Ошибка судьбы

«Тот день, в котором нет и не было войны... Он просто был, и был таким не за медали…» Вельвет «Тот день, в котором не было войны» Когда заветное, долгожданное желание наконец исполняется, поначалу мы не можем поверить в это. Вот и когда с плеч наших героев упало тяжкое бремя, что омрачало их жизни столько времени, они долго не могли этого осознать и потому бурной реакции не последовало. Никто больше не заснул. Все шестеро сидели в разгромленной гостиной и молчали. Они словно боялись спугнуть воцарившееся, необходимое их душам спокойствие. Словно боялись расслабиться, поверить в лучшее, а потом разочароваться, поняв, что надо продолжать бороться не на жизнь, а на смерть. Но покой не исчезал, и постепенно они стали осознавать, что в безопасности, верить, что теперь всё будет хорошо. Даже решились заговорить друг с другом. - Неплохо придумано. Взять за основу искусственного интеллекта этот кристалл с вложенными в него природой первобытными инстинктами, направленными на собственную защиту. Потом в ход пошли высокие технологии, оставшиеся части Т-800… И в итоге получился бездушный, но боящийся уничтожения Скайнет… Когда мы убирали кристаллическую жидкость… мой кулон свешивался с шеи, шнурок был слишком длинным, а дерево, должно быть, хорошо впитывает жидкость и испарения этого кристалла. Энергия кристалла осталась на моём амулете… Из-за него мы чуть было не потеряли себя во второй раз, - немного неловко и как-то слегка грустно объяснила Пейдж. - Я сделаю тебе другой амулет, - улыбнулся жене лёгкой, едва уловимой улыбкой Бен. Существуя среди ужасов войны, только благодаря возлюбленной он мог улыбаться. – Не такой, какой был, а добавлю и кое-что от себя. Пухлые, бескровные губы миссис Гиллан изогнулись в такой же еле уловимой улыбке, и она крепче сжала его руку. Они всегда вместе, они чувствуют друг друга – и это для них главное. А потом они обязательно научатся и широко улыбаться. Кейт исподтишка поглядывала на них, будто чувствовала себя неловко за это вмешательство в те моменты, что принадлежат лишь им. Её собственная рыжая голова покоилась на плече Джона. Он слегка приобнимал её, и это было так естественно, словно задумано самой судьбой. Хотя почему «словно»? Тут судьба точно не ошиблась. Сначала Брустер и Коннор были близкими друзьями или даже немножко больше. Потом их пути разошлись. Потом их соединила необходимость, и они, сражаясь за светлое будущее, потихоньку начали заново друг в друга влюбляться. И вот сейчас, можно сказать, круг замкнулся. И они поняли всё друг о друге и своих чувствах. Им больше не нужны были слова и подтверждения. Им нужно было не отпускать друг друга. Отныне они не часть мира, наполненного кровью и страданиями. Им уже не надо спасать человечество. Над их головами теперь будет мирное небо. Саре и Кайлу, пожалуй, сложнее всех было осознать этот факт. Не потому что они не хотели верить, они очень хотели, мечтали сохранить мир, мечтали избавить сына от предначертанной ему нелёгкой судьбы. И вот сейчас их мечта исполнилась. Но вышло это как-то слишком… просто? Да, наверное. Судьба изменилась к лучшему, как в сказке повинуясь взмаху волшебной палочки. Но можно во время суровой войны с машинами верить в сказки? Джон, сидящий в животе матери, уже был умным мальчиком и поэтому выбрал именно этот момент, чтобы толкнуться. Не больно ударить, нет, а мягко задеть пяткой мамин живот. Кровавое будущее сменилось мирным. Ребёнок сделал шаг в новое будущее, ведя за собой остальных. Война сгинула, а новая жизнь была готова родиться. Воздух в комнате словно стал теплее, а улыбки на лицах шире и естественней. Но умиротворённая обстановка продлилась недолго. Перед глазами Пейдж всё поплыло, и силы начали покидать её. Бен, как и всегда, заметил это первым и подхватил упавшую в обморок жену. Поначалу это действительно было похоже на обморок. Но скоро женщина стала метаться в руках мужа. Она будто спала, и ей снился страшный кошмар. Никто не произнёс ни слова. Все с безмолвным страхом и непониманием ловили взглядом каждое движение Пейдж. Было как-то не по себе, хотелось, чтобы эти бесконечно долгие мгновения закончились, и шатенка пришла в себя. И не важно с какой новостью. Хотя нет, очень важно. Но её физическое и душевное состояние не менее важны. И вот наконец она успокоилась, её длинные ресницы дрогнули, и глаза открылись. Сейчас её большие глаза казались просто огромной тёмной бездной. В этой темноте не горела ни одна лампочка, ни свеча. Разглядеть что-либо было невозможно. И потому Пейдж нерешительно спрашивали взглядом о её видении. Она вдохнула в лёгкие побольше воздуха, приняла