Дефиле по краю

Идиотка. А как еще назвать девушку, которая умудрилась вляпаться в подобную ситуацию и увлечься -именно увлечься, потому что все производные со словом «любовь» я даже вспоминать себе запретила -собственным отчимом, с которым знакома меньше двух недель и который до недавнего времени служил ей реальной костью в горле? -Блядь… -я нервно металась по замкнутому пространству ванной комнаты, совершенно не понимая, что мне делать и как себя вести. -Дочь, ты где вообще? -недоуменный голос мамы заставил меня перестать вести себя, как истеричная малолетка, и взять себя в руки. -Уже иду, -отозвалась я из -за запертой двери, хотя никакого желания участвовать в семейном застолье у меня не наблюдалось. Я вообще не понимала, как теперь смотреть маме в глаза? Но выбора у меня не было. Пришлось взять себя в руки -что далось мне с трудом, так как от нервного возбуждения меня ощутимо потряхивало -и, натянув на губы легкую улыбку, отправиться в беседку. Как назло, сесть мне пришлось напротив Глеба, что удовольствия не прибавило -вот скажите мне, как оставаться равнодушной, когда взгляд непроизвольно соскальзывает на его губы и я начинаю понимать, что еще немного -и меня бросит в жар, как на мосту той самой ночью? Пришлось пить вино, чисто символически запивая его минеральной водой, и не поднимать глаза от тарелки, содержимое которой меня вообще не интересовало. Да, шашлык, бесспорно, заслуживал гораздо большего внимания, но я даже вкус не чувствовала, словно все рецепторы внезапно онемели. Нервные же окончания, наоборот, работали все острее -иначе как объяснить тот факт, что голос и взгляд отчима я воспринимала с каждым глотком вина все отчетливее? -Так, тебе хватит, -заметив мое нестабильное состояние, мама забрала у меня недопитый бокал и придвинула стакан в минеральной водой. -Танюш, ты как вообще? -В смысле? -как можно естественнее удивилась я, зажевывая последний глоток вина ломтиком огурца и осмелившись таки поднять на родительницу глаза. -Ну, ты за весь ужин не сказала и десятка предложений, а шесть бокалов вина -это явно больше, чем ты можешь себе позволить. Так что случилось? Шесть бокалов? Ого. Неудивительно, что в голове шумит. Чертов Глеб. -Просто проголодалась. Да и устала, -пожав плечами, я отложила вилку и поднялась на ноги, схватившись за спинку стула, чтобы не навернуться -координация движений как -то резко испарилась. -Спасибо, ужин был чудесным. Я пошла спать. -А десерт? -мама чуть прищурилась. -Я купила торт «Тирамису», в нашем городе открылась настоящая французская кондитерская и все десерты у них безумно вкусные. -Спасибо, мамуль, что -то не хочется, -излюбленное лакомство сейчас не вызывало у меня никаких эмоций. Хотелось рухнуть в кровать и уснуть, и желательно, чтобы сны мне при этом не снились. Хотя бы потому, что я не была уверена в том, что чертов отчим даже в снах не будет меня преследовать. От этого наваждения требовалось срочно избавляться -и чем меньше я буду контактировать с маминым женихом, тем быстрее пойдет процесс. До выбранной комнаты я добралась вполне уверенно -свежий воздух довольно быстро освежил задурманенное алкоголем сознание. Правда, я едва не своротила в коридоре какую -то бронзовую вазу, но в последний момент умудрилась избежать столкновения с предметом интерьера. Брошенный на кровать айфон мигал красным огоньком, свидетельствуя о пропущенном вызове. Сняв блокировку -не с первой попытки, но это ерунда -я обнаружила, что звонил папуля. Перезванивать смысла не было -по голосу он сразу поймет, что я злоупотребила спиртным, а это значит, что выговор неизбежен. Нет уж, утром созвонимся. Сил переодеваться в пижаму уже не было, поэтому единственное, на что меня хватило -это открыть окно, впуская свежий воздух, и рухнуть на кровать, предварительно выключив освещение. В черную яму сна я провалилась сразу же. В плечо впилась игла. Поморщившись, я прихлопнула обнаглевшего комара -судя по тому, как чесались мои ноги, попировали на мне знатно -и постаралась оторвать от подушки тяжелую