Наречённая

Часом позже после убийства Камил, Кэролайн и Кетрин сидели во дворе «Бойни», и каждая делала вид, что занята своим делом. Пирс сидела около фонтана, положив ноги на стол, и точила ногти на руке, а Кэролайн читала книжку, изредка поглядывая на подругу. Кетрин упрямо не собиралась оставлять её одну, и это начинало раздражать Форбс. Зазвонил телефон, и она увидела на дисплее «Клаус». Кэролайн несколько секунд подождала, переводя дух, и ответила: — Если ты звонишь, чтобы… — Привет, детка, — голос Касла на другом конце привёл в ступор. — Полагаю, что сейчас ты зла на Клауса, — хмыкнул Люсьен. Краем глаза она увидела, что Кетрин подходит к ней ближе и машет руками. Она, сглотнув, посмотрела в её сторону. «Подыграй ему», — лишь по одним движениям губ прочла Форбс. — Да, ты прав, — очнувшись, бодро начала Кэролайн. — Но ты ведь посодействовал этому. — Я лишь доказал тебе, что ему плевать на тебя, как и раньше. После моего компромата он побежал к своей любовнице, но ты ведь и так знаешь. Верно? — От его довольного голоса хотелось кинуть телефон об стену, но она сдержалась. — Что теперь? — тихо спросила Форбс. — А теперь ты должна вспомнить о нашем плане, помнишь? — Помню, но я не давала согласия на своё участие. — Но теперь же всё по-другому? — допытывался Касл. — Ты ведь знаешь, что нужна только мне, детка. — Кэролайн прикрыла глаза и убрала телефон от уха. Ей до того было противно слышать его голос, но Кетрин подскочила к ней и, схватив за плечи, умоляюще посмотрела ей в глаза, чтобы, мол, продолжала. — Да… я должна была тебя послушать раньше, Люсьен, — пересилила себя Кэролайн. — Вот и прекрасно. Я скину тебе адрес, и уже сегодня мы будем свободны от Майклсонов. Буду с нетерпением ждать тебя, малышка. — Послышались гудки. — Если бы он видел твоё выражение лица, то в жизни не поверил, — засмеялась Кетрин, перекривляя мимику её лица. — Ты плохая актриса, Кэролайн, и советую быстрее научиться управлять своими эмоциями. — Ну и что делать? — потерянно спросила Кэролайн. — Как что? Пойдёшь и спасёшь своего мужчину, — просто ответила подруга, как будто это было обычным делом. — Одна? — расширила глаза Кэролайн. — Не совсем, — хитро улыбнулась Кетрин. — Мы поможем тебе, — по лестнице спускались Бонни с Ребеккой. Они подошли, и Беннет протянула ей шприц. — Тебе нужно лишь отвлечь Люсьена ненадолго, чтобы мы могли справиться с его людьми, а потом дело будет за Клаусом.

***

Люсьен назначил встречу на краю города в заброшенных домах. Кэролайн осторожно переступала через разбросанные доски и кирпичи. Поглядывая по сторонам и наверх, она уже насчитала двадцать древних вампиров и подозревала, что это ещё не все. В воздухе витало напряжение и опасность того, что предвещало. Казалось бы, первородных невозможно убить, а их наречённым нельзя было нанести смертельный удар, и можно было бы идти и сражаться открыто, но Люсьен был слишком хитёр, и Элайджа подозревал, что именно сейчас всё идёт по плану Касла. Он боялся думать, что они с Клаусом ошиблись и просчитались, и теперь вся надежда была на Кэролайн. Даже если Люсьен и не поверит ей, то у неё была в запасе игрушка, созданная Бонни. Он молился, чтобы Касл не заподозрил по её глазам об этом. Убрав Люсьена, можно было без помех договориться с древними вампирами, и без лидера это было бы намного проще сделать, не вступая в драку. — Поднимайся скорее, детка! — услышала она сверху голос Люсьена. Подняв взгляд, она увидела его, довольно улыбающегося на разрушенном балконе. Нервно сглотнув, она начала подниматься по разрушенной лестнице, перепрыгивая через поломанные бетонные ступеньки. — Я уже соскучился! — Как только она переступила последнюю, то сразу же попала в его мерзкие объятия. Через его плечо она увидела Клауса и чуть не вскрикнула. Ей хотелось кричать от отчаяния при его виде. Он был высоко подвешен к острым крючкам, и с запястий