Глава 3
14 июня 2015 г., 08:40
- Интересно, интересно, - бубнил Кровокрут, пока они с Гарри возвращались в комнату, где их ожидал Карлус. Поттер же ровным счётом ничего не понимал. Оставалась надежда, что новоявленный дед разрешит эту ситуацию.
Как только они вошли в комнату, Карлус спросил гоблина:
- Ну что, всё прошло без осложнений? Мой наследник признан? – Кровокрут немного замялся, а затем ответил:
- Да, лорд Поттер, наследником Вашего рода является Гарри, но также он является наследником и ещё одного рода, даже не наследником, а уже лордом. И этот род – род Певереллов. – Если Карлуса что-либо и могло удивить, то это был именно тот случай.
- Каким образом?! – вскрикнул лорд Поттер. - Этот род ушёл в небытие более пятисот лет назад. Нет, я, конечно, знаю, что род Поттеров является близким к роду Певереллов, но почему же, когда я проходил подобную процедуру, как сегодня Гарри, род Певереллов не признал лордом меня?! – Пытаясь побороть свои эмоции, Карлус начал ходить по комнате взад-вперёд.
- На этот вопрос у меня, лорд Поттер, есть если не ответ, то предположение, - задумчиво проговорил гоблин. - Я полагаю, что всё решил брак Вашего сына, Джеймса Поттера, с маглорождённой волшебницей. Род Поттеров веками хранил чистоту крови, и было множество родственных браков между членами Вашей семьи, которые, как известно, сохраняют чистоту крови, но являются крайне опасными с точки зрения потомства: Вы ведь знаете историю рода Мраксов? Так вот, этот род пресёкся, а последние его представители не отличались вменяемостью. И вот, - продолжил Кровокрут, - брак Вашего сына с Лили Эванс, который должен был повредить роду, на самом деле сыграл Вам на руку – кровь наследника, в которой почти не было примесей из других родов, была разбавлена её кровью, пусть и не чистой, но она сыграла роль катализатора. А Ваша кровь, лорд Поттер, и кровь Ваших предков была слишком однородной, возникал риск рождения невменяемого ребёнка, или же сквиба, вот магия и не позволила вам носить титул лорда Певерелла. Магия решила так: Гарри Поттер, а вернее, теперь – Гарри Поттер-Певерелл – чистокровен. Ритуал принятия в род очистил его кровь от примесей, и теперь в его венах течёт кровь Поттеров и Певереллов, без каких-либо дополнений, - закончил свою речь гоблин.
Гарри сидел, как громом поражённый. Из тех книг, которые он прочитал за два месяца, проведённых в особняке Блэков, он знал, что теперь на нём забота о роде, да и о каком роде! Певереллы, род, отмеченный самой смертью! Пожалуй, такое бы больше подошло Реддлу, подумал Гарри и не удержал ухмылку. Из размышлений его выдернул в реальный мир голос деда:
- Спасибо, Кровокрут, думаю, на сегодня это всё, - сказал пожилой маг. - Завтра Гарри встретится с поверенным рода Певереллов, чтобы уладить дела рода, которых, как мне кажется, накопилось немало за шесть сотен лет. А сейчас я вынужден откланяться – я задолжал внуку множество объяснений, которые он, вне всяких сомнений, жаждет от меня услышать. Пойдём, Гарри, - с этими словами Карлус поднялся из кресла, и Поттеру ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Выйдя из банка, лорд Поттер спросил внука, умеет ли он аппарировать.
– Да, конечно, - ответил Гарри, - только задай координаты. Ну или же давай вместе.
Карлус взял внука за руку, и через секунду двое лордов стояли у ворот Поттер-мэнора, а к ним уже спешил домовой эльф.