голову. Дурища. Это ж надо -оставить окно нараспашку в середине самого что ни на есть комариного сезона. Ночь, судя по кромешной темноте, наступила и в ближайшие часы кончаться не собиралась. Ощущая, что во рту противно пересохло, я пошевелилась и тут же услышала рядом шумный вздох. -Гекка, ты, что ли? -собственный голос показался хриплым и надтреснутым. Протянув руку, я нащупала под подушкой айфон и зажмурилась, когда яркий свет дисплея резанул по глазам. Половина второго ночи. Очаровательно. Так, следует дойти до кухни, чтобы утолить жажду -пить из крана я не согласна -и принять душ хотя бы. Не хочу, чтобы утром мама увидела помятую дочь. Да и перед Глебом появляться в полуразобранном состоянии я не планировала. Глеб. Кажется, вино мне не помогло, потому что стоило вспомнить отчима, как в груди что -то шевельнулось. Господи, ну за что? Зачем? Как вообще такое возможно? Почему именно Бейбарсов?! Понимая, что напиться -слишком мало для того, чтобы перестать думать об отчиме, я поморщилась. Самый простой и казавшийся самым идеальным пункт не сработал. Вытравить из меня это чувство алкоголь оказался неспособен. Ладно. Пойдем по длинному пути. Что там обычно советуют девушкам, страдающим от безраздельной любви? Хотя нет, любовь -это не то. Совсем не то и не мой случай. Но, если отбросить условности, то надо переключить свое внимание на другой объект. Интересно, где ж я этот объект найду? С охранниками, что ли, флиртовать? Не вариант, мама тут же задушит мою инициативу в зародыше -еще и папуле позвонит. Сообразив, что думаю о какой -то ерунде, я встала с кровати и, включив свет, посмотрела на свое отражение. Очаровательно. Волосы растрепаны, глаза лихорадочно блестят, плюс от меня явственно пахнет вином. Красотка просто. На то, чтобы расчесать волосы и провести по лицу ватным диском, увлажненным специальным тоником, ушло минут десять. Одернув помятую футболку, я, как была босиком, отправилась на кухню -благо в коридоре освещение присутствовало. Сидеть в доме мне казалось кощунством -стоило только выйти на порог и вскинуть взгляд к бесконечному небу, усыпанному миллиардами звезд. Одни были крупнее, другие меньше, одни мерцали, словно подмигивая, другие светили ровно, а некоторые -наверное, спутники -двигались в каком -то одним им известном направлении. Смотреть на это можно было бесконечно, поэтому неудивительно, что я опустилась на ступени крыльца и запрокинула голову, мечтая только об одном -оказаться там, наверху. Расправить крылья и лететь спиной вниз, наблюдая, как надо мной расстилается полотно ночного неба. -Выспалась? Какое счастье, что освещение на участке было приглушено до минимума и тот факт, что я вздрогнула, остался незамеченным. -Выспалась, -не отрывая взгляда от одной особенно яркой звезды, медленно пересекающей небо, отозвалась я самым пустым голосом, на который только была способна. -Ты рано ушла. Мы с Соней до реки прогулялись, искупались даже -тут через лес метров пятьсот идти. Геката тебе завтра покажет, там тропа утоптанная, не заблудишься, -отчим стоял в шаге за моей спиной, которая покрылась мурашками. «Дотронься, дотронься, дотронься...» -билась в моей голове одна единственная мысль, но озвучивать ее я не собиралась. -Хорошо. Звезда двигалась неспешно, прорезая небо едва заметной линией, и я была ей благодарна за то, что можно было сосредоточиться на этом движении и не думать о том, что отчим находится близко. Опасно близко. Непозволительно близко. Господи, ну когда же это успело стать таким нужным? Почему я хочу, чтобы Глеб до меня дотронулся? Провел пальцами, касаясь кожи едва ощутимо, но постепенно усиливая нажим, вдавливая их почти до боли, оставляя отметины? Вспомнились его губы и наш первый и последний поцелуй. Внутри что -то задрожало, выкручивая нервы желанием вновь ощутить жаркую волну, которая сметет все мои моральные принципы к чертям собачьим. Кажется, мне срочно нужно освежиться. -Пятьсот метров? -идея о ночном купании казалась как никогда привлекательной. Да, с головой уйти под воду -это именно то, что мне сейчас нужно. Именно. -В каком направлении? Я поднялась на ноги, ощущая ажиотаж. Да. Река, одиночество и звезды -вот то, что поможет мне прийти в себя. Только за купальником схожу и полотенце прихвачу. -Ты что, сейчас, что ли, собралась? -насторожился отчим. -А почему нет? Плавать я умею, -передернув плечами, я поднялась на ступеньку выше, намереваясь пройти мимо Глеба в дом, но его пальцы меня остановили, сжав запястье. -Третий час ночи -хотя бы поэтому. Соня не одобрит. Его прикосновение жгло кожу, заставляя задерживать дыхание. -Мама спит, -резонно возразила я. -Да и потом -со мной Геката. -Соня не одобрит. Душная волна злости заставила меня вырвать свою руку из его пальцев. -Соню, если кто не в курсе, давно лишили родительских прав! Я, к тому же, уже совершеннолетняя, так что сама разберусь, что мне делать! -желание переодеваться в купальник испарилось. Да ну его. Кто меня ночью видит? Развернувшись, я спустилась по ступеням вниз, намереваясь дойти до забора, в котором точно была калитка, ведущая в сторону леса. -Стой. Фонарик из машины возьму. Пришлось подчиниться. В темноте по лесу не побегаешь. Прихлопнув очередного комара, я дождалась, пока отчим возник рядом, освещая пространство вокруг нас ярким лучом света. Из дома, почуяв возможность незапланированной прогулки, выскочила Геката -отлично, с собакой мне будет гораздо спокойнее. Мало ли кто в этом лесу водится… -Спасибо, -пришлось произнести это слово менее раздраженным тоном, протягивая руку за тем, чтобы забрать источник освещения. -Кто сказал, что ты идешь одна? Блядь. -Потому что я хочу сходить одна, -пришлось нажим в голосе усилить, надеясь, что это поможет. Ага, размечталась ты, Танюша, неслабо. Глеб лишь фыркнул -едва слышно. Вероятно, лишь саркастично приподнял бровь в своей обычной манере. Купаться хотелось. Присутствия отчима не хотелось. Точнее -хотелось, чего скрывать, но я до последнего планировала избегать Бейбарсова всеми возможными способами. А как это сделать, если он буквально заставляет меня находиться с ним рядом? -Пойду за купальником схожу, -сообразив, что по лесу босиком не походишь, я отправилась в дом. Переодеться все же придется. Да и полотенце прихватить не помешает. Какое счастье, что мама спит. Иначе я не знаю, как ей объяснить происходящее. Черт, да я даже себе не могу объяснить тот факт, что у меня дрожат руки и сердце пытается пробиться сквозь ребра. Почему мне страшно, но я не хочу, чтобы это прекращалось? Сейчас -да, не хочу. Купальник, приобретенный в одном из бутиков, был известной американской фирмы и являлся весьма откровенным. Я планировала выбраться на городской пляж и, вполне закономерно, собиралась произвести там впечатление на всех представителей мужского пола, поэтому модель выбрала самую эффектную и самую дорогую. Зеркало безжалостно отразило, что с выбором я не прогадала -бикини в бело -лазурную полоску сидело на моей фигуре весьма впечатляюще, здорово оттеняя лихорадочно блестящие глаза. Серебряная морская звезда скалывала чашечки бюстгальтера между собой, придавая купальнику налет раскованной роскоши. И в таком виде я собираюсь появиться перед отчимом? Да, собираюсь. Все остальные мои купальники не менее откровенны -это раз, и в темноте вряд ли Бейбарсов сможет нормально меня разглядеть -это два. Скрыв тело под коротким сарафаном из полупрозрачного кружева, я сунула ноги в балетки, стянула волосы в торопливый пучок на затылке и, прихватив большое банное полотенце, направилась на выход. Глеб терпеливо меня ждал. Жаль. А я -то надеялась, что он отказался от идеи меня сопровождать. -Почему я не могу взять с собой охрану? Зачем идти именно тебе? -не могла не уточнить я, перебрасывая полотенце через локоть. -Потому что. Очаровательно. А понятно -то как. Впрочем, настаивать не стану -хочет среди ночи шляться по лесу? Пожалуйста. До реки добрались менее, чем за полчаса. И, надо признать, это была не самая плохая прогулка в моей жизни. Ночной лес шумел под ветром, но это было совсем не страшно. Мне