Жасминовый чай

      Рик двинулся на Аманду. На миг закрыв глаза, Аманда выдохнула. Высвободив руки от веревок, которые больше не спутывали ее запястья, девушка сделала то, чему ее учили отец и Дин: резко вскинув ноги и оттолкнувшись ими о грудь Рика, девушка упала на спину и, не обращая внимания на боль от удара спинки стула, перевернулась через голову и, поднявшись, кинулась бежать к раздвижным дверям, выходящим на веранду. Не ожидавший такой прыти от девушки Рик опешил, держа руку на месте удара. Но почти сразу пришел в себя и с бешенством откинув стул ногой в сторону заорал: — Что стоите, дебилы. Догоняйте ее.       Том и Арни бросились взлед за Амандой и мгновение спустя к ним присоеденился взбешенный Рик.       Аманда пыталась быстрее перебирать ногами, отталкиваясь от пыльной, покрытой трещинами, засушливой земли. Даже ночью она была горяча и обжигала голые ступни девушки. При слабом свете луны Аманда разглядела справа от себя лес, а впереди виднелось убраное поле. Тут же вспомнилось, как Том говорил, что его родители выращивают кукурузу и свернула направо. По взрытому полю она и двух шагов не ступит, не напоровшись на оставшиеся стебли. Ей наперерез бросились парни и Аманда заработала ногами еще быстрей, активно отталкиваясь руками о невидимые опоры. Еще немного и она в спасительном лесу, где ей не составит труда спрятаться, тем более ночью. Крики парней слышались все ближе, шум в ушах гудел все громче, а сердце билось все сильней, разгоняя по венам адреналин и животный страх быть вот-вот пойманной. Она уже протянула руку чтобы ухватиться за тонкий ствол дерева и, оттолкнувшись об него, скрыться во тьме леса, как ее талию охватили горячи ладони и Аманда вскрикнув упала, придавленная сверху тяжелым телом Арни. Отплевываясь от земли, что попала ей в рот, Аманда пыталась подняться и вздохнуть, но Арни продолжал придавливать ее к земле. На мгновение девушка почувствовала прикосновение чего-то холодного к бедру и вскрикнула, когда парень полоснул ножом по коже разрезая трусики на девушке.       Подбежали Том и Рик и Арни сполз с Аманды, переворачивая ее на спину. Легкие горели от недостатка воздуха и Аманда хватала ртом, пропустив момент когда с нее стянули порванное белье, но, когда Рик опустился на землю, крепко сжимая ладонями ее лодыжки раздвигая ноги, Аманда взвыла, пытаясь отбиться под смех насильников. Том помогалпомку держать ноги Аманды; Арни держал руки пытаясь ножом разрезать ее лифчик, раня при этом девушку. Но Аманда не чувствовала боль и не видела как кровь растекается по животу, она видела лишь Рика, усевшегося между ее раздвинутых ног, расстегивающий молнию на брюках. Страх волной прошелся по телу чуть не вывернув внутренности наизнанку, из глаз брызнули слезы. Сначала на живот легла рука, прижимая к земле, а после и тяжелое тело Рика. Над полем разнесся тонкий девичий крик: — Люцифер! — и следом утробный, полный страха и боли, глухой вскрик.       На ухо девушке прошептали: — Закрой глаза, — и Аманда послушалась, ощутив как ее окутало тепло и внезапное спокойствие, совсем как когда-то в детстве, когда она падала в обрушевшемся доме. Как сквозь толстую стену до нее доносились глухие, плохо различимые крики, но Аманде не было до этого дела, ее сознание отключалось, убаюканное какой-то незнакомой, но приятной мелодией.       Она приходила в себя, видела смутно различимые лица отца и матери, Чарли и Адама и снова погружалась в бессознательное состояние. Однажды ей привидился Люцифер. Он сидел рядом, гладил ее волосы и что-то говорил. Расслышав обрывки слов, Аманда уснула, а когда проснулась Люцифера рядом не было. Но она чувствовала чье-то присутствие и точно знала, что ее слова передадут ему. — Не отпущу, — пробормотала она, не видя того, кто склонился над ней чтобы расслышать. — Не отпущу.       Четыре дня понадобилось Аманде, чтобы придти в себя и окончательно проснуться. Некоторое время она лежала глядя в потолок. Это был потолок ее комнаты. Лет пять назад они с мамой раскрашивали его белыми и голубыми красками, рисуя небо. Прислушиваясь к себе, девушка поняла, что Кастиэль поработал над ней: девушка почти ничего не чувствавала, кроме легкого голода. Все страхи остались на том поле. И Аманда, обычно не любившая, чтобы он лез в ее мысли или стирал память о плохих вещах, сейчас была ему очень благодарна. Почувствовав как живот свело, Аманда решила не откладывать дела в долгий ящик и пойти поблагодарить Каса, а заодно поесть. Она откинула одеяло и села на кровати собираясь встать, когда рядом раздался голос: — Не поднимайся резко, может голова закружиться.       На стуле около стены сидел красивый темноволосый мужчина. Аманда задумалась, где она могла его видеть, а мужчина продолжил: — Позаимствовал тело твоего дедушки из прошлого. — Красавец у меня дед, — рассматривая его сказала Аманда и удивилась хрипоте своего голоса. _ Это пройдет, но тебе лучше не вставать, — мягко улыбаясь посоветовал Михаил и Аманда послушно легла обратно на кровать. — Хочешь знать что случилось?       Михаил долго ждал пока Аманда раздумывала и кивнул, когда она хрипло прошептала «нет». Она не решалась спросить его о той ночи потому что не хотела вновь пережить весь тот ужас и не хотела чтобы разговор зашел о Люцифере. Ей казалось, что он был там и спас ее, но это могло быть лишь плодом ее воображения, могло привидиться только потому, что она желала, чтобы именно Люцифер спас ее и боялась услышать отрицательный ответ. Поэтому она расспрашивала Михаила о других, самых разных вещах. Как чувствуют себя ее родители, потом разговор зашел об инопланетянах, о египетских пирамидах, почему Ван Гог отрезал себе мочки ушей. Когда Михаил отвечал на этот вопрос Аманда засыпала и, перед тем как полностью погрузиться в сон, она услышала, как архангел произнес: — Он был там, Аманда. И он спас тебя.