***
- Артур, Молли, Гермиона. У нас проблемы, - без предисловий начала Минерва МакГонагалл, сидя у себя в кабинете. – Карлус Поттер очнулся. Ужас на лицах всех троих был ответом на эти слова директрисы. Все подумали об одном и том же: что же теперь будет с таким удобным для них миром. - Но это же невозможно, - возопила Молли, - Альбус же лично его заколдовал и сказал, что эти чары нерушимы! - Вот именно, Молли, - сказал Артур, - это значит, что кто-то Карлусу помог, и этот кто-то является нашим врагом. Минерва, как ты думаешь, кто-то из Пожирателей? Хотя откуда им знать о Карлусе Поттере… Об этом же знала только ты и Альбус, и с недавнего времени мы трое… Но мы же никому не говорили, нам понятно, что это самая что ни на есть конфиденциальная информация, которая может разрушить всё, к чему мы стремились. Да, дела-а-а… - Профессор МакГонагалл, - подала голос Гермиона, - а не мог лорд Поттер сам очнуться? У чар же есть сроки действия, в конце концов, он же спал семнадцать лет, может быть… - Нет, Гермиона, это вряд ли возможно, - ответила директриса. – Альбус использовал особую магию, Карлус не смог бы сам очнуться. Я вас всех собрала затем, чтобы решить, что нам всем теперь делать. - Нам надо помешать Гарри встретиться с ним, иначе это будет фиаско, - только и смог сказать Артур. – Карлус Поттер легко сможет настроить его против всех нас. И, если честно, он в своём праве, но для всех нас это будет фатально. - Боюсь, Артур, они уже встретились, - сказала МакГонагалл. - Нимфадора Тонкс видела, как Поттер выходил из “Гринготтс” в обществе пожилого мужчины, затем они аппарировали. У меня нет сомнений в том, что это был Карлус Поттер. - Господи, что же теперь делать, - запричитала Молли, - он чего только ни наговорит Гарри, он же, поди, знает, кто его заколдовал и заставил пролежать бревном семнадцать лет. - Да, думаю, что знает. Поэтому, когда мы увидимся с Гарри, надо будет придумать, что ему говорить по этому поводу, чтобы он не пошёл на поводу у деда, - продолжила Минерва. – Считаю, что нам всем стоит подумать, встретимся через пару дней и обсудим наши планы. Засим прощаемся. Все кивнули друг другу на прощание и ушли через камин, оставив директрису одну обдумывать сложившуюся ситуацию.***
Поттер-мэнор был великолепен. Гарри шёл вслед за дедом и домовиком, бесконечно причитающим о том, как он рад видеть наследника рода, по выложенной декоративным камнем дорожке. Справа и слева от него тянулись бесконечные живые изгороди, идеально подстриженные и идеально зелёные. Вокруг били фонтаны, щебетали птицы и благоухали цветы. И вот из-за очередного поворота показался сам особняк. Трёхэтажное белое здание в стиле ампир и барокко сияло на солнце, словно начищенный галеон. По центру располагалась двустворчатая дверь, а над ней - огромная лоджия. Окна на первом этаже были высотой во весь этаж, выше же – поменьше. Всё это великолепие напомнило Гарри Малфой-мэнор, но здесь не было так мрачно, к тому же, сюда он прибыл в обществе своего деда, а не Фенрира Сивого. Когда они вошли в холл особняка, у Гарри и вовсе дух захватило: огромная мраморная лестница, ведущая на верхние этажи, портреты Поттеров висят на стенах, и все они наблюдают за появлением наследника. Как только они ступили на мягкий ковёр, дед наконец дал волю чувствам и обнял внука. - Ты себе не представляешь, Гарри, как я ждал этого момента, - сказал Карлус неровным голосом. Выпустив его из объятий, лорд Поттер велел домовикам показать Гарри комнату наследника и сказал, что будет ждать его в своём кабинете через полчаса. Поднявшись за домовиком на второй этаж и войдя в свою комнату, Гарри обнаружил, что всё в ней выдержано не в красно-золотых цветах, как он того ожидал, а в бело-голубых. В шкафу его ожидали удобные наряды (не иначе эльф подготовился, подумал Поттер), а также мантии, но он решил мантию не надевать, ограничившись брюками и рубашкой тёмного цвета. Юный лорд Певерелл умылся, придирчиво осмотрел себя в зеркало и увидел некоторые изменения, которые его, мягко говоря, удивили. Его волосы больше не торчали в разные стороны, а лежали ровными прядями, шрам не исчез, но основательно побледнел, да и зрение его, как он заметил, стало значительно лучше – сейчас он спокойно рассматривал себя в зеркале без очков. Решив, что с этим разберётся потом, он поспешил в кабинет деда, куда его провожал домовик. Войдя в кабинет, он увидел, что Карлус уже ожидает его, просматривая свежий номер “Пророка”. - Неправильные вещи в мире творятся, не правда ли, Гарри? – загадочно спросил Карлус и замолчал, выжидая ответа. - Да, я и сам не понимаю, что происходит, - ответил Гарри, - я ожидал, что после падения Волан-де-Морта всё будет по-другому. - Да, да, и я думаю, что знаю, чего ты ожидал, - закивал головой Карлус, - мира во всём мире. А теперь – одна коррупция, скандалы, преследование чистокровных только по той причине, что они аристократы, ну и потому, что они богаты. Что ж, внук, пора бы мне и рассказать тебе, почему я не видел тебя семнадцать лет, а ты меня. - Конечно, я