Древняя дорога

,,,,,, Ветер бесшабашно играл каштановыми прядями, выбившимися из-под банданы с жутковатыми черепами. Сильные руки бойца-рукопашника привычно и спокойно лежали на руле. - Серега! Нам наконец-то свезлоооо!!! – Олеся радовалась, как ребенок. Шикарный новенький байк, пустая дорога и свобода! И задание, любимая и опасная работа! Когда ещё так бывало и когда ещё так будет! Ураааа! - По сторонам смотри лучше, сорвиголова! – улыбнулся Мыцык. Леська права, свезло, это точно. В негласном «соревновании» на тему «кто круче на работе и дома» кошаки лидировали с большим отрывом. И финал карибской эпопеи это только подтвердил. Впрочем, Сергей был искренне рад за друзей. Вспомнилось, как они бодались с Котом из-за Муры, едва эта русая кошка появилась в их команде. Казалось бы, сколько вместе прошли, сколько крови пролили и своей, и чужой, сколько сухарей пополам сгрызли, а стоило симпатичной девчонке-оторвиголове с умопомрачительной улыбкой подмигнуть каждому порознь и обоим враз, и куда делись и дружба, и служба. И ведь сколько раз едва не до кулаков доходило! Было… Всякое было. Но чем дальше, тем отчетливей Муру тянуло именно к Коту. Про Ваську и говорить нечего, он втесался по уши почти сразу. Мыцык так и болтался, как цветок в проруби, пока в Афгане их с Умой буквально не вплавило в друга. Сначала им обоим сорвало башню. Начисто. Потом они этого стеснялись. А потом… Потом захотелось, чтобы остатки этой самой башни сорвало до конца и вынесло вслед за главной конструкцией. Это выглядело как сумасшествие, но как же это было упоительно! С детства послушный ребенок и примерный ученик, отличный офицер и аккуратист, Физик как будто с цепи сорвался в обществе Умки. И все-таки им свезло! Дня два-три только байки, дорога и они вдвоем! Кайф! Не такой, конечно, как у кошаков на дхау в Индийском океане, но тоже ничего! … После пяти часов в седле подвело животы. Решили завернуть в первый же попавшийся мотель на трассе. Если бы ребята знали, к чему приведет это решение! Но… ,,,,,,, - Вот, смотри, бананчик! Банаанчик! – Пригов тщетно пытался всучить тамарину кусок сочного эквадорского банана. Обезяныщ сидел с гордым видом и отворачивал спесивую мордочку от угощения. Сунуть кусок прямо в лапки генерал не мог, рука не пролезала сквозь прутья вольера. - Не занят? – вошел Булатов. Было видно, что каждый шаг отзывает адмиралу дикой болью, но Батя скорее согласился бы на операцию по смене пола, чем на появление в КТЦ с проклятой клюкой. - Не, ты посмотри, Михалыч! Это же маленький волосатый бандит, а? – раздраженно пожаловался Пригов, - я ему банан, а он морду воротит! - Все верно, он у тебя и не возьмет, - кивнул Батя. - Это ещё почему? – опешил Пригов. - Потому, Владимир Викторович, что обезьяны званий не различают, - в кабинет вошла Ольга Тарасова. Пригов, Батя и Хвостик синхронно улыбнулись. - Привет, - Пригов передал девушке банан, - как Сонечка, Андрюша? - Спасибо, все в порядке, - ответная улыбка молодой мамы затопила весь генеральский кабинет, - у нас гости, мои свекры приехали. Пока они с Ирой там с маленькими, я сюда. Булатов незаметно от Пригова знаками показал, с Бизоном все отлично! Ольга взмахнула ресницами, мол, поняла. - Как это у тебя выходит? – ревниво спросил генерал, глядя, как Тарасова кормит тамарина, а тот уплетает банан за обе щеки, - у меня он не берет! - Не знаю, - искренне пожала погонами Ольга, - как-то само выходит. Ну, малыш, ещё хочешь? Да? Вот, вот, кушай. Хвостик, повизгивая от удовольствия, точил банан за обе щеки. - Все в сборе, начнем, - сел за стол Пригов, - что имеем. Первое – группу «Смерч» на территории, полностью контролируемой противником. Второе – агентурная разведка и нелегалы облажались, помощи нашим ждать неоткуда. Третье – в настоящее время группа разделилась на расчеты, которые работают автономно. Петров с Антоном отслеживают ребят по сигналу спецтехники и датчиков на воксах, но прямой связи у нас нет. Тем более, что наши… хммм, прости, Оля, чуть не выругался, так вот, наши противники не спят. Багира сейчас усилила группу, но ситуация тяжелая. В принципе, все расчеты на грани провала. Как минимум за двумя мы успешно отследили слежку. Их ведут, и ведут очень грамотно. У