Спаси меня от себя

Эрик Картман - толстый подросток, ярый любитель поиграть в видеоигры и поесть за компьютером. Подросток с невероятно запоминающимися глазами, глазами космического цвета. Полными скрытой безнадежности, затухшими. Его прошлое, как и сейчас, мне известно не было, да и не особо интересно. Меня интересовал лишь он настоящий, почему я ответить не могу даже сейчас. Как же я сильно старался влиться в его доверие, гулять с ним как можно чаще, как можно больше проводить с ним рядом время. Нет, я не испытывал к нему совершенно ничего. Я не любил его, его внешность была далека от идеала, и я геем я себя явно не считал. Но к счастью, или все же к несчастью, способности Стэна привели меня прямо к нему, к Эрику. И буквально через неделю мы были, как любил выражаться Картман, почти друзья. «Это как друзья, только не друзья, знакомые друзья, но скоро будем друзья, а пока почти друзья» - пытался объяснить мне он, я лишь усмехался, на что Эрик начинал злиться и пытался повторить мне все снова с красным от злости лицом. Зима. Самое лучше время года. Пора наслаждаться атмосферой зимнего утро, или зимней ночи, кому как больше нравиться. Наслаждаться покалыванием разовых от мороза щек. Холодными руками и зимней тоской, вызванной нехваткой серотонина. В Южном Парке зима было особенно сурова. Температура могла доходить до -40, а в редких случаях и до -42 (по Цельсию), но дети, с детства закаленные морозами, лишь радовались таким дням. Они выбегали на улицу, все закутанные донельзя, в шапках-ушанках, толстых куртках, и радовались отмененной школе. Я так же не был исключением, несмотря на то, что я не местный, к такому я уже привык, обзванивал своих друзей, радовал отличной новости, и мы выбегали на улицу. Мороз обжигал лицо, руки мерзли даже в самых теплых рукавицах, а нос был красным, словно переваренный краб. Приходилось его отогревать рукавицами, прислоняя их к носу и старательно дыша, что бы хоть как-то его согреть, но через несколько секунд кончик носа прихватывало с большей силой. Но нам это не мешало. С Эриком тогда я уже давно сдружился, и наше отношения перешли на новый уровень, теперь мы были лучшие друзья. Эта зима не отличалась ото всех предыдущих. Те же белые от инея ветки деревьев радовали глаз своим блеском. Огромные сугробы превращали обычную процедуру, пройти по дворам, в настоящую пытку. Солнце редко выходило греть людей своими лучами. Но для меня эта зима стала моей первой настоящей зимой. Со мной рядом теперь был Эрик. Нехватка серотонина вставала на второй план, счастье переполняло душу. Настоящее детское счастье, причину которого было невозможно найти, да и искать особо не было желания. * * * * * * * * * * * * * 5 Класс. -Эй, Кайл –Услышал я голос Стэна позади себя. Резко развернулся и сразу же пожалел о своем решении. –Лови! –с улыбкой на лице прокричал он. В меня прилетел огромной, но мягкий, снежок, прямо в лицо, залипли мне глаза, и попал за шиворот. Неприятно ощущение, но когда тебе всегда 12 лет это кажется совсем крохотной проблемой. Большая проблема - это отомстить своему обидчику ответив ему в ответ таким же снежком. -Стэн! –Прокричал я и принялся лепить снежок голыми руками, так он лучше лепился, хоть и жег своим холодом ладони. Ком снега полетел прямо в лицо Стэна, но его изворотливость и отличная реакция не дали ему стать жертвой мести. Вместо этого снег прилетел прямо в позади стоящего Кенни, что-то яро печатающего на своем древнющем телефоне. Его взгляд говорил сам себя. Прищуренные глаза, поднятые к носу губы, обозначали начало войны. На обычной детской площадке развернулась настоящая бойня. Снежки, словно пули, летели во все стороны, то и дело разбиваясь о детей, об их спины, головы. Доставалось даже редко проходящим незнакомцам, но они на это лишь стряхивали снег и улыбались детям, что-то бурчали себе под нос. Лишь Эрик пытался долгое время стоять в стороне, терпя попадающие по нему комки снега. Но вскоре даже он не смог устоять перед настолько веселым действом. Вот оно счастье, без забот, проблем, разногласий, дел, суеты. Детское счастье, невоспроизводимое и настолько прекрасное, что от воспоминаний о тех временах слезы наворачиваются на глаза, а улыбка так и проситься покрасоваться на лице. Тогда нас было четверо, как нам казалось, самых счастливых мальчика на свете. Мы думали, что это останется с нами навсегда, наше детское счастье. Но усталость все же берет свое и мы мокрые, с холодными и пальцами, покрасневшими на морозе, с улыбками на лицах лежим на холодной карусели скудно освещенного фонарем, приятно льющего на нас свой теплый свет. Нам не хочется ничего бурного обсуждать, из-за усталости и наслаждения. Мы просто смотрим на небо усыпанное звездами, на полую луну, что светила в этот день особенно ярко, мы просто наслаждаемся, стараясь как можно дольше удержать эту атмосферу. Кажется, что земля остановилась. Я повернул голову чтобы посмотреть что там делают мои друзья. Кенни умудрился уснуть с приоткрытым ртом, Стэн пялился в телефон, а Эрик смотрел на звезды. С улыбкой на лица, как же она ему идет. Широко раскрытые глаза смотрели вдаль, прямо в космос, в них отражались звезды и огромная луна. Его полные щеки порозовели. Как же редко я видел его таким счастливым, но каждый раз, когда его взгляд приобретал этот огонек мое сердце, словно обливали теплым чаем. Эту идиллию прервал звонок. -Пацаны, я домой –сказал я. С грустью в голосе. Дружеские рукопожатия. Глаза Эрика, что потеряли тот шарм. Дом. Мама. Ужин. Теплая кровать. А в голове лишь Картман, его взгляд, улыбка, и глаза цвета космоса.