Ra.
9 ноября 2021 г., 13:18
***
Телепотируются. Мариталь и Франческа идут на рынок. – Не сопротивляйся боли, а отдайся ей. Ты заслужила её, ты нарушаешь законы пространства, Лети!***
На рынке Франческа врезалась в ребёнка. Девочка похлопала глазами. – Не мой клиент. Держи! – и толкнула Франческу. Она едва не навернулась – спас мальчик, стоявший сзади неё: он был мал, но взгляд его светел, в его глазах мерцала вселенная, а на щеках был румянец цвета бледной розы, от шеи благоухало какой-то приправой или чем-то похожим, а бантик губ так соблазнительно блестел, что веки Франчески начали опускаться. Всё тело обдало дрёмой, и она начала нагибаться к нему… – Ну брысь, мелкотня! – Мар чуть не зашиб обоих ударом мощного кулака. – Ещё прилипнете, и я вам выдеру всё, чем только можно похвастаться в вашем возрасте. – Законодательство запрещает сто девятой статьёй второй Бэ части, – настолько буднично ответил ему мальчик, что с Франчески спало всякое наваждение. Зайдя в отдел, где на неодинаковых вешалках висели разные наряды, в основном сэконд-хэнд, демон тут же услышал елейный голос: – Добрый день, рады Вас видеть, сэр Мариталь. Хейлм закрыл дверь, глядя на отродье и, беззвучно выдохнув, направился к вешалкам. – Вам вновь что-то надо? Опять огнеупорный плащ? Или снова какая-нибудь безделушка вашей милейшей жене. Мариталь брезгливо улыбнулся, глядя на двуногое млекопитающее, чьи разные по размерам и цвету глаза он видит первый раз в жизни. – Вам действительно удобно с этой сетью коллективного разума? – Конечно! Во-первых, я не обязан запоминать каждого, кто хоть раз у меня был, а во-вторых, я не обязан делать вид, что ваши данные помню легко, – продавец расплылся в улыбке, и от этого ему хотелось дать леща. – Мне нужен… эльфийский костюм. Штаны и рубаха. Такие, чтоб можно было подогнать по размеру. – О, вы пришли за одеждой для господина Уфира. Грязнокровец хмыкнул. А потом схватил продавца за горло и поднял. – Память у тебя есть. А вот ума, видимо, никогда не было. Тот корчился, рука огневика жгла, руками пытаясь освободить свою шею он брыкался, но демон разжал ладонь просто от скуки. Отпущенный, мракобес приземлился на ноги. – Может быть, – он стал откашливаться, – вам понравится вот это? Он взял с первой же вешалки потрёпанную эльфийскую рубаху зелёного цвета с потемневшим, грязным золотым растительным узором. Демон был недоволен. – Велико... – Можно регулировать. Здесь три ряда пуговиц, они вшиты, – он отогнул края, – с внутренней стороны. Демон приподнял бровь, сделав вид, что на этот раз придраться не к чему. – А вот и к ним штаны. С ними та же песня. Только, если будете одевать в них ребёнка, будут выглядеть шароварами. – Хм. Ещё мне нужна юбка и женская безрукавка. – Те, которые вы обычно дарите жене? – С самоцветами, – он кивнул головой и скрестил руки. – Живее. Неблагорожденный гибрид непонятно какой крови побежал куда-то в дальнюю часть павильона. (Франческа смотрит, а Мариталь покупает) – Настоящие рубины? – Не совсем. По составу да, а вот выращены искусственным путём. – В пробирках под давлением? – Что вы, мы что, по-вашему, люди что ли? Чистая натуральная магия элементов. – А почему я раньше об этом не слышал? – Мариталь укоризненно поднял бровь, как если бы его пытались надуть. – А потому что когда я отвечаю, надо выслушать, а не хватать... Простите. Сеть коллективного разума, видимо, показала сцену, когда Мариталь душил продавца одежды чуть ранее. …………………………………. – Умоляю вас! Не надо подчеркивать, что у неё нет груди! – У меня есть грудь! – Ты хоть знаешь, что это такое? У меня соски больше выпирают, чем у тебя! При слове "соски" ангелина скрутилась, то есть зажмурилась, отвернулась и вжала плечи одновременно. – Так что никаких топов, – заключил