Необычно

Они сидели тихо, как мыши. Попасться этому работнику внутренней безопасности как-то не хотелось. И курьер, и начальник давно бы уехали по своим, безусловно, очень важным делам. Как и все сотрудники данного офиса, но, увы, и курьер, и начальник сидели в шкафу. Шкаф-обманка в три четверти квадратных метра в нем пыльно, душно и лишь тонкая полоска света. Какаши изо всех сил сдерживался, что бы ни чихнуть и у него получилось. Вот ведь! Заскочил квитанцию положить, и влип в одну очень нехорошую ситуацию. - Э-э-эх Кушина меня убьет, - начальник, скрипя сердцем, выключил мобильный телефон. Ведь, виброрежим так гудел, будто пытался передать буйный характер абонента. Хатаке глянул на своего босса, ему пришлось согнуться в три погибели, чтобы поместиться в их маленькое убежище. Их лица находились на одном уровне. Какаши прикрыл глаза, он никогда так долго не смотрел на Намикадзе. Красивые голубые глаза, волосы цвета спелой пшеницы которые еще чуть-чуть и коснуться лица подростка. В шкафу ужасно парило. Пот катились по белоснежной шее Минато. Как же хотел Хатаке тогда ощутить языком эти солёные капли. Вожделение к непосредственному начальнику безумно само по себе, поэтому подросток подавлял в себе нездоровое влечение. Умом подавлял, а тело не слушалось. Слишком тогда близко было. Мир поплыл перед глазами. Зрачки расширились, а ноги не удержали подростка, Какаши тяжело дыша, сполз на пол. - Тебе плохо? – послышался взволнованный голос Минато. - Да нет, просто, очень жарко душный день, - подросток прикрыл глаза, как же ему хотелось разорвать свою же кремовую рубашку, что бы ни дышать подобно астматику. - Конечно, Орочимару довольно неприятный человек и многое прийдется объяснять, но, - договорить Минато не получилось. - Нет, все в порядке, - слышать, как он говорит о нем заботливые слова очень приятно, Какаши улыбнулся своим грезам. Какой человек Намикадзе? Пришел на место прежнего начальника и сразил всех. Своей спокойной натурой, стойким и даже временами суровым характером и глазами, что просвечивают как рентген. И вот, совершенство рядом, только руку протяни… Минато что-то шептал, шутку наверное, но Хатаке даже не обращал внимание. Главное, сохранить самообладание. Белоснежный пиджак начальника был весь в пыли и уже не походил на белый цвет, а волосы его все в паутине. - … ну, все достала меня эта паутина! Неужели так сложно здесь хотя бы раз в неделю убрать, - негодовал Намикадзе. – Какаши-кун чего ты так приуныл? Ничего выберемся. - А? – Хатаке поднял голову. - Я хочу тебя о кое-чем попросить, - Минато замялся. Курьер задержал дыхание, отметая самые неимоверные варианты. - Сними с меня паука, пожалуйста, уж больно резвый попался. - Хорошо. Сердце стучало, будто сошло с ума. Бледная трясущуюся ладонь коснулась светлых волос. Мягкие пряди следовали за движением руки, они пахли яблочным шампунем. Паук нашелся и полетел на пол. Какаши отодвинулся, он был весь красный, как вареный рак, испытание искушением, всегда, выпивает все силы воли до капли. - Какаши-кун, ты почему с отцом не приходишь? Кушина вас сколько раз приглашала. - Да так, у отца все время не получается, - слишком мало места, даже спрятать взгляд подростку некуда. - Приходи сам, Кушина будет только рада. - Нет, не будет, - Хатаке решился, здесь и сейчас, другого шанса не будет Какаши осторожно, невесомо коснулся губ Минато, будто он целовал крыло бабочки. Он никак не ожидал, что его в ту же секунду крепко сожмут в объятьях, притянут к крепкому телу и будут целовать жарко, неудержимо. Ощущения совсем ни те, о которых говорят девчонки, действия совсем ни те о которых пишут в книгах. Все намного ярче. - Почему, - тихий шепот. - Я жене не изменяю, но ты другой случай - Какой? – серые глаза встретились с голубыми. Минато пожал плечами. - Я не жалею, но и Кушина не обрадуется. Какаши очень удивился подобным словам "Минато-сама что совсем не понимает что случилось? Зачем отвечал, если он не понял моих чувств?" - Я, – хотел было сказать Хатаке, но рука закрыла рот. - Тише. Совсем рядом послышались шаги. - Ты не думай... я все понял… но ты все же заходи.