сидячее положение, но из объятий Бена выбираться не торопилась. Она обвела всех взглядом, и неожиданно её губы тронула улыбка. - Всё хорошо. Я получила подтверждение удачности нашей операции. - Что именно ты видела? - Разное, - уклончиво ответила миссис Гиллан. – Но ошибиться я не могла. Они почувствовали облегчение не тогда, когда услышали эти слова, а когда разглядели в глазах Пейдж улыбку. Человек истинно счастлив и искренен в своём счастье не тогда, когда его губы способны сложиться в улыбку, а тогда, когда улыбаются и дарят тепло его глаза. Минутное напряжение сменилось уже не такой робкой, как прежде, радостью. - Мне также рассказали о том, что новая история уже написана. И чтобы устранить в ней некоторые шероховатости, не принадлежащие этому времени будут возвращены в своё, преобразившееся. А вот эта новость была встречена куда менее радостно. Спасители мира переглядывались, встречая во взглядах друг друга те же тревогу и грусть, что чувствовали сами. Одна Сара принадлежала этому времени изначально. Неужели им придётся расстаться? Пейдж, поняв, о чём они все беспокоятся, объяснила. - Нет-нет, уйдут только Джон и Кейт. - То есть? – не понял Кайл. - Твой ребёнок, Кайл, скоро появится на свет. В этом времени. И поэтому ты нужен здесь. А мы с Беном, - губы женщины вновь тронула улыбка, - зачали в этом времени ребёнка. Следовательно, родиться он должен тоже в этом времени. Удивление повисло в воздухе. - Я узнала об этом только что. Удивление ещё не растворилось воздухе, но счастье, самое настоящее, заставляющее по-дурацки улыбаться, уже растекалось по венам, даря самое прекрасное живительное тепло. Обнимая друг друга, Гилланы почувствовали, как их раны затягиваются новым слоем кожи. Вряд ли они когда-нибудь забудут об ужасах войны, эти раны будут побаливать всегда, но не смогут помешать идти вперёд. Теперь, когда сбываются мечты и есть не только возможность, но и стимул идти вперёд. Всё мучительное не оставляет долго, а счастливые, спокойные мгновения пролетают непозволительно быстро. Рассвет наступил неожиданно. Рождался новый день, а вместе с ним и новая история. - Нам пора идти… Пальцы рук Джона и Кейт сами собой переплелись. Их новое время ждало. Едва ли они будут помнить о том, как всё когда-то было. Но там, куда они идут, они непременно будут счастливы. Их не будут волновать киборги-убийцы и грядущая война с машинами, рядом будут близкие, и, конечно же, они будут вместе. Мясорубка войны заставляет человека стать жёстче, воспринимать потери не как великую трагедию, а как нечто весьма печальное, но естественное. И после такого предстоящее расставание должно было показаться ерундой. Должно было, но почему-то всем было грустно и на глаза почти наворачивались слёзы. Всё же они были друг другу не чужими людьми, а испытания сближают ещё больше. Кейт улыбнулась Саре и Пейдж, с которыми успела сильно подружиться. Джон не отрывал взгляда от родителей. Не хватит слов, чтобы передать все их эмоции. И потому, несмотря на то, что так много хотели сказать, молчали, надеясь, что плещущиеся в глазах чувства всё скажут за них. - Мы скоро вновь встретимся… Обязательно встретимся… По-прежнему держась за руки, двое молодых людей исчезли. Но исчезли сопровождаемые не молниями, с коими появились в этом времени, а первыми лучами солнышка. Кайл, Сара, Бен и Пейдж ещё какое-то время не отрывали взгляда от того места, где недавно стояли Кейт и Джон. На их лицах отразилась слегка грустная радость. Что дальше? А дальше этим четверым предстоит кому вспоминать, а кому учиться жить в мире. Никто не говорит, что будет легко, но, по сравнению с тем, что они уже пережили, это мелочи. *** Тот день, в котором больше не было войны Рожденный заново, он был как будто первый, В узлы сплетая наши мускулы и нервы, Дышал не порохом, а свежестью весны... 1985 год Пейдж откинулась на подушку. Даже такую сильную женщину роды вымотали. Особенно учитывая тот факт, что родила она двоих. Мальчика и девочку. Бен не отходил от жены ни на минуту. И его присутствие и ободряющая улыбка придавали шатенке сил. Именно глава семьи первый осторожно взял на руки новорожденных малышей. Молодая мамочка сначала любовалась детьми на руках мужа, потом всё-таки убедила его дать их ей. Младенцы были очаровательными. Такие маленькие, невинные. Любой бы умилился. А уж родители и вовсе оторвать взгляда от них не могли. Отвлёк счастливое семейство только приход Ризов. Разговоры взрослых быстро наскучили маленькому Джону, и он заёрзал на руках матери, выражая желание ползти исследовать территорию. Разумеется, семимесячному ребёнку много свободы действий