меня лично сложилось впечатление, что наших как будто заманивают. - Это логично, - кивнула Ольга, предварительно переглянувшись с Батей. Тарасова всегда была службисткой, начинать без разрешения старшего по званию она не стала бы ни за какие коврижки, - нелогично другое. Неясна причина аккумулирования арсеналов именно в этом регионе. Куда как проще все тоже самое завозить в Польшу или Румынию. Власть так же лояльна, а возможностей больше в геометрической прогрессии. - Так-так-так, - напрягся генерал, - получается, что район чем-то привлек специально? - Вопрос, чем? – почесал подбородок Булатов, - пока ребята молчат, мы этого не узнаем! Нелегалов бы потрясти, и Главк. Спутники там, может, что-то есть? - И ещё вопрос, - подняла карандаш Ольга, - мы до сих пор не можем отследить источник этого трафика. Оружие идет, но откуда? Ближний Восток? Африка? Азия? Без конкретных стволов не определить. Или, ещё вариант. Внимание отвлекают? Тогда от чего? - Ждем первых результатов, - вздохнул Пригов, покосился на тамарина. Тот скорчил генералу рожу и деловито залез на верхнюю ветку, где уселся и принялся чистить хвост, - а время, увы, работает не на нас! ,,,,,,, Внимательные голубые глаза обшаривали проходящие составы с мощную снайперскую оптику. Мура отслеживала платформы, на которых обычно перевозят тяжелую технику, такую, как танки или БТРы. Отдельно фиксировала составы, тащившие вагоны рефрижераторного типа. В России примерно такого рода пятивагонные сцепки называются БЖРК – Боевой железнодорожный ракетный комплекс. Возможно, что-то похожее могли протащить по железке и тут. Спать не хотелось. Женя аккуратно, старясь не шевелить маскировку, достала из кармашка на плече конфету, сунула в рот. Глаза и память работали, как хорошо отлаженный компьютер, а мысли… Мысли вертелись вокруг самого родного в мире человека. Не отрываясь от прицела, улыбнулась, слыша ровное дыхание спящего рядом мужа. Вася. Вилась-вилась их веревочка, и, наконец, связалась в узелочек. Как она его поначалу невзлюбила! Как потом их тянуло друг к другу сквозь долг и службу! Сколько потребовалось вместе вытерпеть, чтобы вот так спокойно и буднично назвать Кота просто и коротко – муж! Впрочем, что тут такого нового? Ещё с Камбоджи Вася и был для неё пусть неофициальным, но чего уж там, мужем. Жили в короткие периоды отпусков и увольнительных вместе, а последний год так уже и не скрывались. Поначалу да, прятались, темнили, на глазах друзей и коллег старались лишний раз свои чувства не показывать. Хотя, какое там! Все, Мура была уверена, все отлично знали. Но такт и чуткость в таких вопросах всегда, с подачи Бати и Багиры, были законом в КТЦ. После Афгана они уже и не стеснялись. Ну а после Карибов в один день разом подхватились и пошли за заветным штампом. Была, правда, проблема, её отец и слышать не хотел о таком муже для единственной дочери, в то время как мама Кота приняла невестку с распростертыми объятиями и тут же сдала смущенного сына, что называется, с потрохами, вывалив на хихикавшую Женю вагон информации о детстве, отрочестве и даже обо всех пассиях Васи. Мура снова улыбнулась. Она забыла весь этот бред через секунду, как услышала. Понятно, мать есть мать, но Женя-то знала, что надежнее и лучше её мужа в целом мире нет и быть не может. А девушки? Ну так чтож, и она в свое время была не святая, хотя свекровь, подкладывавшая ей оладушки и не сводившая умильных глаз с невестки с шикарной русой косой, сидевшей в скромном сарафанчике с воротничком с видом отличницы на выпускном вечере, была готова божиться, что её Васенька наконец-то взялся за ум и нашел девушку её, материнской, мечты. Мдаа, с её отцом так гладко не вышло, но она любила мужа, и знала его характер. Кот тогда отрубил в ответ на упреки из серии, что ты ей можешь дать, ты всего-то кап-лейт с риском сложить голову и средненькой зарплатой: - Могу прикрыть, могу подставить свою голову вместо неё. Женя неслышно вздохнула. Любимый не врал и не рисовался. Он так и делал. Поэтому когда отец начал фыркать, они молча встали и ушли. И ни слова, ни упрека. Кот ни разу не упомянул эту тему потом. Хотя уж кто-кто, а она-то знала взрывной характер своего мужа. Ваську рангвальдовские викинги