демон. – Дайте ей корсет с пушапом и договорились. …Мариталь услышал запах канализации и понял, что скоро всё затопит с соседнего Этажа, он солжёт охранникам о пропаже ключей, чтобы заставить их выйти и в нужное время оказаться на своём месте. Если бы он сказал правду, его бы задержали. Опираясь на лысую красную голову гоблина она устояла, но ужасу предалась мгновенно: у него было дряблое тело льва, крылья с перепонками и хвост скорпионища. Ужасное. Оно тут же дернуло голову цапнуть её за локоть неосторожной руки – она вскинула руку вверх! – Мариталь подхватил её за талию, ставя на ноги уже на бегу от места с маслами. – Ужас! – кинула она чудищу вдогонку, чтобы он знал, как она к нему относится. Глухо раздалось сзади с сожалением "Я вообще-то тоже не рад. Мне семью кормить надо...". Франческа не успела обернуться (поздно, толпа сомкнулась за ними) и вместо этого посмотрела на Мариталя. Хоть тот продолжал идти, он всё заметил и сказал без эмоций: – Он продал всё, кроме головы, и нанялся сторожевым. Так бывает. Последние слова у него как-то случайно слетели с языка, но Мару беднягу вовсе не было жалко: судя по его словам он ума весьма недалёкого; а если хочешь выжить без мозгов, лучше ехать в деревню. Промышленные города вроде этого, да и любой поднявшийся с колен город (имеющий в себе рекламу международного фастфуда и мужских духов), это уже организм, высасывающий соки из своих жителей-паразитов, а не наоборот, как это бывает с малыми городами. Они добрались до обширной группы шатров, вокруг которых стояли солдаты с эльфийскими доспехами. Это вовсе не значило, что они эльфы. Просто им размер подошёл. Мариталь: – Я к начальнику штаба охраны. У меня украли ключи от сейфа господина. Они нужны в работе. – Кто твой хозяин? – Он владеет душепереробатывающим заводом Огненного этажа. Секьюрити переглянулись. – Ну ладно, подожди тут. – Нет времени, загляните в моё досье – я говорю правду! – он начал убегать, утягивая ангелу. – Мариталь-Хейлм! Я спешу по делу! Нападавший в капюшоонеее!.. Он убегал. Не надо их ждать, уверять, описывать вора они сами найдут. Душепереробатывающий завод в городе один, и это почти треть причины существования последнего. Так что это ключи теперь у них на первом месте. Никто не кинется, если он сейчас быстро украдёт кое-что другое. – Я не могу бежать! – она моталась сзади, как парализованный тиранозаврий хвост. ………………. Он смотрел на разрушающийся город и был полон удовлетворения. Глаза и улыбка его были спокойными, не выражая в сущности ничего. – Хорошо, что мы раньше вышли, – негромко, словно это были переданные телепатией мысли, услышала она от него. – Теперь пора подниматься. Из города ещё можно будет выходить в течение дня, а вот понятными или свидетелями нам лучше не быть. – Почему это? – Жандармерия допрашивает всех, кого словит до тех пор, пока они не сознаются в практически всех совершенных преступлениях: камень, который определяет чистоту людских душ, работает и на все несказанные грехи, демонам это очень плохо откликнулось. – Насколько глупо. Так жестоко, как дети с насекомыми. – Пошли. Район скоро затопит. Он снял с лица улыбку и спрыгнул с камня, после чего подал руку ангелине. – Ответь, что держит демонов в месте, где им так плохо? – На земле не лучше, – он вновь улыбнулся, и они начали спускаться. – Здесь зловония помогают нам дышать, к тому же иногда лотереи правительственных льгот могут упасть на голову, а на земле нас истребляют и мы становимся слабее от солнца. – От солнца? – Физическое тело... Ты не знала? – Не-а. А что знала? – Солнце – это воплощение Его, нашего врага. Бог – это солнце. Потому-то и Люцифер так себя назвал – он хотел заменить солнце. А пока мы его друзья, бог сжигает нас, как говорится, «глазами».***