***

      Люцифер сидел на краю утеса глядя, как внизу бушет море, разбиваясь волнами о скалы. Небо затянуто темными, почти черными тучами. Холодный ветер трепал волосы и рубашку, брызги от волн летели в лицо, но падший сидел не двигаясь и ни на что не обращая внимания. Когда рядом возник Михаил и сел рядом, море успокоилось, ветер утих, а тучи разошлись уступая место белым облакам и солнцу. — Ты испортил всю идиллию. — И ты долго тут будешь изводиться? — некоторое время братья сидели молча, после Михаил вновь продолжил, — Ты был зол. Давно я тебя таким не видел. — Они пытались испортить мою игрушку. — Игрушку? — Михаил внимательно посмотрел на брата испытывающим взглядом, после чего вздохнул и повернулся к морю. — Мне не хочешь, но хоть себе признайся.       Люцифер хмыкнул и поднялся. Расправил плечи, потянулся и направился вниз с утеса, не оборачиваясь и не останавливаясь на голос брата: — Ее ждет лишь короткая человеческая жизнь. Почему бы тебе не украсить небольшой период своего долгого серого существования яркими красками. Подумай, брат, над этим.

***

— Я ему все равно не доверяю. — Дин, он любит Аманду. По своему. Наверное. — Спасибо, Чарли, ты меня сейчас успокоила, — под звонкий смех девушки Дин, смотрясь в зеркало, пытался поправить бабочку. Эта удавка, как называл Дин все галстуки, никак не подходила ему, но Чарли настояла, чтобы на свадьбе всоей племянницы он выглядел как можно прзентабельней и теперь Винчестер придирчиво разглядывал себя. Но когда из ванны вышла Чарли, все внимание было приковано к ней, бабочка была забыта. Изумрудное, в пол платье хорошо сидело на стройной женщине, рыжие волосы собраны наверх, в ушах длинные серьги, те самые, которые Дин подарил на их годовщину. — Ты очаровательна, — взяв Чарли за руку он прикоснулся к ней губами получив в ответ ласковую улыбку и любящий взгляд.

***

— Сэм, думаешь мы поступаем правильно, отдавая ему нашу девочку?       Сэм подошел к бледной жене, в волнении сжимающей пальцы рук. Обняв ее, Сэм вдохнул еле уловимый запах ее духов и, наклонившись, поцеловал ее в висок. — Эмили, родная, у нашей Аманды все будет хорошо. Я знаю ты не веришь ему, но ты верь мне. Она счастлива и Люцифер не… не обидит ее, — почувствовав, как жена расслабилась в его объятиях, явно успокоившись от его слов, Сэм вновь поцеловал ее и покачав головой, крепче прижал ее к себе.

***

      Небольшая белоснежная беседка в которой стоят Гарт и Люцифер. Гарт, уже с седым волосами, постаревший, но все так же постоянно оптимистично настроенный, в костюме техасского рейнжера был за священника, как и много лет назад, когда он женил Сэма и Эмили. Да и костюм был тот же самый. Местами изьеденный молью. На вопрос почему именно этот костюм, Гарт отвечал, что в сутане он похож на вампира и не хочет быть случайно подстреленным Дином, а костюм рейнджера ему идет. Люцифер, невозмутимый, в белом косюме, смотрел в проход по которому Сэм вел свою дочь в подвенечном платье. И никто не знает, что творилось внутри него, за этой маской спокойствия. Ни Аманда, медленно шагающая под руку с отцом, едва сдерживая слезы счастья. Ни кто-то из немногочисленных гостей, устроившихся тут на стульях. Лишь, кажется, только Михаил мог знать, не зря же он так понимающе смотрит сейчас на брата.       А где-то на небесах, в одной из комнат, на двух креслах перед телевизором сидели два друга. Они наблюдали как Аманда и Люцифер дают друг другу клятвы, как плачет Эмили, Чарли, обнимающие теперь уже жену Люцифера. Как он ревниво прижимает ее к себе. Как Дин перенимает все внимание на себя, становясь на одно колено перед Чарли. Как она отвечает ему согласием, смахивая слезы. — А я видел, видел, как ты смахнул слезу, — подскочив с кресла радостно закричал Руфус, протягивая руку к стоящей на столе бутылке, за что тут же получил свернутой газетой. — За что? — обиженно потирая пальцы, спросил Тернер, садясь на место. — Я не плакал, — отложив газету в сторону, оправдывался Бобби. — Ты все выдумал, что бы захапать себе бутылку. У тебя у самого глаза красные, думаешь я не видел, как ты тайком в рукав сморкался?       После долгих споров бутылка все же оказалась в руках у Руфуса, спрятанная тут же в обивку кресла, чтобы через некоторое время вновь быть разыгранной в каком-нибудь споре двух старых друзей.