нравилось идти по усыпанной хвойными иголками и шишками тропе, отмахиваться сорванной веткой сирени от комаров и слышать за спиной уверенные и спокойные шаги Бейбарсова, освещающего путь. Запоздало пришло осознание того, что сарафан сзади прозрачнее, чем спереди, и при свете фонарика отчиму доступен весьма неплохой обзор, но я даже не споткнулась. К черту. Пусть любуется. К тому же, мне нравилось представлять, как его взгляд жадно, но неторопливо скользит по моему телу. Даже ушедшие было мурашки вернулись. Господи, Таня, ну как ты умудрилась так попасть, а? Берег, заросший подрастающими сосенками, которые были чуть выше человеческого роста, оказался весьма обрывистым. Было видно, что некогда часть побережья оказалась размыта, со временем превратившись в небольшой -шагов десять в длину -песчаный пляжик. Подозреваю, что загорать на нем было сплошным удовольствием -ничего, утром опробую. Сейчас с меня хватит и купания. Геката тут же рванула к воде, а я, бросив полотенце на траву, принялась стаскивать с себя сарафан. Наконец -то! После привычной воды в бассейне, располагающегося у нас с папулей на заднем дворе, обычная река казалась чем -то невероятным. К тому же, течение явно спокойное, ну уж у берега точно, а переплывать довольно широкую реку я не собиралась -не сейчас, по крайней мере. -Дно песчаное, камней нет. Только чуть ниже по течению водоросли растут, не суйся туда, -предупредил отчим, фонарем освещая мне дорогу к воде. Отмахнувшись, я спрыгнула с травы на песок, который еще хранил тепло жаркого дневного солнца. Вода оказалась неожиданно холодной, но я, не давая себе передумать, сразу нырнула с головой -плевать на волосы, от этого ночного купания я намерена получить как можно больше. Преимущества бассейна перед рекой я почувствовала минут через двадцать -мне резко стало холодно. Пришлось экстренно выбираться -левую ногу скрутило противной судорогой, явственно свидетельствующей о том, что купание пора заканчивать. До Глеба я добралась, зябко обхватив себя руками и практически выстукивая зубами похоронный марш. Ничего себе купание. Да меня трясет, словно я не в разгар лета в речке поплескалась, а в крещенскую прорубь нырнула! Отчим, надо отдать ему должное, мое состояние оценил прекрасно, поэтому в полотенце замотал самолично, укутав практически по шею. -Соня меня убьет. Ты почему не сказала, что холод не переносишь? -Да кто ж знал, что там вода ледяная? -страдальчески поморщилась я. Ну да, холод не переношу. Совершенно. -Ну могла бы спросить, -вздохнул парень, бросая фонарь на землю и притягивая меня к своему телу, чтобы согреть. Понимая, что это единственный способ как можно быстрее перестать трястись, как в лихорадке, я постаралась расслабиться и дышать глубже. -Маме не говори только, -попросила я, ощущая, как с волос стекают холодные капли. Глебу явно грозит промокнуть, но его, похоже, это мало заботило. -Не скажу. Иначе убьет обоих, -он перекинул мои волосы на левое плечо и притянул меня поближе. Дыхание прошлось по шее, заставляя покрываться горячими мурашками. Кажется, я согрелась быстрее, чем планировала. По крайней мере, холод резко отошел на второй план, выпуская осознание того, что я, практически раздетая, стою, прижатая к телу отчима. И если он в этой ситуации ничего такого и не наблюдает, то мне как -то резко поплохело. Следовало немедленно прекратить этот тактильный контакт. Вот только кто сказал, что я хочу это делать? Стоять на берегу ночной реки, смотря на звезды и ощущать, как его тело прижимается к моему, понемногу пульсирующему жаром -это было чертовски приятно. -Отпусти, -я пошевелилась, невероятным усилием воли сбрасывая наваждение. Он послушался -и мне стало холодно. Снова. Но этот холод был хуже. От него хотелось выть и выскрести из своей грудной клетки сердце, которое не давало мне покоя. Дура. Какая же я дура. Сбросив полотенце, я стянула с полураспущенных волос мокрую резинку, позволяя прядям тяжелой волной рассыпаться по спине. Мне показалось, или я услышала прерывистый