Summer Crush

Куртка звенит ключами и мелочью, когда Чимин, шаркая подошвами потертых кед по асфальту, неторопливо возвращается с тренировки. Телефон вибрирует в кармане, отвлекая от размышлений всплывающим сообщением в какао: От кого: TaeTae «Зайдешь?» Он заворачивает в ближайший супермаркет за двумя бутылками джин-тоника. Почему-то сейчас это кажется нужным и логичным. *** Техен лежит на животе на кровати посреди рассыпанных вокруг фото, держа в руках недавно найденный паларойд. Чимин тенью появляется в комнате и бесшумно садится рядом на край, заглядывая через худое плечо. Засвеченные, удачные и не очень, фото бликуют улыбками и искренне счастливыми лицами. Это физически ощутимо больно настолько, насколько и приятно волнующе: Чимин и Техен, спящий на его коленях; Техен и Чимин, измазанный праздничным тортом; Чимин, Техен и мятное мороженое. В углу подписаны даты и от руки нарисованы забавные смайлы. Чимин крутит в руках выцветшие карточки с белыми рамками и трансгрессирует в прошлое. Первое фото сделано примерно полгода назад, второе – почти год. Снимки кажутся такими искристо-солнечными и теплыми, что хочется жмуриться. Чимин не помнит точно, когда это все началось. Он не понимает, где и в какое время прошла грань. Когда простое «я тебя обнимаю» перешло в «я тебя обнимаю и не хочу расцеплять руки, ну же, прижми меня посильнее!». Когда «я хочу тебя ударить, чтобы выместить свою обиду» стало «я бью тебя, чтобы задеть и привлечь внимания к себе, без которого жутко пусто». Техен переворачивается и спрыгивает с кровати, выпутываясь из мешающегося растянутого кардигана. Он бережно держит камеру и воодушевленно улыбается только уголками губ: - Эй.. Посмотри на меня! Чимин отвлекается от рассматривания фотографий на секунду и поднимает голову. Вспышка ослепляет, оставляя цветные круги перед глазами. Он слегка теряется под объективом и просто растеряно смотрит. Настоящий и незащищенный он сквозит чем-то неуловимо трогательным, доступным только сейчас и только одному человеку. Техен вытаскивает свежее фото, ждет, пока краска подсохнет, и снимает защитную пленку. На фото Чимин робкий, потерянный, по-домашнему мягкий и немного повзрослевший. Закатное солнце проявляется неестественно апельсиновым цветом, разлитым по правой стороне лица. - В этом что-то есть. Давай еще, - Техен облизывается и прикусывает кончик языка. Чимин забирается на кровать с ногами и расслабленно откидывается на руки за спиной. Он не улыбается, от чего прорисовываются четко очерченные скулы и острый подбородок. Все происходящее похоже на мощный гипноз. Техен считает: на раз Чимин закрывает глаза, на два мысли улетучиваются, на три он не помнит, как его зовут. Техен нажимает на кнопку затвора в последний раз, опускает руки с аппаратом, и когда Чимин выныривает из секундного забытья, они уже целуются до одури, и удовольствие расползается колющими мурашками по спине. Вспышки под прикрытыми веками, как свет стробоскопа, режут сознание нереальностью происходящего. Чимин вцепляется пальцами в шею Техена в поисках подтверждения – под теплой живой кожей учащенно бьётся пульс. Он верит и отпускает, судорожно выдыхая. Техен осознает, что его тщательно выстроенная для Чимина френдзона разбивается в дребезги прямо в эту секунду. И он сам тоже. Кораблекрушение чистой воды. Такое грандиозное, громкое, с сигналами тревоги и штормовыми волнами. - Мне нравятся те «мы»…- Техен взглядом указывает на разбросанные кусочки глянцевой бумаги, водит пальцами по груди Чимина и утыкается в нее носом. - Тебе понравятся новые!