жду с нетерпением, - немного съязвив, ответил Поттер. - Зря ты, Гарри, иронизируешь, - заметил дед, - если бы я мог, то явил бы себя гораздо раньше. Семнадцать лет назад Альбус Дамблдор заклятием погрузил меня в сон, и если бы не один мой друг, о котором ты узнаешь позже, я бы и поныне спал в подвалах Поттер-мэнора. - Но зачем?! – вскрикнул Гарри. Он не мог понять, как мог Дамблдор, святой Дамблдор, выдернуть из его жизни на семнадцать лет единственного родственника. Гарри отказывался в это верить. - А я сейчас объясню тебе, внук, - ответил Карлус. - Семнадцать лет назад, после первого падения Тёмного лорда, ты был отправлен к своим тёте и дяде. Так решил Альбус и всем запудрил мозги касательно того, что тебя защитит кровь Лили. Но это не так. Кровь маглорождённой не несёт в себе магической основы, она не может защищать. Да, отдав за тебя жизнь, Лили спасла тебя от Тёмного лорда, её жертва была признана магией и единовременно дала тебе защиту от человека, покусившегося на твою жизнь, но после её смерти ты был бы одинаково уязвим что на Тисовой улице у своих родственников-магглов, что в любом другом месте. - Но зачем Дамблдору было тогда это нужно? – спросил Гарри, чувствуя, как в нём нарастает гнев. - Чтобы оградить тебя от единственного оставшегося в живых родственника – от меня, - ответил лорд Поттер. - Ты же знаешь убеждения Альбуса о всеобщем равенстве, магов чистокровных и маглорождённых? - Да, знаю, и это так, - ответил Гарри. – Ведь нет никакой разницы! - А вот и нет, внук, разница есть, и она огромна. Только чистокровным магам известны и подвластны тайны высшей магии. Да, маглорождённый волшебник может быть силён в теории магии, но каким бы он ни был теоретиком, любой, даже посредственный чистокровный маг, на практике будет гораздо сильнее, и всё это из-за крови. Кровь – наше главное достояние, - говорил Карлус, а Гарри тем временем раздумывал и понимал, что деду незачем врать. Тем временем лорд Поттер продолжал: - То, что ты теперь чистокровен, после ритуала, проведённого сегодня у гоблинов, открывает для тебя совершенно иные возможности, как в обществе, так и в плане магии. Но мы отвлеклись. Так вот, Альбус погрузил меня в сон, чтобы я не оказывал на тебя, по его мнению, пагубного влияния. Этот хитрый интриган всё предусмотрел: и твоё знакомство с Уизли и Грейнджер, и формирование твоих взглядов в обществе маглорождённой и предателей крови, и твою битву с Реддлом. Хочешь спросить, наверное, откуда я всё это знаю, пробыв в состоянии сна в течение семнадцати лет? – усмехнулся дед. - Да, очень хотелось бы, - пробормотал Гарри, с трудом сдерживая свой гнев. - Я навёл справки. За звонкую монету сегодня многие готовы расстаться со сведениями о тебе, - сказал Карлус. – Я-то тебе вреда не причиню, а вот враги – кто их знает, так что будь осторожен, смотри, что и кому ты говоришь. Карлус взял с камина бутылку огневиски и два пузатых стакана, щедро плеснул в оба, один протянул Гарри, а другой поставил возле себя. Поттер залпом осушил свой бокал, почувствовал, как потихоньку успокаиваются нервы, и попросил деда налить ещё. Тот усмехнулся, но выполнил просьбу. - Теперь ты понимаешь? – спросил лорд Поттер, - Ты всё время был пешкой в игре Альбуса Дамблдора, подпортив ему игру лишь тем, что выжил непонятно каким образом. В то, что Реддл убил в тебе часть себя, я не верю, убивающее проклятие действует не на душу, а на жизненно важный орган – сердце. Должно быть другое объяснение, но это мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Магия бывает непредсказуема, и она дала тебе второй шанс. Повисло молчание. Дед и внук молча потягивали огневиски, смотря на огонь в камине. Молчание прервал Карлус. - Кстати говоря, о Уизли. Полагаю, эти ежемесячные платежи, о которых мы выяснили в банке, были платой за их, так скажем, с тобою общение. Могу предположить, что другие платежи, по сотне галеонов, отходили мисс Грейнджер, весьма амбициозной маглокровке. Гарри сидел в ступоре и не желал верить в сказанное дедом. Но всё было так логично. Сейчас с его глаз будто спала пелена, которой их так тщательно скрывал Дамблдор. Снова почувствовав приступ животного гнева, Поттер с размаху швырнул пустой бокал в камин. Дед же не обратил на это никакого внимания. - Это пройдёт, - сказал Карлус, - всегда больно терять близких, как ты считаешь, тебе людей. Если у тебя есть ещё вопросы, я готов на них ответить. Время позднее, а тебе надо выспаться, завтра тебя ждёт трудный день: поход в “Гринготтс” и беседа с поверенным Певереллов, а также я бы хотел, чтобы ты сопровождал меня в моём визите в Хогвартс. - А это зачем, дед? – спросил парень. - А затем, что ты не закончил своего обучения. Я бы отправил тебя в Дурмстранг, где более терпимо относятся к важным дисциплинам, таким как ритуалистика и магия крови, но не хочу, чтобы ты был так далеко. И так я не знал тебя семнадцать лет и собираюсь это наверстать. Поскольку больше вопросов к Карлусу у Гарри пока что не было, он обнял деда и пошёл в свою комнату, следуя за домовиком.
