Мародеры. История о подделанном кубке

Джеймс проснулся в радостном возбуждении. Сегодня, уже сегодня они отправляются на платформу девять и три четверти на вокзал Кингс-Кросс, а оттуда на Хогвартс-Экспрессе прямиком в школу Чародейства и Волшебства – В Хогвартс. Их, Мародеров, ждет пятый курс в школе и... Стоп! Пятый курс? Это значит, что в конце этого года СОВ! Джеймс схватился руками за голову. В этом году их ждут экзамены! Нет, конечно, Сириус поддержит его в том, что про вылазки и хулиганства забывать не стоит, Питер как обычно промолчит, а вот Римус... Римус это проблема. Он им все уши прожужжит о том, что надо готовиться к экзаменам... Джеймс обреченно вздохнул. «Ладно, – подумал он. – На месте разберемся!» – и поскакал умываться. Спустившись в холл, Джеймс с изумлением заметил там только Римуса. Отсюда вывод – он встал рано. Римус разговаривал с кем-то из профессоров, а тот протянул ему значек. Джеймс прищурился и... Так Рем староста? Вывод два – теперь он вряд ли одобрит ночные вылазки. Вывод номер три – отсюда следует, что набегов на Хогсмид отныне не будет. Вывод номер четыре – подлянки Филчу и слизаренцам прекратятся. Вывод номер пять – жизнь в Хогвартсе станет рутиной. Оптимистично, однако! – М-да! Хорошего же ты обо мне мнения! – раздался над ухом Джеймса голос Римуса, с слегка обиженными нотками. Поттер вытаращил глаза, мол что, где и когда? А ещё он не совсем понял, его друг что... – Мысли читаешь? – удивленно покосился на Лунатика Сохатый. – Ага, – кивнул Люпин. – Особенно, когда ты мысли свои высказываешь вслух, так громко, что тебя в Дурмстранге слышно! Через десять минут в холл Дырявого Котла спустился Питер и... уставился на Джеймса так, словно на его голове горгоны свили гнездо и выращивают там маленьких горгонят. А все почему? А все потому, что Сохатый встал на сорок минут раньше, чем вставал обычно. Завтракать без Сириуса не решили, тот обидится ещё, а потом и говори ему, что мы, мол, как лучше хотели, что было бы чистейшей правдой, ведь когда Блэк спустился в холл со своим чемоданом, напоминал он скорее пробудившегося от спячки Лирнонга, нежели пятикурсника Хогвартса. Волосы спутаны, под глазами синяки, злющий, как черт – разве, что искры не летят. Времени до выхода не оставалось, отсюда следовало, что позавтракать Мародерам, увы, не успели и, стащив с кухни пару вкусняшек, они отправились на вокзал Кингс-Кросс. Прибыв на вокзал Мародеры поспешили к барьеру между платформами девять и десять. До отбытия поезда оставались считанные минуты. Четверо ребят налегли на поручни своих тележек и побежали. Барьер приближался. Осталось каких-то два шага... Один... И вот, Мародеры уже находятся на забитой людьми платформе, у которой стоял паровоз алого цвета. Над головами собравшихся на платформе людей плыли извергаемые паровозом клубы дыма, а под ногами шмыгали разноцветные кошки. – Томас, пообещай мне... – донесся до ушей Джеймса женский голос. – Я не Томас, я Эван, – ответил ей паренек, к которому она обращалась. – Скажи мне честно, женщина, как ты можешь называть себя нашей матерью, если не различаешь своих сыновей? – О, Эван, дорогой, прости меня, – виновато произнесла женщина. – А в чем, собственно, дело, мам? – с другой стороны появился второй близнец. – Я пошутил, мам, Томас это я, а он Эван. – улыбнулся во все тридцать два зуба Томас. – Томас и Эван, – покачала головой женщина. – В этом году вы должны вести себя хорошо. Если я ещё раз получу сову с известием о том, что вы что-то натворили – взорвали туалет или... – Взорвали туалет? – изумился один. – Мы никогда не взрывали туалетов. – хмыкнул второй. – А может, попробуем? – спросила подошедшая к ним девушка. – Нора! – покачала головой женщина. – Нора, ну ты хотя бы приглядывай за моими оболтусами. – Хорошо. – кивнула девушка и покосилась на близнецов. – Торжественно клянусь! – хором запели близнецы. Джеймс с удивлением наблюдал за странноватой компашкой, а когда он услышал про взорванный туалет, то вообще чуть «копыта не откинул». «Так вот, кто в школе, помимо нас хулиганит. – подумал он. – А ещё Пуффендуй. Когда Шляпа отправляла их туда, она явно была не в здравом уме и трезвой мысли!» Прозвучал громкий свисток и Мародеры запрыгнули в первый попавшийся вагон. Это оказался вагон для старост. – Ну, Лунатик, мы составим тебе компанию! – сообщил Сириус, хлопая по плечу новоиспеченного старосту Гриффиндора. Римус закатил глаза, а