стекала кровь по рукам. Его закрытые глаза и по всему телу огромные кровоточащие порезы доводили до истерики, которая готова была вырваться с каждой секундой, но она сдерживалась. — Беги, Кэролайн… — всё же смог тихо выдавить Клаус, так и не найдя сил открыть глаза. Кэролайн дёрнулась и отскочила от Люсьена, но дальше так и не смогла двинуться. Невидимая дверь перегородила ей путь отступления. — Кэтрин была права… ты плохая актриса, детка, но было занятно наблюдать за вашим муравейником, — хмыкнул Касл, показывая шприц, который она должна была вколоть ему. — Подойди сюда, милая. Хочу кое-что тебе показать. — Люсьен раздражённо посмотрел на неё: — Ну же? Будет весело! Кэролайн подошла, и он распахнул перед ней ноутбук, в котором транслировались все уголки «Бойни» и клуба Марселя. Но как? — Я готовился столетиями к этой мести… — прочитав немой вопрос в её глазах, ответил Люсьен. Он перемотал момент, где Клаус недавно высказывал ей про предательство. — Я почти поверил. Почти. И ты бы не пострадала, если бы так и было, а теперь… — Что ты с ним сделал? — кинулась на него Кэролайн, но он с лёгкостью откинул её к противоположной стене, которая тут же обрушилась на неё. Она застонала от боли и еле могла пошевелиться. Люсьен подошёл и, откинув огромную плиту, протянул ей руку помощи. — Не нужно геройствовать, детка, — он дружелюбно ей улыбался, и на мгновение она задумалась: почему в нём не видела никогда явного сумасшествия. Кэролайн проигнорировала его и сама встала, стараясь не показывать свою боль во всём теле. — Отвечаю на твой вопрос — что я с ним такое сделал. — Он указал ей на крючки. — Они необычные. Правда? — Люсьен подошёл к Клаусу и сделал ещё один порез клинком, затем показал его ей. — И он не обычный. Это не твоей подруги детские игрушки. В них заключена сила сотни древних ведьм, и Клаус не сможет им противостоять. Каждый новый порез причиняет неимоверную боль, ни с чем не сравнимую. Уж поверь мне, я испытывал на себе. — На глазах Кэролайн выступили непрошеные слёзы, и она отчаянно прикрыла кулаком рот, из которого готовы были вырваться громкие рыдания. Касл внимательно наблюдал за её состоянием. — Но ты можешь прекратить его мучения, малышка. — Как? Что ты хочешь? — сдавленно спросила Кэролайн. — Ничего особенного… ты должна лишь внушить ему, чтобы он убил тебя. — Кэролайн не выдержала и вскрикнула. — Да, ты права, это жестоко, — наигранно вздохнул Люсьен. — Любимая за любимую. Думаю, это справедливо. — Почему тебе просто не забыть о мести? Прояви многовековую мудрость, и Клаус пойдёт тебе навстречу. — Она повернулась на голос Элайджи, но что толку от него, он не мог зайти и помочь ей. Она лихорадочно соображала, пока Касл подошёл к старшему Майклсону. — Мне нужна месть, и ничего более. — Его глаза лихорадочно блестели, когда он указал на неё. — Её смерть сделает Клауса безумным, таким же, каким и меня после смерти Авроры! И даже больше! — Ну ты же понимаешь, что не выйдешь отсюда живым? — попытался Элайджа. — Ради этого я готов умереть. Знаешь, это даже то, чего я хотел всё время. Наконец отомстить и уйти на покой, — он громко рассмеялся смехом, от которого стыла кровь в жилах Кэролайн. — Но ему некому будет мстить, только лишь себе, а знаете, что ещё больше радует? — Люсьен обвёл всех своим бешеным взглядом. — В отличие от меня, Клаус никогда не сможет успокоиться, как я! Его бессмертие сыграет над ним злую шутку, и он каждый день будет вспоминать меня и переживать один и тот же момент, как убил свою наречённую. Кэролайн уже не слушала Касла и, подойдя к Клаусу, осторожно обняла за кровоточащий со всех сторон торс. Её солёные слёзы перемешивались с кровью, причиняя ещё большую боль, но ему было так приятно от её объятий. Она придала ему сил немного. — Не делай этого, любовь моя. — Кэролайн подняла кверху заплаканное лицо, измазанное кровью любимого. Он всё же смог открыть