Отсчет

- Мам, - по кухне пронесся безжизненный девчачий голос, - что делать, если покушался на драгоценную головушку страшного баскетболиста? - Очень страшного? - Очень-очень страшного. - Бежать в другую страну, - скептически раздался ответ матери, и Хару по традиции грохнулась головой об стол. Прошла уже целая неделя с того злосчастного дня, о котором до конца своей жизни Осава будет жалеть. Зачем она сделала это? Ну, обязательно было зарядить мячом в голову этому красноволосому чурбану? Уже целую чертову неделю она видит кошмары, как убегает от красноволосого демона (в буквальном смысле) по коридорам школы, и уже целую, повторюсь, чертову неделю она прячется в своем кабинете, дабы не наткнуться на Сейджуро. Чего так боится Осава? Нет, она не верила слухам в классе о том, что он мог бы пройтись ножницами по ее личику, и нет, она не думала, что он сбросит ее со школьной крыши, но все равно чего-то боялась. Может, она чувствовала вину за то, что Акаши досталось ни за что? Пф, три "ха-ха" четыре раза, дорогие мои, она боялась за свой драгоценный зад, и только. - Тебе вечно надо во что-то вляпаться, бакаяро? - недовольный голос ее младшего брата прозвучал с другого конца стола. - За что мне такая тупая сестра? Харуми сузила глаза, под которыми красовались синяки из-за недосыпа в последние дни (кошмары с Акаши в виде демона с ножницами, который бежит на сверхскорости за бедной Осавой по крыше), посмотрела на брата и, выпятив подбородок, спародировала: - За что мне такой тупой братик-сопля? - Кстати говоря, о тупости, - щелкнул пальцами Айкеру, после чего расплылся в дьявольской улыбке, - как там твоя подготовка к экзаменам? Последнее слово темноволосый брюнет буквально пропел и не без удовольствия наблюдал за побледневшим лицом сестры. - М-мне сейчас не до этих экзаменов! - вспылила Осава. - Я на волоске от смерти, Айкеру, на волоске! - Хах, ищешь себе причины, потому что знаешь, что все завалишь, бакаяро. Хару нервно дернула глазом, после чего сделала глубокий вдох, сдерживаясь от покушения на жизнь собственного брата. - А теперь слушай сюда, козявка, - девушка встала со стула, возвышаясь над братом, который, к слову, был младше ее всего на два года и в следующем году должен был поступать в старшую школу, - если я попаду в это чертово топ-50, то ты меня больше никогда не будешь называть "бакаяро", а "Харуми-сама", понял? - Ну, что ж, в любом случае, такому никогда не бывать. Мальчик встал и пожал вытянутую руку сестры, лицо которой было настолько решительно, что Айкеру стало даже не по себе. Хотя, чего бояться в общем-то? Это же Осава Харуми, его тупая сестра, ей никогда не попасть даже в сотое место в списке. С такими мыслями мальчик и удалился обратно в свою комнату, чтобы вновь сесть за учебники и сидеть с ними до глубокой ночи.

