Ирокез косичке рознь.

Был солнечный, жаркий день. По пристани, не замечая окружающей его суеты, шел парень лет девятнадцати, в обычных синих джинсах и явно большой ему черной футболке. Это был Сакаи Акира. Выглядел он бледно, ухудшали ситуацию длинные, черные как ночь волосы обрамляющие его лицо. Со стороны моря дул прохладный морской бриз, из-за чего Акира щурил свои темно-зеленые глаза. Он задумчиво и с некой тоской посматривал на море. Брюнет был закрытым в себе человеком, хоть и общительным, из-за этого его считали странным и не особо с ним общались. На почве всего этого у него выработалась некая защитная реакция, если это так можно назвать, при любом удобном случае он начинал издеваться и глумиться над любым человеком. Поэтому сейчас он и шел совершенно один, так как ни друзей, ни даже каких либо приятелей у него не было. Акира шел близко к краю пристани задумавшись о чем-то, но тут он заметил, что солнце почему-то спряталось, хотя на небе не было не единого облака. Брюнет поднял голову вверх и его глаза удивленно расширились. К пристани подходил огромный крейсер, на его боку было что-то написано, скорее всего это было его название. "Вот это громадина, а надпись, она что на русском?" Парень был очень удивлен и одновременно восхищен

***

- Шаркер, чего застрял?! Хватит в облаках летать, а ну вперёд! - Есть! – и молодой моряк сбежал вниз по лестнице за следующим ящиком. «Ну и тяжеленные. Смысл делать ящики тяжелее содержимого?» - поднимая ношу на палубу, размышлял ефрейтор Хидеки Шаркер. Буквально через час их боевой крейсер «Буран» причалит к берегам Японии, а уже через 2 месяца состоится парад русских военно-морских сил, в котором участвует и двадцатилетний ефрейтор. - Эй, Шарк, ты уже смастерил свою швабру на башке? – с доброй усмешкой крикнул какой-то матрос, случайно заметив Хидеки. - Да пошёл ты – со смехом отвечал тот. А шваброй был назван ирокез из светлых волос на голове юноши. Вообще этот юноша был своеобразным: носил ирокез, хотя из-за него целыми днями выслушивал стёб моряков, часами мог сидеть пялясь в стену или зеркало, разговаривая с самим собой, часто, вместо нормального ответа на вопрос с усмешкой подмигивал, закрывая один из своих карих глаз, о себе ничего не говорил, хотя каждый вечер рассказывал своим товарищам на потеху разные небылицы, мечты и странные мысли, приходившие в его не до конца обритую голову. Все сослуживцы считали Хидеки страшным чудилой, но все в душе уважали его и любили. За что? Этот ефрейтор не спроста получил второе звание за год службы: он усердно трудился, выполняя все поручения, прилежно учился в академии и закончил её хорошистом (совсем немного до отличника не дотянул). Был Шаркер и прекрасным товарищем – помогал с делами и поручениями, подбадривал хорошей шуткой, давал взаймы (хоть и не много, но всё же!), если команда плохо выполнила какой-то приказ, то всю вину брал на себя. Ну золото, а не человек, хоть и со странностями. Никогда не унывал, хотя улыбки на нём и не было. А как ему шла морская форма! Но довольно о прошлом, сейчас «Буран» и его команда вошли в порт Кобе. Японский город Кобе — это в первую очередь гигантский порт. Порт был создан давно и был хорошо известен европейцам, потому что только здесь они могли сойти на берег, когда все прочие порты Японии были закрыты для иностранных торговцев. Порт постепенно разрастался, богател на военных поставках, пока во Вторую мировую войну на него не обрушились американские бомбы. Кобе нашел в себе силы восстановить былое величие и даже больше: прежнему порту стало тесно, и для него были построены искусственные острова. Именно о нём думал Хидеки, ведь именно здесь он будет жить ближайшее время. Шаркер получил наряд и теперь на равнее с грузчиками таскал ящики с крейсера на сушу. Так себе работка, признаться честно, а в парадную форму, в которой сейчас все его товарищи, он облачится только тогда, когда закончит дело и вымоется, а значит, позже всех. По пристани сновали толпы людей помогая и мешая разгружать корабль. И вот Шарк, спускаясь по трапу, нёс последний ящик. Акира засмотрелся на этот величественный крейсер. Подняв голову вверх, он медленно шел точно по направлению к трапу, совсем не замечая куда направляется. - Ёп твою мать! ****, смотри куда прёшь! - упал от резкого толчка Хидеки. - Какого хрена?! - на него упал ящик, который он держал в руках. Деревянная коробка открылась, и из неё посыпалось уже битое стекло, царапая руки и лицо моряка. Акира столкнулся с каким-то странным на вид парнем, при этом больно упав на спину. - Черт возьми! Сам смотри куда прешь! - раздраженно и со злостью, почти на чистом русском ответил брюнет, потирая ушибленную спину.