не зря назвали берсерком. - Любимый, - прошептала Мура, - просыпайся, соня! - Да? – Кот открыл глаза, беззвучно зевнул, - да, милая! Пост принял! - Пост сдала, - хихикнула Женя, закрывая глаза, - не вздумай разбудить позже! - А то что? – ухмыльнулся Ионов, регулярно будивший жену на час-два позже стандартного времени индивидуального наблюдения. Мура ворчала, и была права. Своим благородством Кот сам себя ставил под удар. Усталый и невыспавшийся, он мог упустить что-то важное. А это могло сорвать операцию. Ионов приник к прицелу. Они уже трое суток лежали в заботливо устроенной лежке в неприметной расщелине, густо укутанной зарослями орешника. Из того отельчика они выбрались через окно и ушли, только и успели, что помыться да перекусить. Вне всякого сомнения, тот амбициозный лейтенантик, которому он, Кот, на вокзале так ловко расквасил пол-лица, догадался прошерстить не только поезда, билеты и пассажиров, но и всю привокзальную зону. Возможно, их даже ищут патрули с собаками. Если увечный не догадался, то, Вася не сомневался, с той стороны есть те, кто всегда готов подсказать. Подумал, и как накаркал. - Женя, подъем! – прошелестел Кот, - у нас гости! Гляди в оба! - Если? – Мура спала, как кошка. Крепко, но чутко. Работа приучила. - Если обнаружат, я их уведу. Очень неспроста они тут объявились, три дня тупили, - Ионов большим пальцем перевел флажок предохранителя своей М-4 на автоматический огонь. - Вась… Я – это ты. - Ты – это я, любимая. Я помню. …. Здоровенный овчар по кличке Дик, которая почему-то веселила странных чужаков, неприятно пахнувших крахмалом и одетых в эту несносную пеструю серую одежду, очень устал. Он у раннего утра шел по лесу, пытаясь найти след. Ему дали понюхать тряпку, измаранную кровью и потом и сказали, работай! Он работал. Лес благоухал сказочными ароматами. А ты работай! Ага! Сами так работайте, двуногие! Впрочем Божичка, его инструктор и друг, всегда делившийся и куском колбаски, и плащ-палаткой для сна, был умотан не меньше. Дик его искренне жалел. Это очень трудно, столько пройти на двух лапах, и тоже без еды. Свою пайку Божичка отдал благодарному псу. Запахи, запахи, запахи… Стоп, это что? Пахнуло оружием, потом? Тьфу, какая гадость! Никакое это не оружие и не пот, это вонючая дрянь, от которой чешется нос и слезятся глаза. Дик обижено заскулил, дернул поводок, мол, пошли отсюда, а? Божичка насторожился. Спецсредство? Поднял руку. Из подлеска выбрались трое с камуфляже, вооруженные до зубов. - Дик волнуется. Возможно, спецсредство. - Да какое там средство, Чеслав! Во, гляди! – сержант Новак протянул здоровенную пластиковую бутыль из-под уксуса, - Там, в распадке, таких ещё штук сорок! - Да, верно. Спокойно, малыш, спокойно, - Божичка почесал за ухом ворчавшего и скулившего пса, - тогда дальше или что? Дик очень волнуется, да и устал пес. С утра пашем. - Мы тоже устали, - хмыкнул Новак, - и что? - А то, что у него нюх притупился! – взвился Божичка, - это животное! Понимать же надо! - Лан, Чес, не пыли, - примирительно поднял руку сержант, - спускаемся к полотну и идем ещё километр. Здесь от пса толку не будет, верно? - Верно, - кивнул собаковод, - если тут уксус, дохлый номер. Только вы все равно тут обшарьте, а то эти придурки из «Урны» докопаются. - Да срать мне на них, - сплюнул Новак, - у меня приказ какой? Патруль! Вот придем на базу, доложимся, а там пусть что хотят, то и делают. Сами пусть работают, белоручки хреновы! Ладно, пошли, че стоять до? Вон, Дик уже измаялся, а, старина? Новак неподдельно уважал пса. Если бы не овчар, почуявший тот фугас в Вардаке, их разованные тушки с почетом прибыли бы в ящиках из Афганистана. А так – сами вернулись, денег подняли, кому-то ещё и лычка-звездочка на погоны капнула…. Внизу, по полотну медленно прогрохотал тяжелый состав. Какие-то платформы, вагоны, цистерны… а, один хрен, товарняк. Солдаты вздохнули, затоптали окурки. Сержант скривился. Вот ведь долбодятлы! Сто раз говорил, не курить в патруле! Расслабились после Афганистана, придурки! Тьфу! Двигайте уже! Хватит ныть, все жрать хотят! - Сержант, вода есть? Пить охота! - Иржи, а мне ссать, ага? Поможем друг другу? - Тьфу, курва… - Шагайте! … Прошел долгий час, прежде чем