***

- Осава-чан, пошли пообедаем на улице! - в класс забежала радостная Асаги, но посмотрев на подругу, не сдержала вскрика. Нечто бледное, с двумя хвостиками распласталось безжизненно на парте, и сумасшедшими глазами смотрело на Асаги. - Я и так каждое утро и после занятий пробегаюсь по школьному двору подобно Сонику-иксу, дабы не наткнуться на свою смерть, а ты предлагаешь мне пообедать на улице, далеко в пределах моего безопасного класса? - на духу пролепетала, тряся подругу за плечи брюнетка. - Не наткнуться на с-смерть? В смысле это? - Именно, Асаги, на свою красноволосую смерть, - Осава так вылупила свои серо-голубые глаза на подругу, что той на минуту померещилось, будто она попала в какой-то фильм ужасов. - Красноволосую? Ты про Акаши? - осторожно спросила кудрявая. - Так ты же в маске была, он не знает, что это ты. Повисла тишина. Харуми продолжала с видом умственно-отсталого человека (каковой она по мнению Айкеру, в принципе, и являлась) смотреть на Асаги, как вдруг резко поднялась с парты, сверкнула широко распахнутыми глазами и неожиданно завизжала: - В маске! Брюнетка сжала в объятиях Асаги, отрывая от пола ноги бедной девушки, покружилась, затем бросила кудрявую на пол, как бросает свой портфель приходя домой со школы, и пулей вылетела из класса. - Чего распласталась на полу? Пошли обедать! Радостная китаянка развернулась в сторону лестницы, чтобы выйти на свежий воздух и покричать всем о том, что она может прекратить отсчет своих дней до конца жизни, как врезалась в кого-то. - О, Осава, я как раз тебя искал. Отлетевшая на пару метров от огромного живота Такеды-сенсея Харуми недоуменно посмотрела на то, как учитель подошел к ней и всучил тяжеленную стопку каких-то папок с документами. - Отнеси это в учительскую. Китаянка посмотрела на мужчину так, словно он сломал ей всю жизнь. И уже успела пожалеть о раннем выводе, когда Такеда-сенсей повернулся в сторону лестницы, ведущей на верх и прокричал: - Акаши, подожди, я тебе тут помощника нашел. Вы слышали этот грохот? Нет? Это сердце Осавы упало в пятки, которые уже готовились сверкать, убегая прочь, как можно дальше и дальше от этих больших кошачьих красных глаз. - Осава, чтоб обязательно донесла эти папки и не сбежала куда, ясно? - учитель грозно поднял указательный палец. - Я все разузнаю у Акаши. Харуми, конечно, всегда знала, что Такеда-сенсей ее не то, что недолюбливает, он ее ненавидит всеми фибрами своей душонки, но чтоб настолько подставить бедную девушку, послать ее на верную смерть к красноволосому демону - это был уже перебор. Такеда-сенсей, да чтоб вы свой пончик с шоколадной глазурью уронили и долго и горько плакали над ним, черт тебя побери! Брюнетка недовольно посмотрела в сторону удаляющегося Такеды-сенсея, а затем шумно сглотнув, поплелась в сторону лестницы, на которой остановился Акаши. Как же ее пугала та мысль, что все сейчас обедают в своих классах или на улице, и в любой момент они могут остаться совершенно одни, а у него как бы невзначай под рукавом окажутся ножницы. Я вам уже говорила, что Харуми просто больная на всю голову? Не силясь смотреть в глаза Сейджуро, Хару сосредоточенно рассматривала стопку из пяти-шести папок в руках парня. А затем на свою, которую она придерживала подбородком, чтоб папки не выскользнули и не разбросались по полу. Вот так можно разглядеть яркий пример любимчика учителей и мусора в их глазах. - Можешь переложить мне половину, - сказал Акаши, наблюдая недовольный взор девчонки на его стопку в руках. На его слова Осава подняла свою пустую головушку и вылупила голубые глаза так, будто он попросил ее раздеться. - Хах? Не стоит, мне не тяжело, - отмахнулась девушка не успев подумать, а потом прикусила язык, ведь эти папки действительно было трудно нести, и она бы с радостью отдала их все Сейджуро. Но парень, игнорируя ее слова, молча взял большую часть из стопки в ее руках и пошел дальше вверх по лестнице. - Что же, мне же лучше, - пробубнила брюнетка и поспешила за Акаши. Стоит ли мне описывать их долгий путь до учительской в другом конце огромной школы и то, как Осава постоянно подпрыгивала чуть ли не до потолка или накладывала в шорты под юбкой каждый раз, когда Сейджуро стоило хотя бы чуть-чуть дернуть головой в ее сторону? Конечно, она уверяла себя в том, что Акаши и не подозревает о том, чье лицо пряталось под той стремной маской лошади, но все равно, на всякий случай мысленно пару раз попрощалась со своей семьей. Сам же парень и забывал о том, что рядом кто-то плетется, пока не слышал тихие вскрики и какие-то мольбы Осавы. Что за девчонка? От нее шум и гам, сколько же в ней энергии? Так они и доплелись до учительской, отдали эти чертовы папки, и Харуми уже хотела бежать восвояси, как сзади нее послышался тихий вздох. - Хах? - Акаши что-то проверял в своем кармане. Осава похлопала своими густыми ресницами, с недоумением наблюдая, как красноволосый щупал самого себя с озабоченным видом и кружился туда-сюда. Проверил карманы брюк спереди и сзади, карманы в пиджаке, огляделся по сторонам и почесал затылок. - Что-то ищешь? - Мой телефон... Не могу его найти. Он со мной точно был, когда Такеда-сенсей попросил меня отнести папки в учительскую. Брюнетка успела тысячу раз пожалеть о заданном вопросе и о том, что сразу не смылась отсюда в свой уютненький класс. Теперь совесть ей не позволяла оставить здесь Сейджуро одного искать телефон на огромной территории школы, которую они прошли. - Давай тогда поищем, он наверняка где-то валяется в коридорах. - Нет, спасибо, я сам поищу, - после этих слов Акаши так косо посмотрел на девушку, словно молясь о том, чтобы эта девчонка вновь не донимала его на длинном обратном пути. Осава фыркнула и злобно воззрилась на его неблагодарное лицо. - Все же я помогу, мне в любом случае по пути.