потом усмехнулся и пошел получать инструкции. Когда же он вернулся, то Мародеры (в особенности Джеймс и Сириус) уставились на него обиженными глазами. – Что? – изумился Люпин. – Все места уже заняты и булочки съедены! – обиженным тоном просветил друга Джеймс, по интонации которого трудно было понять, что его больше разочаровывает, то что нету мест, или то, что булочки раскупили. Питер лишь пожал плечами, когда Римус удивленно посмотрел на него. Ребята долго искали свободное купе, и уже отчаявшись, оказались в «хвосте» поезда. Там нашлось одно купе, где почти никого не было, за исключением девушки с темными волосами собранными в тугую косу, из которой выбивалась седая прядь. На девушке уже была обета мантия – форма Хогвартса, а на шее был намотан шарф с синими и бронзовыми полосками. Когтевранка. Мародеры переглянулись и решили, что разговаривать с дамой будет Сириус, на что тот согласился без каких-либо уговоров. – Извините, мисс? – позвал он когтевранку, как раз в тот момент, когда она собиралась перелистывать страницу своего толстенького фолианта, чтением которого она сейчас была занята. Когтевранка недовольно посмотрела на Сириуса и приподняв брови лаконично бросила : – Ну? Сириус,который привык к тому, что девушки за ним сворами бегают, опешил от такого хладнокровного отношения к нему и даже рот открыть не смог, на выручку ему пришли Джеймс и Римус. – Извини, тут свободно? – поинтересовался Люпин. – В остальных купе вообще сесть некуда! – пожаловался Поттер. Девушка, усмехнувшись, вновь уставилась в книжку: – Ну, свободно, только не шумите слишком, я читаю. Мародеры прошмыгнули в купе и заняли свободные места. Получилось так, – раз когтевранка сидела у окна, – Питер устроился напротив неё и уставился в окно, рядом с Питером сели Джеймс и Сириус, ну, а Римусу ничего не оставалось, как сесть рядом с когтевранкой, а рядом с собой скинуть рюкзак. Люпин кинул изучающий взгляд на девушку и в какую-то секунду встретился в ней глазами, он хотел было рассмотреть её глаза, но та уже вернулась к чтению, поэтому Рем стал изучать пейзаж за окном, а ещё через минуту он услышал тихие смешки Сириуса и Джима: «А они не плохо вместе смотрятся!» – и фыркнул. Поезд чуть вильнул вправо, за окном замелькали дома. Вскоре и они скрылись из виду, открывая великолепный вид на луга, где паслись козы. Мародеры притихли и о чем-то задумались, но не надолго. Из раздумий их вывел насмешливый девчачий голос. Это была Нора Паркентсон, только почему-то без сопровождения близнецов Моргран. Она остановила второкурсника со Слизерина и что-то ему сказала, а потом поинтересовалась: – Звать-то тебя как? Реакция ребенка на такой, казалось бы, невинный вопрос была совершенно непредчказуемой. И без того светлая кожа мальчишки, напоминавшая по оттенку цветок, выросший глубоко под землей, побледнела ещё сильнее. С белесых губ сорвался полушепот-полусвист: – Я вытащу твою душу, сожгу твое сердце, заставлю твой дух биться в аго... – М-да... Сложноватое у тебя имечко... Длинное... – задумчиво протянула Пуффендуйка. – С первого раза и не запомнишь. Как, интересно, МакГонагалл выговаривала его? Ты будешь не против, если я сокращу его до «Явытащ»? Или «Явыт» лучше? – Да как ты сме..! – Это уже фамилия или, не дай Бог, отчесво? Вот поиздевались родители над ребенком! – Я – Лео Армстронг!!! – завизжал доведенный до белого коления слизеринец. – О? – сочувственно зацокала языком Нора. – Уже раздвоение личности начинается? То Явытащем себя называешь, то Лео Армстронгом. Так и быть... – девушка перешла на заговорщический тон: – Слушай сюда. Всего за пять галлеонов, – недорого! – дам тебе адрес классного психиатра. Он тебе сразу расскажет, кто ты такой! Характер у него, правда, мерзкий... Дослушивать тираду старшей Паркентсон о «классном психиатре» Мародеры не стали, однако подслушанный разговор отбил у них всякое желание молчать, а потом они решили обсудить чем стоит заняться завтра, а так же попытались узнать имя девушки с седой прядью, ехавшей с ними с одном купе, но попытки разговорить когтевранку были тщетны, она то ли претворялась, что не слышит их, ибо настолько поглощена книгой, то ли так действительно и было. Вот так весь путь до Хогвартса Джеймс увлеченно рассказывал свои байкавские истории, которые, было не понятно, выдумал он или нет. – И тут этот рыжий такой « И почему магглы так любят слова на букву «Д» – демон, джинн, дурак». Вы представляете, какая-то магла решила заняться магией и вызвала домового эльфа! Говорят, что после этого Министерство Магии год пыталось стереть ей память, но ничего так и не вышло. – Это и не удивительно! – воскликнул Сириус. – Среди маглов есть такие эктравенсы... – Экстрасенсы. – поправил друга Римус. – ...