в орешнике поставили оружие на предохранители. По части камуфляжа и маскировки, они, ученики Нгуена, Денисова и никарагуанских спецов, могли поучить не только этих чешских служак, но и их заморских инструкторов. Как же с собакой повезло! Бедный пес. Ну тут уж либо песий нос, либо жизнь, свобода и задание. - Вась, а ты как с уксусом угадал? - Никак, смеяться будешь! Просто выбрал место рядом с помойкой! Ну, химии насыпал, само собой. Надо двигать отсюда! - Состав, Вась. Похоже, есть. Надо щупать! - Есть – щупать! Тогда двигаем! - Сюрприз оставим? - И не один! – «Кошаки» потерлись носами. - Ай! – Мура ощутила аккуратный щип, пихнулась в ответ, - Дорогой муж! Мы на задании! Оба, прижавшись друг к другу, захихикали, вспомнив тот кавказский водопад… ,,,,,,, Первую тарелку колбасок Ума слопала в мгновение ока. Горчица у них какая-то слабенькая, а так – очень и очень! Ещё порцию, пожалуйста! После шикарной гонки по пустой трассе хотелось не просто есть, а именно ЖРАТЬ! Поэтому, когда сгустились сумерки, они притормозили у первого же мотеля с многообещающей вывеской в виде толстой сардельки. Получив ключи от номера, Смерчи ринулись утолять голод. Физик не отставал. Парень заказал «Сковороду пивовара» и обстоятельно расправлялся с горой снеди, посматривая вполглаза на увлеченно жевавшую Олесю. Все было классно, кроме одного. Сергея напрягла компания в углу. Какие-то чрезмерно тихие, что ли? Ну не может так быть! Два крепких парня в недешевых костюмах, две эффектные девчонки, а сидят, как на похоронах? - Серега, внимание, - уловил Мыцык шепот Умы, - это работорговцы! - Уверена? – Физик сплюнул куриный хрящик. - Сто пудов! – вытерла губы Ума, - девки зашуганные, сам не видишь? И прикид не по мотелю! - Мдаа, не по Хуану сомбреро, - резюмировал Сергей. - Пойдем, вломим? – хищно подобралась Олеся. - Зачем? Они сами к нам идут! – кивнул Мыцык на приближавшегося амбала. - Эй, пан, ты че вылупился? – с ходу обозначил свои намерения детина, - это сеструха моя! Смерчи не знали чешского, и были удивлены, когда парень заговорил по-русски. Их раскрыли? Совпадение? - Ты че лыбешся, а? – амбал предвкушающее размахнулся и рухнул на колени, схватившись за диафрагму. Физик двинул локтем, почти не глядя, просто Олеся чуть кивнула, мол, давай! Крепкая пятерня старлея сгребла неудачливого бойца за шиворот и крепко приложила лбом о край столешницы. Бесчувственное тело ссыпалось на пол. - Ach, ty prdeli svou matku! – рыкнул второй детина, выпрыгивая из-за стола. Тускло блеснул ствол, - Nyní si ukousnout své vlastní koule! Чугунная сковородка глухо тюкнула храбреца по голове. Ума подкинула в руке пустую пивную кружку, прикидывая, не пустить ли следом? Нет, вроде не стоит. Ишь ты, это кто тут сам себе ещё что откусит! Подбитый сковородой амбал со стоном выполз из-под стола. Физик подошел, добавил с ноги. Парень затих. - Ой, а вы кто? – пролепетала глазастенькая шатенка. - Дед Мороз и Снегурочка, - фыркнула Ума. - Ahoj! Vypadněte odsud! – вмешался в разговор хозяин, потрясая дробовиком. Физик бросил на стол купюру, ствол дробовика опустился в землю. - Что сидите? – рявкнула Ума на перепуганных девушек, - ходу! … - Они сказали сначала, мы моделями будем! Один, особенно! Такой ласковый был! – рассказывала, захлебываясь слезами и ветром, шатенка за спиной гнавшего чоппер Физика, - а потом, как сюда приехали, эти двое наорали, закрыли нас! Вместо туалета ведро приносили! Ещё и приставали, козлы! Слушай, а мы теперь куда? - Пока с нами, - буркнул Физик. Старлей соображал. Вот она, ниточка! Но та ли ниточка? Мало ли таких моделей вывозят и продают. Так, а это ещё что такое? - А ну-ка руки прибери! – цыкнул на девушку Мыцык. Та едва не добралась до самого, так сказать, ценного, - ты что? Расшибемся же! - Ну я так, - всхлипнула шатенка, - отблагодарить… - Если моя увидит, она тебя так отблагодарит, те парни за счастье станут! – Физик прибавил газу. - А вы что, любите втроем? – по своему поняла девушка, но руки убрала. Тихая запуганная брюнетка, которую везла Ума, вообще не проронила ни слова. Только один раз тихо прошептала Олесе в самое ухо: - Спасибо! Ума злилась. Что теперь? Хрен с ним со сном, но что теперь делать с этими девками? ,,,,,,