***

Зачем? Зачем она напросилась помочь? Этого гребаного телефона не было нигде, совершенно нигде на протяжении всего длинного пути, что они прошли. Многие ученики уже зашли в школу, когда до начала пятого урока еще оставалось целых полчаса. Эти сволочи топтались повсюду, мешая Осаве разглядывать пол в надежде найти этот чертов красненький телефон. - Ты уверен, что он был при тебе, когда ты встретил Такеду-сенсея? - Да. - Может, попробуешь позвонить с моего? Вдруг кто-то будет проходить мимо и заметит твой телефон? Акаши удивленно посмотрел на девчонку, за все время выдавшую нечто полезное. - Хорошая идея, можно? Харуми протянула свой телефон и начала наблюдать за тем, как парень набирает свой номер. Посмотрела в открытое окно сбоку от нее, с завистью понаблюдала за еще отдыхающими на улице ребятами, как вдруг поблизости раздался звон. Осава взглянула на опешившего Акаши, похлопала ресницами и кинулась к окну. Мелодию стало слышно лучше. - Эм, похоже на то, что твой телефон в тех кустах, - указала пальцем вниз брюнетка. - Какого черта он вообще там оказался?.. Не успела девушка посмотреть на Сейджуро вновь, как тот уже поспешил к лестнице, спускающейся на нижний этаж. Осава чертыхнулась и поспешила догнать красноволосого, самая не понимая - зачем?! Китаянка могла бы уже пойти в свой уютненький класс, пообедать маминым бенто и просто почувствовать себя в безопасности, а то есть как можно дальше от красноволосого, но нет же, это ведь Осава Харуми - она всегда должна делать все наоборот! И почему же она такая непроходимо тупая?