которые маглы с какими-то способностями, но не волшебники! – не обращая внимание на замечание Лунатика продолжил Бродяга. – А как это так? – пискнул Питер, вопросительно взглянув на друзей. – Ни кто толком не знает. – пожал плечами Римус. – Но я где-то читал, что это исходит от древних корней в которых замешаны волшебники. – Да,да, а ещё они, точнее их называют магами, ну там у себя в мире маглов. – задумчиво протянул Сохатый. Поезд, покачнувшись, стал постепенно сбавлять ход и когтевранка, взяв свой чемодан, сову и книгу вышла из купе. Мародеры заметили, что к ней подбежал мальчишка одиннадцати лет, наверняка её брат и они ушли. Немного посидев , мародеры направились к выходу из вагона. Сириус с мрачным видом заметил, что им стоило ещё немного посидеть в купе, а потом чуть веселее поинтересовался, чего это та когтевранка вышла из поезда с вещами, ведь их должны забрать учителя или кто-то там ещё. В итоге решив, что все когтевранцы немного странные, Сириус вновь заявил, что нужно было сидеть, пока вся эта толпа не вылезет из поезда. Наконец, все студенты высыпали на платформу и Мародеры огляделись. Прямо перед Джеймсом промелькнула рыжая голова Лили Эванс, она шла вместе с подругами Элис Драгомир – её светлые волосы в данный момент напоминали воронье гнездо, Элис училась тоже на пятом курсе Гриффиндора, – и с Марлин МакКинг – девушкой с четвертого курса Гриффиндора, с черными волосами собранными в высокий хвост. Джеймс задумчивым взглядом проследил за девушками и Марлин, словно почувствовав его взгляд повернулась и помахала Мародерам рукой: – Привет, ребята! – Привет! – хором отозвались Джеймс, Римус и Питер. – Привет, Марлин! – крикнул Сириус и подмигнул девушке. Марлин рассмеялась и, догнав подруг, скрылась в толпе. – Привет, неразлучной четверке! – послышался голос Хагрида. – Ну, что э-э, готовы к очередному учебному, э-э, году? Хе-хе. Мародеры обрадовавшись, что Хагрид уделил им минутку, синхронно закивали. – Ну, э-э, мне пора. – сказал лесник. – Первокурсники сюда! Сюда! Джеймс вдруг осознал, что осталась всего одна карета, которая может отвезти их в Хогвартс. Оглядевшись, Поттер понял, что о том же подумали и его друзья. Мародеры запрыгнули в карету и та сразу же тронулась. – Привет, честной компании! – раздался голос шестикурсников, близнецов Моргран с Пуффендуя. – Привет, Мародеры. – усмехнулась Нора, а потом пихнула свою младшую сестру – слегка полноватую девушку с пшеничными волосами, полную противоположность худенькой Норы – Пэнси. – Пэнси, поздоровайся! – и хихикнула. Пэнси четверокурсница с Пуффендуя промямлила что-то вроде приветствия. – Привет. – кивнул Джеймс. – А каким образом вы трое в Пуффендуй попали? – Шляпа под кайфом была! – хором ответили шестикурсники (Томас,Эван и Нора). Пару секунд стояло молчание, а потом карета взорвалась смехом. До ворот школы доехали без происшествий, если, пожалуй, не считать того, что Нора чуть было не выкинула из кареты Томаса … или это был Эван? А ещё Сириус и Джеймс чуть не подрались с близнецами из-за того, что Сириус и Джим считали, что самая вкусная еда в Хогвартсе – это отбивная в сырном соусе, а близнецы утверждали, что это курица гриль, в итоге спор завершили сестры Паркентсон, заявив, что самая вкуснятина – это клубнично-творожный торт, и с этим заявлением нельзя было не согласиться. А в остальном, доехали без происшествий. Выскочив из кареты Мародеры бросились в Большой Зал, не дожидаясь новых знакомых, хотя уже у дверей зала их обогнали близнецы Моргран и Нора Паркентсон, пробежав и плюхнувшись за стол Пуффендуя, Мародеры пожали плечами и вошли в зал, заняв как обычно свои места за столом Гриффиндора. Зазвучала музыка и в зал вошли первокурсники возглавляемые профессором МакГонагалл. Они волновались и перешептывались. Прищурившись, Римус заметил в толпе того мальчишку, который подбежал к девушке когтевранке, и усмехнулся. Джеймс начал что-то увчеленно рассказывать, пока шляпа пела свою песню, которую Мародеры уже успели выучить наизусть. Наконец профессор МакГонагалл подняла руку, призывая всех к молчанию. Началось распределение.