнь здесь вряд ли можно назвать. Ты не представляешь как это. Жить веками в этом сумраке». Это вкупе с тем, что ты мне говорил при нашем знакомстве. Эндари здесь до безумия скучно. Все это были лишь мои догадки, посчитай которые я стопроцентным доказательством, давно бы свернул тебе шею, но этого было недостаточно. Последние паззлы сложились буквально пару минут назад. Первое, это то существо на лестнице. Фалькон. Очень неубедительно знаешь. Если ты говорил, что существа пытались тебя прикончить, а тут выясняется, что любимец Эндари, с тобой в неплохих отношениях был, как-то не вяжется. Ну, а когда мы зашли сюда. Зеркальная комната. То, что я видел в своих галлюцинациях. Думаю, тебе ничего не стоило мне их навеять. Пялясь на меня полночи нагонял жуть, не так ли? - Здесь вечная ночь… смертный – голос ворона приобрел стальные оттенки. - Вот, как мы заговорили? – Гавриил довел последнюю черту, в своем «рисунке» и тяжело вздохнул. - Это все? Все твои доводы? Тебе не кажется, что это вилами по воде писано? - О! Это однозначно так. Множество мельчайших домыслов и догадок, которые словно стекла в витраже, складываются в разноцветный узор. Но, видишь ли в чем самое интересное? - И в чем же? - Своим вопросом о том, как я догадался, ты только подтвердил мои догадки. Значит, этими вилами, мне все же удалось кое-что написать. - И что же ты собираешься делать дальше? Убьешь меня? - Естественно. У меня нет другого способа отсюда выбраться. - И ты думаешь, я дам себя убить? У тебя нет сил со мной совладать. Или ты думаешь, твой рисуночек, что-то может сделать? - Рисунок нужен для другой цели – отмахнулся Гавриил - Думаю, мы оба знаем, что ты сам.. что ты сама хочешь умереть. Слишком долго ты прожила в сумраке, среди обезумевших душ. Слишком долго не видела солнца. Но ты не знаешь, как все исправить. Была бы твоя воля, то ты давно бы все вернуло на свои места. Эндари молчала. - Не знаю, каким образом Эндари превратилась в Эандир, но могу лишь предположить, что это начало. Начало твоего безумия. Находясь здесь так долго, ты и сама начала потихоньку сходить с ума. Я твоя последняя Надежда. Гавриил больше не проронил ни слова. Капая собственной кровью на зеркальный пол, он, прихрамывая, подошел к ворону. - Эндари… - Просто сделай – просить дважды не пришлось. Только прозвучали слова Веры, как тут же ее голова, отрубленная куском зеркала, что держал Гавриил, покатилась по полу. Яркая искра засветилась, намереваясь покинуть тело, Вестник не мешкал. Сняв с шеи амулет, давнее средство связи с ныне падшим братом Абигором, поднес к тушке убитой птицы. Амулет тут же впитал искру, а Гавриил, развернувшись, вернулся к рисунку, и стараясь, не повредить контуры, стал внутрь. - Абигор, братец, будь добр, отвлекись от дел своих и помоги мне выбраться из этой задницы мира. Желательно поторопиться. Здание существенно тряхануло. Видимо, Эндари была именно тем, на чем держалась магия этого дома и теперь, без хозяйки, он собирался также свалить по быстрому «в отпуск». - Гаври-и-и-ил, гадкий проходимец, кто бы мог подумать, что ты всё же воспользуешься вещицей и позовешь меня. Да ещё и на по-о-омощь. – Абигор окинул взглядом окружение, разворачиваясь на месте. - Нет времени объяснять, Абигор. Хватай меня и валим. - А что взамен? – ухмыляясь, спросил Эрртруар - Вообще-то, твоя жизнь. Либо мы сваливаем, либо ты остаешься в магически нестабильном поле, стоять в середине пентаграммы. Но не боись. В этом случае, я составлю тебе компанию. Сам я свалить, как видишь, отсюда не в силах. - А ты хитёр, Гавриил. Тебе место у нас, с такими то талантами. Заманил сюда, бесцеремонно обездвижел и поставил ультиматум. – Герцог сложил руки на груди, встав «в позу», словно бунтующий подросток. - Тебе решать, Абигор. У меня нет ни малейшего желания с тобой спорить. Не представляешь, как мне надоело это место. - Тогда твой ход. Подотри линию и держись крепче, пташка, мы улетаем. - Клянись! - О Отец, по что ты наградил моего братца такой недоверчивостью? – Прошептал Абигор – Клянусь, не за чем орать. Гавриил, стер кровавый развод и архангела с архидемоном окутала тьма, унося прочь из Мальвимера. Вовремя. В эту же секунду, крыша дома упала именно на то места, где они только что стояли. Земля встретила архангела, красивейшим закатом. Абигор не поскупился, выбирая точку выхода. Побережье Тихого океана было замечательным местом. Гавриил чувствовал, что к нему возвращаются силы. Отвечая на просьбу своего падшего брата, архангел рассказал о своих приключениях. - Ты понимаешь, Гавриил, что если бы я знал, что ты вытягиваешь меня в Мальвимер, я мог тебя оттуда и не вытаскивать. Этот дом не был для меня угрозой. Там же Тьма вокруг. - Понимаю. Поэтому играл ва-банк, не давая тебе долго размышлять. Мозги-то у тебя на месте. Как и инстинкт самосохранения. И вот мы здесь. - Хитрый жук. И что тебя на небе держит? – Эрртруар стоял, любуясь закатом. - Знаю, Абигор. И спасибо. За мной должок. Вельзевул мне вот тоже задолжал, но вот сможет ли он расплатиться, большой вопрос. - Все это хорошо, но если меня увидят в компании с архангелом, пойдут слухи мол Абигор с Небесным воинством якшается, а я, в отличии от тебя дорожу репутацией – сказал Абигор и рассмеялся – Бывай. Думаю, больше не выдастся шанса так увидеться, лишь скрестив клинки... - Прощай, Эртруар. Увидимся. И не раз. Эрртруар вновь рассмеялся – Кто знает! Мне ли не знать, как изменчива судьба, и от каких мелочей она меняется?! – Абигор приподнялся над землёй и, закрутившись чёрным мини-торнадо, исчез в хлопке, оставив после себя лишь оседающую пыль. После исчезновения брата, Гавриил ещё некоторое время наблюдал закат, а затем, как стемнело, вздохнув, отправился на Небеса, получать затрещины от Михаила.