не предоставили, но рассмотрел новорожденных близнецов Джон как следует. И выражение лица у него было при этом такое серьёзное-серьёзное, что взрослые не смогли не улыбнуться. - Как назовёте? – поинтересовался Кайл. - Мальчика – Бред, - ответил Бен. В этом у них не было никаких сомнений: их сын будет носить имя своего дедушки. А сейчас, когда Бред умиротворённо смотрел на родителей глазами отца Пейдж, Гилланы убедились в правильности выбора. - А девочку – Энджи, - тихо сказала Пейдж. Встреченная ей однажды девочка до сих пор жила в памяти женщины. Та встреча с Энджи была своеобразным… глотком кислорода для мечты. Тогда необычайно сильно захотелось поверить в чудо. Новоиспечённые родители вновь перевели взгляды на детей, потом друг на друга. Счастливые улыбки не желали сходить с лиц. Кайл и Сара понимающе усмехнулись. Они уже мало походили на тех ожесточившихся войной людей. Конечно, кошмары время от времени мучают их до сих пор, и воспоминания вряд ли когда-то оставят, но боль притуплялась. И даже не чувствовалась, когда взгляд и мысли обращались к их детям. Именно с появлением детей на выгоревшей земле их сердец начали распускаться цветы. И кто сказал, что нельзя родиться дважды? Они вот родились вместе со своими детьми, и это второе рождение подарило им счастливую жизнь. *** 1992 год Самый обычный вечер в пригороде. На дворе стояло лето, поэтому на улице было ещё светло. Солнца не было, но в теньке было даже приятней находиться. Лёгкий ветерок дарил прохладу, но не морозил. В воздухе витала безмятежность: не хотелось размышлять о чём-то тяжёлом или серьёзном, хотелось просто сидеть на свежем воздухе и лениво наблюдать за окружающим миром, чувствуя, как наполняешься силами и непонятной радостью. Но не все сидят и созерцают, кто-то ловит счастливые мгновения в движении. - Бред, ну скоро ты уже слезешь? – недовольно хмурилась темноволосая девочка с голубыми глазами. Казалось, вот-вот ножкой топнет. Слова её были обращены к такому же темноволосому, но кареглазому мальчику. Паренёк уже давно оккупировал качели и слезать явно не собирался. И его сестру это ужасно возмущало. - Скоро-скоро, - «пообещал» вредный мальчик, раскачиваясь сильнее. Энджи надулась ещё больше, думая, как же выселить противного братца качелей. Сам он не слезет, просить бесполезно, да и самой попытаться остановить качели боязно. Хотя почему бы не попробовать? Ей бы только успеть ухватиться… - Эй, ты что делаешь? – Бен подоспел вовремя и подхватил решившуюся на отчаянный шаг дочку. – Мы же с мамой говорили вам, что лезть под качели опасно. - Тогда пусть он даст мне покачаться! – обиженная девочка ткнула пальцем в мальчишку. Тот состроил ей рожу, но, перехватив взгляд отца, послушно слез с качелей. - Кажется, конфликт исчерпан, - заметила Сара, сидящая на скамейке с Кайлом и Пейдж в стороне от детской площадки. Они наблюдали за троицей у качелей. Миссис Гиллан улыбнулась. - Бред и Энджи часто по-братско-сестрински препираются. А так они друг за друга горой. - И это самое главное, - согласился с подругой Кайл. - А Джон, похоже, нашёл себе компанию, - теперь взгляд Пейдж был устремлён на юного Риза, что играл с Лордом на газоне. Джон решил подрессировать овчарку. Вообще-то собака давным-давно знала все эти команды и находилась в весьма почтительном возрасте для игр вроде беганья за тарелочкой. Но Лорд обожал своего маленького хозяина и потому проявлял активность в играх и выполнял команды. Бросив тарелочку в очередной раз, мальчик ненароком угодил ей в плечо рыжеволосой девочки. Та схватила прилетевший в неё предмет и стала оглядываться в поисках того, кто его запустил. И едва не была сбита с ног овчаркой. Сам того не желая, Лорд очень напугал девчушку, это было понятно по тому, как она испуганно отшатнулась и дикими глазами уставилась на пса. - Лорд, ко мне! – позвал его Джон и, когда команда была выполнена, поймал за ошейник. Риз погладил овчарку, после чего поднял глаза на девочку, что всё ещё не очнулась от вызванного страхом ступора. – Ты в порядке? Она молча кивает. - Не бойся, он просто играет. Кстати, его зовут Лорд. Меня – Джон. А тебя? Наблюдающие за этим со стороны взрослые переглянулись. Уже дома Кайл и Сара спросили своего сына: - А что это за рыжеволосая девочка, с которой ты кидал тарелочку Лорду? - Её зовут Кейт. - Ты с ней подружился? - Ну… - Джон призадумался. – Она какая-то пугливая. - Все чего-то боятся. Пообщайся с ней побольше, - посоветовала Сара. – Уверена, она очень хорошая. - Может быть… - согласился мальчик, глядя на загадочно улыбающихся родителей. – Я узнал, что мы с ней будем учиться в одном классе…