***

- Нет, Акаши, те кусты были дальше, - девушка бурчала на парня, лазившего в кустах в попытках найти свой телефон и, казалось бы, полностью игнорируя брюнетку. - Давай я еще раз позвоню? Молчание. Да что же такое? Харуми с недовольной миной вытащила свой телефон, прослушав слова Акаши о том, что она уже может идти по своим делам, набрала номер и с деловым видом приложила сотовый к уху. Вновь послышался звон сотового, всего в пару метрах от них, и красноволосый поспешил в сторону, откуда доносился звук. Он рыскал в этих кустах уже несколько минут, но все было тщетно, сам телефон он никак не мог нащупать, хоть и слышал эту уже раздражающую мелодию звонка. Парень вдохнул воздуха в легкие и наклонился сильнее, потянувшись рукой вглубь этих чертовых кустов. И вот он уже нащупал свой драгоценный телефон, как послышался какой-то глухой треск. Повисла тишина. Осава хлопала ресницами и ошарашенно смотрела перед собой, пока Сейджуро застыл на месте. Потом быстро включила камеру и сфотографировала эту сцену перед собой. Потом потерла глаза, даже чуть-чуть наклонилась к парню и после этого с пустым взглядом выпрямилась. Акаши же боялся даже дышать. О, Ками-сама, пусть это все окажется кошмарным сном, пожалуйста. - В горошек? Неплохо. После этой фразы китаянка мелко задрожала и, не выдержав, захохотала во весь голос, падая на землю и стуча по ней кулаками. Вы можете поздравить ее, ибо Осава Харуми - обычная ученица старшей школы Ракузан только что и прямо сейчас повидала трусы самого Акаши Сейджуро в зеленый горошек. В горошек. Теперь она может умирать спокойно. Красноволосый же продолжал стоять неподвижно. Видимо, он слишком сильно наклонился или может штаны ему стали малы, но глухой треск секундами ранее оказался звуком рвущейся ткани его штанов. И порвались его штаны именно там, где могли порваться в самом худшем случае - прямо в области его драгоценной пятой точки, давая возможность всем, кому не лень, полюбоваться его трусами. Парень развернулся лицом к хохочущей девушке и вновь застыл в ступоре, не зная, что сказать, что делать и как реагировать. Ну нет, ну просто представьте: вы - наследник известной семьи, капитан одной из сильнейших команд по баскетболу и раньше постоянно любили читать лекции на игровой площадке остальным про то, что они должны преклоняться перед вами из-за вашего превосходства, смотря на них, как на мусор, и тут... У вас, превосходного и серьезного, рвутся штаны в самом деликатном месте перед самой надоедливой девчонкой в школе. Как бы вы отреагировали? Тем временем, пока Акаши думал о всей конфузности ситуации и пытался себя ущипнуть, чтобы проснуться, брюнетка уже смахивала слезинки с глаз и пыталась отдышаться вся покрасневшая от смеха. Она подняла голову и с некой долей сожаления посмотрела на Сейджуро, который стоял с невозмутимым видом и еще раз хохотнула. - Ладно, скажи мне, где лежит твоя спортивная форма - я ее принесу сюда и пойдешь, переоденешься в спортзал, - вновь вспоминая эти трусы в горошек, сквозь смех проговорила Осава. - Загляни в раздевалку дальше спортзала, третий шкафчик от двери справа, - не промедлил Акаши, благодаря девчонку за сообразительность, - если встретишь кого, так и скажи, что я послал, - разъяснял Акаши, как Харуми перебила: - Да-да, я не глупая. Жди тут, я мигом. Девчонка побежала внутрь школы, бубня себе под нос что-то о горошке, на что Сейджуро лишь хмуро посмотрел ей вслед. Что за сумасшедший день?

