«Я - Наруто, мать вашу!»

Медленно исчезающее за горизонтом солнце, разливаясь по небу в ярко-красном закате, предвещало скорейшее наступление ночи. Но, не смотря на это, Учиха Саске все не спешил возвращаться домой, а не спеша прогуливался по улицам Конохи. В его вспыльчивой голове все мелькали воспоминания о том, как он проиграл сегодняшний спарринг, - впрочем, он проигрывал не только сегодня, но и всегда, но именно этот очень сильно задел гордость младшего сына главы клана. Вернувшись, как обычно после академии Учиха весело рассказывал за ужином о своем блестящем выступлении на практическом занятии. Он даже и не сомневался, что учитель вызвал его раньше времени, чтобы наглядно показать остальным как это правильно делается, от чего сердце парнишки ликовало. Однако, даже не смотря на это, отец все также молча выслушав, скупо произнес: «Не расслабляйся». А где же то, чего он так жаждет? Где же самая лучшая похвала, которую он только надеется услышать? Где: «Как и ожидалось от моего сына!»?! Порядком расстроившись, но не пав духом, Саске нетерпеливо дожидался своего брата, чтобы в очередной раз бросить ему вызов. Почти за полтора года обучения в академии он продвинулся уже очень далеко, во многом опережая своих одноклассников. Младший Учиха блестяще выполнял базовые тройки техник, которые остальные только начали разбирать в теории: клонирование, подмена и превращение, и мастерски овладел метанием сюрикенов и кунаев. Но при этом он отчетливо понимал, что этого чертовски мало! Ему еще расти, и расти до уровня нии-сана. Ведь брат окончил академию досрочно всего за один год, оставив после себя звание самого выдающегося гения в истории деревни. А он? Саске уже полтора года учиться, - на отлично, стоило бы заметить, - но все равно не дотягивает. Да и все: и учителя и соклановцы, и даже родной отец сравнивают его со старшим братом, похвально отмечая: «еще пару лет и сможешь достигнуть уровня Итачи». Какие к черту пару лет?! У него нет столько времени! Он должен догнать нии-сана прямо здесь и сейчас! Твердо решив выложиться на все сто и один процент, младший Учиха с нескрываемой нервозностью дождался возвращения брата и, буквально умоляя, выпросил очередной спарринг. Тяжелый вздох со стороны старшего Учихи был распознан как согласие и Саске радостно выбежал на тренировочную площадку кланового особняка. Однако, не смотря на всю свою уверенность и возбужденность, глупый маленький братишка проиграл в разы быстрее, чем обычно, что несказанно удивило Итачи. Слишком уж открыто и прямолинейно он нападал, абсолютно не стараясь сделать какую-нибудь ловушку. Решил победить в чистом и открытом бою. И полный провал. Коротко, в трех словах, два из которых были нецензурными, младший поведал миру свое мнение о сегодняшней неудаче. Старший должным образом впечатлился красочной репликой братишки и, смягчившись в лице, щелкнул его по лбу. «Послушай, Саске, не смотри на меня. Да, несомненно, тебя тяготит то, что тебя сравнивают со мной, но запомни кое-что важное – ты не я. Поэтому не старайся идти по моим пятам и выбери свой путь. Так ты сможешь однажды превзойти не только меня, - тебе по силам будет что угодно. И, да, сегодня ты был очень силен» - так Итачи попытался подбодрить своего непутевого братика, с любовью и нежностью растрепав художественный бардак на его голове. К сожалению слова были восприняты в штыки, - еще бы, звучало совсем как торжественная речь победителя над побежденным, - и младший Учиха с гордостью отодвинув подальше позор, поступил очень по-взрослому - убежал куда глаза глядят. Так ноги вели его по улицам, темным переулкам, открытым для общего пользования тренировочным полигонам. Проходя мимо сквера, Саске уже начинал подумывать вернуться домой; злобы и плохого настроения в нем немного поубавилось, да и поглощающая сердце жажда убийства тоже умолкла. - Эй, че молчишь?! – послышался откуда-то из-за дерева недовольный возглас. Учиха навострил слух и направился в ту самую сторону. По мере его приближения