глаза и посмотреть на неё сверху. В них столько было нежности, тепла и любви, что это было просто невыносимо для неё. — Я всё стерплю, только живи… — Прости меня… я не могу видеть, как ты страдаешь… ты переживёшь мою смерть… только помни, что я любила всегда тебя… больше жизни. — Кэролайн, нет! — послышался крик Элайджи, а следом и мерзкий смех Люсьена, который нажал на пульт. Цепи, неприятно заскрипев, начали опускать Клауса. — Вот так, хорошая девочка, — Касл подошёл к ней сзади и больно схватил за волосы. — Без глупостей, — прорычал он ей в ухо. — Внушай. Кэролайн смотрела в полные отчаяния и боли глаза Клауса. Она не чувствовала своей боли, ощущая только его, если такое возможно. — Кэролайн… — произнёс ей Клаус лишь одним шевелением губ и уже хотел закрыть глаза, но не смог противостоять её гипнозу. Её глаза расширились, и он завороженно смотрел, и было бесполезно бороться с этим. — Я хочу… — медленно начала Кэролайн, не отрывая взгляда от него, намеренно тянув время, но Люсьен опять дёрнул её за волосы. — Хочу, чтобы ты убил меня! Неужели так сложно? — Я хочу, чтобы ты убил его, — прокричала она быстро. — Борись с ведьмами, Клаус. Ты можешь! — Ах ты сука! — Люсьен с громким рыком откинул её опять к стене, но на этот раз она, разбив стену своим телом, перелетела в другую комнату. — Я же предупреждал, чтоб без самодеятельности, — взвыл он, перемещаясь к ней и резко поднимая за волосы. Но вдруг застыл от звуков, которые издавались сзади. Он так же резко отпустил её, как и схватил, опасливо оборачиваясь назад. Кэролайн обессиленно упала на гравий, но через несколько секунд уже с придыханием смотрела туда, что и Касл. Клаус, пошатываясь, сверлил убийственным взглядом Люсьена и потихоньку, даже не морщась, рвал свою плоть на запястьях, освобождаясь от крючков. На несколько секунд он прикрыл глаза, и Люсьен медленно начал приближаться к нему. — Ты сможешь… ещё совсем чуть-чуть осталось, — крикнула Кэролайн в отчаянии. Клаус глубоко вздохнул и открыл глаза. Они горели жёлтым огнём оборотня, которые обещали неминуемую смерть врагу. Люсьен остановился как вкопанный и теперь ждал своей участи. Со слабой улыбкой Кэролайн завороженно наблюдала, как лицо любимого приняло звериный оскал, как он, издав нечеловеческий рык, с силой дёрнул руками и наконец освободился от крючков ведьм. Какое-то время он стоял, чуть расставив ноги, опустив голову и руки, которые были с ужасными рваными ранами на запястьях, с которых не переставала капать кровь на гравий. Он поднял голову и посмотрел прямо на неё. Этот взгляд обещал ей вечность всего того, чего она так хотела, всё то, о чём мечтала все эти почти шесть лет. Им не нужно было слов, они понимали друг друга на расстоянии. Они чувствовали непрерывную связь между собой. Кэролайн точно сейчас знала, что через несколько секунд Клаус вцепится в глотку Люсьену, а он знал, что позволит ей закончить начатое — вырвать Каслу сердце. — Невероятно, — прошептал Элайджа с той стороны, который глазам своим не верил до сих пор. — Это невозможно… — выйдя из ступора, процедил Люсьен. Он предчувствовал скорейшую смерть и сейчас стоял весь сжавшийся, словно зайчонок, ожидающий смерть от стаи волков. — Возможно, Люсьен, — Кэролайн легко поднялась и подошла к Каслу. Она окинула его с отвращением. — Ты одного не учёл в своём многовековом хвалёном плане. Внушение наречённых намного сильнее твоих древних ведьм. — Затем она перевела взгляд на Клауса. — Уступаю тебе, дорогой. Мгновение, и Люсьен уже лежал на полу, а Кэролайн и Элайджа смотрели, как Клаус перегрызает ему глотку, но всё же он вовремя остановился и, поднявшись, произнёс: — Твоя очередь, любовь моя, — предложил хрипло Клаус. Кэролайн присела на корточки и иронично улыбнулась Люсьену. Из рваной раны на горле хлестала кровь, да и сам он кашлял ею, но всё же смотрел на неё затуманенным взглядом, в котором были ненависть