вздох? Показалось. Да. Но тогда почему чужие руки легли на мои плечи, заставляя развернуться, а дыхание вдруг резко остановилось? -Глеб… -я попыталась высвободиться, шагнула назад, наступила на фонарик и пошатнулась, но его руки упасть не дали. Отчим ничего не делал -просто держал и смотрел -сквозь темноту я ощущала его взгляд, который заставлял меня быть беспомощной. Зачем? Зачем он ко мне прикоснулся? Ну ведь не было никакой необходимости. В глазах защипало. Как так можно? Почему? Зачем он меня мучает? Почему именно сегодня я так остро на него реагирую?! Пришлось закрыть глаза, чтобы собраться с мыслями. Не получилось. Мыслей не было. Точнее, были, но целиком сосредотачивались на том, как его пальцы скользят по моим рукам, заставляя замирать от какого -то страшного предвкушения. И я не выдержала. Шагнула вперед, резко разрывая между нами расстояние. Плевать. Сейчас -плевать. Схватила Глеба за футболку, влажную от контакта с моим телом, провела ладонями по груди, плечам, дотронулась до шеи и замерла, ощущая, как под моими пальцами бешено пульсирует жилка. Пульс учащен. Даже слишком. Следовательно, ему нравится то, что я делаю? Задрать футболку и прикоснуться руками к его животу, вмиг напрягшемуся, оказалось проще, чем я думала. -Таня… -едва слышный выдох, почти на грани слуха. Плевать. Не нравится? Так оттолкни. Не стой столбом, предоставляя мне возможность гладить твое тело, водить пальцами по коже, рисуя невидимые узоры, слегка царапать ногтями и изнывать от желания проделать то же самое, но уже губами. Ногой оттолкнула фонарь, заставляя его откатиться куда -то к воде, оставляя нас в кромешной темноте. Задрала футболку выше, буквально заставляя отчима ее снять. Господи, что происходит? Что я творю? Отступила на шаг назад, заводя руки за спину и развязывая бретельки купальника. Плевать -темно. Шаг вперед -и наконец -то тактильный контакт наших тел, пусть и чисто символически, но не прикрытых одеждой. Кажется, в этот момент я умерла -так хорошо было. Отчим судорожно вздохнул, кладя ладонь мне на затылок, путаясь пальцами в волосах и притягивая мою голову к своей шее, буквально заставляя провести по ней языком, ощущая терпкий привкус его одеколона. Его руки прошлись по моей спине, совершенно беспрепятственно проникая под оставшуюся деталь купальника. Во рту резко пересохло. Его губы прошлись по моему запрокинутому лицу, заставляя беспомощно цепляться пальцами за плечи Глеба. Главное -не царапаться. Все, что угодно, лишь бы не оставлять на его теле следы от моих ногтей. Ноги задрожали. Глеб это понял и потянул меня вниз, на траву и смятое полотенце. Комфорт весьма относительный, но плевать -так хорошо было, выгибаясь, предоставлять его рукам и губам полный доступ. Когда губы отчима прошлись по моему животу, я поняла, что ситуация зашла слишком далеко. Сил сказать об этом, однако, не наблюдалось. Единственное, что я могла сделать -это цепляться руками за траву, пока его пальцы проникали под завязки купальника, стягивая его с моего тела уже окончательно. Надо отдать Глебу должное -до полноценного секса мы не докатились. Не понимаю, как сдерживался лично он -меня буквально ломало от желания ощутить Бейбарсова глубоко в себе, так как его язык и пальцы давали пусть и яркую, но слишком слабую разрядку. Мы оба, однако, понимали, что зашли слишком далеко и не могли себе позволить большего. Не знаю, хорошо это или плохо -в тот момент я об этом не думала. Меня трясло от неудовлетворенного желания -отчиму пришлось нависнуть сверху и впиться в мои губы поцелуем, вжимая мои руки в траву. Тело, впрочем, действовало само -обхватить его ногами за пояс оказалось таким естественным, что я даже не поняла, когда успела это сделать. На счастье, ремня на его джинсах не было, но все равно я недовольно поморщилась -почему он не разделся окончательно? -Ты хочешь, чтобы я совсем контроль потерял? -выдохнул Глеб мне в губы, когда я, высвободив руки, попыталась расстегнуть пуговицу. Да. Да, хочу. И если ты до сих пор этого не понял, то мне искренне жаль.