ему открылась вот такая картина: неугомонный и гиперактивный оболтус Намикадзе и жавшаяся к нему в спину от страха его же младшая сестра, стояли в окружении пятнадцати мальчишек. Выходец из благородного клана с легкостью опознал в них своих одноклассников. Похоже, они решили припадать урок сыну Хокаге. Надменно хмыкнув, мальчишка собирался было уже уйти, - поделом этому выскочке, - но почему-то тело не слушалось. С силой справившись с накатывающим раздражением, он скрипнул зубами и вышел к самопровозглашенным наказывателям хулиганов. Черт, и зачем ему это понадобилось, скажите на милость! *** Киба цепким взглядом осматривал своего одноклассника и его сестричку, точно хищник свою жертву. Его очень умиляло то, что маленькая девочка, примерно на год младшего его самого и всех здесь собравшихся, с напуганным выражением лица жалась в спину этого блондинистого выскочки. Слишком уж красивой она была, а вдобавок эта гримаса страха… Просто великолепно! Злорадно оскалившись, он подошел к сыну Хокаге, от чего девочка прижалась еще сильнее, и панибратски похлопав того по плечу, попытался скромно осведомиться: - Слушай, Наруто, а ты чего сегодня какой-то тихий? – он нарочито сделал акцент на последнем слове, явственно подчеркивая, что поведение блондинчика его не устраивает. Толпа доморощенных детишек тихонько заржала, кидая в сторону брата и сестры взгляды, абсолютно не сулящие им добра. - Может ты и вправду заболел? – противно хихикнул Инузука, стараясь вывести жертву из себя. Он прекрасно знал вспыльчивый нрав одноклассника и умело пользовался этим знанием, когда очень уж приспичит почесать кулаки. Достаточно всего лишь поддеть Намикадзе и готово – можно смело прибегать к мордобою, имея при этом честное оправдание, что он ни в чем не виноват и это сын Хокаге бросился на него с кулаками. – Ты ведь у нас такой слабенький. Может, мы можем чем-то тебе помочь? Допустим, оказать первую помощь или же принять какие-то профилактические меры. Однако то чего он ожидал - не случилось. Наглый блондин продолжал смирять его тяжелым внимательным взглядом, абсолютно не дрогнув не единым мускулом на лице. Это немного насторожило собачника. Правда что ли? Намикадзе серьезно не намерен отвечать на его подколки?! Да покрасьте его в черно-белую полоску и назовите скунсом! Он заставит, он непременно заставит этого выскочку Наруто вспылить и уж потом славно повеселиться, запинав того до бессознательного состояния. Да, сынишка Хокаге лишь на словах весь из себя такой, а на деле – жалкий неудачник. Он может говорить и кричать что угодно, плевать – Киба разделается с ним за долю секунды, не смотря на всю пафосную речь Намикадзе. Ведь так было всегда. Конечно, Наруто умеет махать кулаками, но и только. Он бездарь и мусор не достойный даже находиться в одном кабинете с великим Инузука Кибой-сама, будущим Хокаге и самым крутым шиноби за всю историю мира. Нет, таким крикливым выпендрежникам, которые только и умеют, что говорить громкие слова нет места даже в академии. Борясь со все нарастающим гневом, но вместе и с тем чувством опасности, собачник злобно рыкнул: - Эй, че молчишь? И в этот раз ответа не было. Бесит! Жутко бесит! Да кем он себя возомнил?! Сын Хокаге – это еще не повод, чтобы забыть все те разы, когда Киба с особой легкостью начищал ему рыло. Однако, что это за странное чувство, с невообразимой скоростью распространяющееся по всему нутру Инузуки? Какое-то странное непонятное беспокойство, возникшее от этого чересчур прямо взгляда, слишком прямого. Нет, Наруто и раньше смотрел на всех без страха в глазах, но сейчас в них плескалось нечто другое. Не уверенность, а что-то схожее. Что же это? Что? Не в силах справиться с эмоциями, собачник командует схватить девчушку и отвести ее в сторону; тройка одноклассников послушно кивает и собирается выполнить приказ своего негласного лидера, как вдруг из тени одного из деревьев появляется некто, кого никто из присутствующих вообще не ожидал увидеть. Хм, а Намикадзе вроде бы и не удивлен.