Я верю, что ты вспомнишь.

- Назовите своё полное имя, - Наташа села за стол, напротив брюнетки. - Вивиан Лэсси Адамс, - сухо ответила женщина. Уже не первый раз она сидит в этой комнатушке. Допросная. И каждый раз, один и тот же простой вопрос: «зачем это снова?» - Вы знаете, зачем вы здесь? – спросила Романов. - Баки. - Отвечайте в соответствии с проток…. - Наташа, чёрт тебя подери! К чему этот цирк? Я была здесь столько раз. И каждый раз одна и та же история, - женщина не была в ярости. Она просто устала. - Вивиан, это просто моя работа, - женщина могла бы решить, что Наташе стало неловко, но после она опомнилась, кто перед ней: женщина без чувства стыда. - Последний раз. - Обещаю, - Романов кивнула. – Итак, вы знаете, зачем вы здесь? - Джеймс Бьюкенен Барнс, - голос девушки дрогнул. - Кем он был? - Сержантом сто седьмого пехотного полка, - дрожь в голосе уже не скрыть. - Кем он приходился вам? – Наташа откинула прядь рыжих волос назад. - Он был моим женихом, - женщина прикусила нижнюю губу. «Только ни слёзы. Не снова», - пронеслось у Вивиан в голове. - Расскажите… - Нет, - строго прервала Вивиан. – Наташа, я больше ничего не скажу. Снова. Пока ты не объяснишь, зачем я здесь. Опять. - Мы его нашли, - Наташа опусти глаза. Сейчас ей действительно было неловко. - Баки? – женщина закрыла рот рукой и заплакала. – Где он? Он в порядке? - Он в другой части здания. - Что? Я… я должна увидеть его! – женщина стремительно ринулась к двери. - Тебе нельзя туда, - Романов перехватила её. - Я должна. Наташа, я ждала этого семьдесят лет, - слёзы лились сплошным потоком. - Послушай. Он оружие ГИДРЫ. Он опасен. Все эти допросы, записи…. Мы хотим попытаться вернуть ему память. Если не выйдет, то…. - Убьёте его, - слёзы Вивиан моментально высохли. – И что же, Стив тоже это поддерживает? Он снова это сделает? Снова убьёт Джеймса. - Тебе не стоит так говорить, - Наташа понимала её. Убитую горем женщину. - Почему? Потому, что Роджерс стоит в соседней комнате. Прячется за стеклом, боясь посмотреть мне в глаза? А вот я не боюсь говорить в открытую. Мне плевать, что он не уничтожил ГИДРУ тогда. Он верил в свою цель и умер с ней. Это достойно уважения. Но я никогда не прощу ему Баки. Ему и старшему Старку. С этот момент замок на двери щёлкнул и в комнату зашёл Стив. - Я же говорила, что его надо было искать, - с укором, сказала Вивиан, глядя на мужчину. Её глаза стали красными от слёз, которые лились непроизвольно. Словно срабатывал механизм. - И ты была права, - Стив кивнул. – Я отведу тебя к нему. Сердце Вивиан забилось быстрее. - Кэп, это плохая идея, - между ним и женщиной стала Романов. - Это лучше, чем твой план. - План? – переспросила Вивиан. - Наташа решила, что ты не будешь выполнять наши приказы, поэтому проще обучить вашей истории актрису, которая бы работала с Баки. - Ты у нас просто Капитан Честность, - ехидно подметила Чёрная Вдова. - Ответь, ты бы, правда, убил его? – Вивиан смотрела прямо в глаза Стива. - Не думаю, что я смог бы. - Всё ясно, - снова никаких слёз. Она смотрела на Капитана Америку и видела во всеобщем герое предателя. – Веди меня к нему.