***

- Так, Акаши, теперь тебе надо добраться до спортзала со скоростью света, чтоб никто не посмотрел на твой зад, - с серьезным видом говорила Харуми. Акаши же почесал затылок. На школьном дворе до сих пор было целое столпотворение, а неподалеку стояла толпа девчонок, что ходили за ним по пятам на прошлой неделе. Как возможно добраться до спортзала и остаться незамеченным? - Ну, ладно, тогда давай так, - девушка взяла в руки кофту с надписью их школы и без запинки повязала ее на талии парня. - Эй, - возмущенно бросил последний, опешивший от бесцеремонности девчонки. - Что "эй"? - недовольно посмотрела Осава на красноволосого. - Ты, конечно, выглядишь стремно в костюме и с повязанной голубой кофтой на талии, но зато твоих трусов в горошек не видно, так что поспеши скорее в спортзал, - и когда это в словах Осавы появилось столько уверенности? Не она ли боится каждого шороха со стороны Акаши? Сейджуро глубоко вдохнул воздуха в легкие и потер переносицу. Что за день? Потом посмотрел на свои ноги со свисающей кофтой и нахмурился. Хотя ладно, это ведь Акаши Сейджуро - ему все равно, что подумают другие и что скажут. Ему сейчас просто нужно добраться до этого чертового спортзала и переодеть свои порванные брюки, а потом объясниться перед учителями о том, почему он расхаживает в баскетбольной форме. И почему эта Осава взяла именно баскетбольную форму, когда рядом лежали шорты с футболкой? Невыносимая девчонка. Стоит ли мне описывать каждый шаг Акаши по пути к спортзалу, Осаву, внимательно следящую за ситуацией? Думаю, это лишнее. Самое интересное произошло, когда красноволосый уже был на половине пути к спортзалу, провожаемый многочисленными косыми взглядами и мысленно молился о том, как бы ничего не произошло, как вдруг услышал девчачий крик сзади: - Акаши! Подул сильный ветер, и не успел парень обернуться, как кто-то со всей силой хлопнул его по... заднице. И на этой ноте все присутствующие на территории школьного двора резко замерли и во все глаза воззрились на девчонку с двумя хвостиками, подбежавшую к парню и без стыда положившую руку на его зад. То ли Акаши не умел молиться, то ли это была карма - он не мог понять. Лишь застыл на месте подобно статуе, уже успев возненавидеть собственный зад, на который нашел уже несколько приключений за всего лишь одну перемену, и продолжал смотреть перед собой. Харуми же - виновник сего веселья, недоуменно окинула всех недовольным взглядом в ответ, не понимая причины массового шока, как вдруг в ее пустой головушке что-то щелкнуло. Она медленно перевела взгляд голубых глаз на свою ладонь все еще на пятой точке Сейджуро и мысленно прокляла всех на свете, тут же чертыхнувшись и убирая руку. Сам же Акаши, шокированный не меньше остальных, широко распахнутыми глазами посмотрел на вскочившую перед ним и покрасневшую Харуми. - К-к-кофта чуть из-за ветра не поднялась, - шепотом протороторила девчонка, эмоционально взмахнув руками, - все могли увидеть твои трусы, поэтому я..! Девчонка все не могла найти подходящих слов для оправдания своего наитупейшего поступка в жизни, даже похлеще того мяча, который она запустила Акаши в голову. Так, ТАК ступить! Ками-сама, даже для Осавы это было уже чересчур! Почему ее жизнь состоит из одних конфузных ситуаций? - Я-я не подумала о том, как это будет выглядеть, - добавила Харуми, уже красная как помидор, - то есть я не хотела трогать твой зад, только помочь хотела! Ками-сама, прости..! И тут ее извинения прервал громкий смех. Осава замолчала и опустив руки, недоуменно посмотрела на Акаши, который разразился хохотом и заставил всех впасть даже в наибольший шок, чем минутами ранее. Стойте, вы понимаете? Акаши Сейджуро? Смеется? Акаши, черт возьми, Сейджуро смеется. Его смех, напоминающий злобного хохочущего хомячка, разлетался по всему школьному двору, пока брюнетка продолжала хлопать ресницами, оглядывая, по ее мнению, больного на всю голову, похлеще ее самой, Сейджуро. - Т-ты чего это? Акаши не ответил, лишь начал смеяться еще громче, согнувшись пополам. Что же его заставило смеяться? Был ли это истерический смех? Или может Акаши был и правда больной на голову? Нет. Красноволосый прокрутил в голове весь день, а вернее момент с большой перемены, когда они несли с Осавой папки в учительскую и искали телефон, до сей ситуации, где она шлепает его рукой по заднице. И ему почему-то стало так смешно, что вот сейчас он стоит, схватившись за живот и, так сказать, ржет во весь голос, как он еще никогда не делал. Что за сумасшедший день? Что за странная девчонка? Заставила-то его, Акаши Сейджуро, смеяться от души и, между прочим, не над шуткой какой-то, а над самим собой. Что за сумасшествие тут происходит? У Акаши был такой заразительный хохот, что Харуми невольно улыбнулась и сама начала смеяться, тыча пальцем в его уже покрасневшее от смеха лицо. А тем временем остальные присутствующие продолжали смотреть на двух умалишенных - красноволосого психа с неповторимым смехом и девчонку с двумя хвостиками, хлопнувшей его по пятой точке, которые продолжали хохотать по, увы, никому неизвестной причине. Говорят, смех продлевает жизнь. Осава Харуми смеется каждый Божий день над тем, что смешно и над тем, что не смешно, когда все хорошо и когда все хуже некуда. Тогда отсюда вопрос - как же долго она будет жить?