и презрение. — Может, Кэтрин и была права, назвав меня плохой актрисой, но она также дала неплохой совет — освоить побыстрее это искусство, а я, как ты помнишь, быстро учусь. — Смотря ему в глаза, Кэролайн пробила ему грудь и без капельки сожаления вырвала сердце. Откинув его с отвращением, ей почему-то вспомнилась Камил, которая ей говорила, что Клаус не для неё. Она тоже ошибалась на её счёт. Невидимый барьер спал, и Элайджа переместился к брату, успев подхватить его падающее тело. — Он потерял слишком много крови. Положи его, — обеспокоенно произнесла Кэролайн. — И позови, пожалуйста, Бонни. Раны от клинка не заживают, может, она сможет это исправить. — Элайджа еле кивнул и пошёл за помощью. Кэролайн присела рядом с Клаусом и положила его голову к себе на колени. Пропуская его короткие волосы между пальцами, она прислушивалась к его слабому сердцебиению. По щеке скатилась одинокая слеза. — Не плачь, любовь моя. Всё уже закончилось, — обессиленно прошептал ей Клаус. — Я буду спокойна, когда ты выздоровеешь, милый, — Кэролайн сквозь слёзы слабо улыбнулась. — Твоя кровь… — Она нахмурилась и посмотрела на него сверху. Клаусу становилось только хуже. Она лишь на мгновение задумалась, что если внушение помогло против ведьм, то, возможно, и её кровь действительно поможет против их клинка. Кэролайн прокусила запястье и поднесла ко рту Клауса. — Пей, милый… — Он стал сначала слабо пить, а затем нашёл в себе силы взять её руку и сильнее прислонить ко рту. Она чувствовала, как его клыки впились в её плоть, но ей совсем было не больно. Кэролайн с удивлением смотрела, как его раны стремительно затягиваются. — Пей ещё… работает… — Кэролайн с облегчённой улыбкой прикрыла глаза. — Только теперь скажите, что наречённые это проклятие. Это дар…

***

Этим же вечером вся семья Майклсонов собралась в клубе. В честь победы и новых союзников в лице древних вампиров Марсель устроил закрытую вечеринку. Кэролайн сидела на коленях у Клауса в обнимку, напротив них сидели в такой же позе Элайджа и Кетрин. Братья шумно обсуждали последние события и какие условия поставили бывшему сообществу Люсьена, а их наречённые сидели со скучающими лицами, иногда переглядываясь и закатывая в раздражении глаза. — Может, всё-таки завтра на пикник? — не выдержала хвастовства первородных Кетрин. — Не вижу больше преград. — Кэролайн подняла фужер и чокнулась о протянутый бокал Пирс. — Зато я вижу, — с серьёзным видом заявил Клаус. Кэролайн заглянула ему в глаза и увидела смешинки в них. — Вы обе убили значимого человека, который был в курсе всех дел в Лондоне, — Клаус приподнял иронично бровь. — Угадайте, что теперь вам грозит за это? — Что? — спросили они в один голос. — В короткое время принять за Камил всю работу на себя. Так что сейчас совсем не до Мальдив, — хмыкнул Элайджа. — Ты же сказала, что не было свидетелей? — подскочила с колен Клауса Форбс. — Да я откуда знала, что везде камеры Люсьена! — подскочила за ней следом Пирс. — Долой безработица, гульки и магазины, сестрички! — к ним подошёл Кол и обнял сразу обеих за плечи, поцеловав их по очереди в щёки, он закричал на весь клуб: — Добро пожаловать в семейные дела! — Сильно не радуйся, брат, — засмеялся Клаус. — Тебе придётся присматривать за ними в Лондоне. — Я только за, — хмыкнул младший Майклсон, про себя уже потирая руки. — Вместе со мной, любимый, — к ним подошла Бонни и хлопнула по плечу Кола. — Нет… она же не даст нам продыху… — наигранно возмутился Кол. А тем временем Кэролайн, не теряя времени, опять села на колени Клауса и, обняв его, улыбнулась любимому в губы. Затем она многообещающим шёпотом произнесла: — Ты же не злишься из-за Камиллы? — Нет, любовь моя. Никто не в праве моей женщине говорить такие глупости, — Клаус нежно поцеловал её. — Тем более убила её Кетрин. — Может, тогда всё-таки сначала на пикник, милый? Обещаю, что ты не пожалеешь об этом…