***

«Когда же этот коридор закончится?» - думала Вивиан, когда они миновали очередную дверь. Стив подвёл её к стеклу. - Баки, Боже, что они с тобой сделали… - снова слёзы, которые всегда наворачивались при одной мысли о Нём. А сейчас он перед ней. Живой. - Это меры предосторожности, - пояснил Стив. - Посадили его в комнату из четырёх голых бетонных стен, приковали к железному креслу. Гуманно. - Виви, я… - Не надо. Можно войти? - Да. Только не приближайся к нему. У противоположной стены стоит стул. Там сядешь. И расскажешь всю вашу историю с самого начала. Хорошо. - А у меня есть выбор? – Вивиен усмехнулась и бросила презирающий взгляд на Стива. Роджерс открыл дверь, и Вивиан медленно вошла в комнату. Даже не глядя на стул у стены она вышла на середину комнаты. Пожалуй, Кэп сказал бы, что она рискует, что она стоит на не безопасном расстоянии. Но ей было плевать, что сказал бы Роджерс. - Баки?- тихо позвала женщина. Он не пошевелился. Голова опущена, лицо скрыто под нависающими волосами. - Баки, посмотри на меня, пожалуйста, - она почти ничего не видела из-за потока слёз, но голос её не дрожал. - Ты меня не боишься? – мужчина поднял глаза. Женщина не сидела на стуле, как все его предыдущие «гости». Она стояла близко. Даже слишком. - Нет, - она улыбнулась. – Мне не надо тебя бояться. Я знаю, что ты не причинишь мне зла. - Я могу сделать тебе больно. - Ты прав. Можешь. Уже делаешь. Ты меня совсем не помнишь, да? – «когда же эти чёртовы слёзы иссякнут?» - мысленно укорила себя девушка. Мужчина пристально смотрел на неё, а Вивиан села посреди комнаты, на холодный бетонный пол и смотрела на него. - Стив будет недоволен тем, что я нарушила правило, так что для начала надо попытаться следовать протоколу, - она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь избавиться от слёз. Вспоминать начало истории ей не пришлось. Слишком часто она рассказывала это Наташе. – Ты сержант Джеймс Бьюкенен Барнс, отбывавший службу в сто седьмом пехотном полку. - Расскажи, что-нибудь новое. - Как скажешь. Моё имя Вивиан Лэсси Адамс. Но, если честно, к чёрту протокол. Я знакома с тобой слишком долго, что бы кто-то указывал мне, как с тобой говорить, Баки. - Я не знаю, кто такой Баки. - Пусть так. Но я знаю, кто такой Баки. И я верю, что он выжил тогда, в горах. И после. Он выжил. Просто спрятался в окоп собственного сознания. Я знаю, что с тобой делали ужасные вещи. - Я сам делал ужасные вещи. - Тебя заставляли. - Ты не помогаешь, - в комнату вошёл Стив.- Пошли. Тебе пора. - Нет, Стив, прошу. Нет, - женщина готова была зубами цепляться за бетон, лишь бы остаться рядом с Ним. - Ладно. Но сядь на стул. И рассказывай нужную историю, - убедившись, что Вивиен выполнила первое указание, он удалился. - Видишь, Баки? Меня тоже заставляют. Нас всех, - она улыбнулась, сквозь слёзы. – Мы познакомились с тобой в детском доме, когда нам было по десять лет. Ты тогда даже со Стивом не был знаком. Мы с тобой сразу подружились, потому что были очень похожи. Когда мне исполнилось тринадцать, меня удочерили. Я уехала с новой семьёй в другой штат, но моя настоящая семья осталась в приюте. Я скучала по тебе по-детски невинно. Скучала по другу, по родной душе. В шестнадцать я убежала из дома и вернулась к тебе. Твоей новой родственной душой стал Стив. Стал твоим другом. Это обидело меня. Пожалуй, в какой-то мере оскорбила. Я так рвалась к тебе, а ты нашёл мне замену. Но Стив спас положение. Он тогда сдал тебя, - женщина тихонько засмеялась. - Сказал, что ты только и болтаешь, что обо мне. Мы помирились, и я долго пряталась в вашей комнате. Вы таскали мне еду с кухни. Ты всегда уступал мне свою кровать, ложился на пол. Но я не любила так спать. Ночью я тихо сползала с кровати и сворачивалась калачиком у тебя под боком. Ты обычно утром был недоволен. «Ты не должна спать на полу. Он холодный», - так ты говорил. Но однажды утром ты не ругался, а поцеловал меня. Не знаю, когда я окончательно в тебя влюбилась, в тот момент или со мной всё было ясно с нашей первой встречи, но я точно знаю, что это настоящее чувство. Я это чувствовала всегда, и ты тоже. Я знаю. Я видела это в твоих глазах. И это чувство, Баки, оно не исчезает. Оно пропитывает тебя насквозь. И с этим нельзя бороться. Поэтому я верю, что ты вспомнишь.