Сильный морской бриз

— Прости Аяно, но я должен это сделать. Ещё тогда, когда я дал тебе шанс жить, предупредив об убийстве Клана, моя дальнейшая жизнь уже была решена. Такова была моя миссия, и я должен её исполнить. Воспитай Изанами так, как считаешь нужным, — я прижал её к себе, обхватив одной рукой за талию, а вторую руку запутал в её чёрных волосах. Она такая же, как я. Такая же спокойная, уравновешенная и такая же добрая. Мы так похожи, и я бы хотел прожить с ней всю свою жизнь, но моя судьба уже была решена ещё до того, как я вышел на свет. Аяно. Ей так же, как и мне. Было суждено жить в вечном скитании по миру, вместе со мной. Но, она старалась как могла. Держалась, на последнем волоске, и сейчас я должен её уберечь. — Итачи, я тебя не осуждаю. Я безумно тебя люблю, и уважаю каждое твоё слово и твоё решение, пусть даже оно несёт мне тоску, а тебе смерть. Если ты должен это сделать, то делай. Если тебе судилось умереть от руки младшего брата, то я не изменю этого. Так было начертано, и мне не изменить твою судьбу. Если Саске тебя не убьёт сейчас, то это случится позже. И знай, мы с Изанами всегда будем любить тебя и она будет твоей точной копией, только женского пола, — на её лице засияла улыбка, ведь я держал её лицо в своих руках, и смотрел в её чёрные глаза. Она погладила меня по волосам, погладила по щеке, по губам. Последний поцелуй она мне подарила, но я должен был её уберечь. — Аяно, что бы уберечь тебя и дочь от того, что будет в ближайшем будущем, а это будет Война. Я хочу перенести тебя в безопасное место, где тебя никто не найдёт. Ты сможешь выбраться от туда, только тогда, когда в этом мире будет спокойно. А сообщит тебе о спокойствии в этом мире мой ворон. К тому же, там мы с вами сможем видеться, — отвечаю ей я, и целую в губы. Она так сладко пахнет, самым красивым цветком на свете. Розой. Алой розой. Моим любимым цветком. Обожаю её. — Всё сделаю лишь для того, чтобы ты был доволен и рад. Даже, в последние секунды своей жизни. А как я узнаю, жив ты или…? — она не смогла закончить вопроса, потому что на её милые смоляные глаза наступили слёзы, а к горлу подошел ком. И прекрасный голос, чистый как звон колокольчиков по утрам затмился тоской. Я остановил её, положив указательный палец на губы. — Мой ворон прилетит, и принесёт тебе розу. Если умер, алую как мои глаза. А если жив, кристально белую как ваши с Изанами души, — мои последние слова, и я отпускаю её, нежный и хрупкий цветок, после чего иду к кроватке дочери. Она такая маленькая и хрупкая, как и Аяно. Она и моя копия, и её. Я не могу точно сказать, на кого моя девочка будет похожа, но уверен на сто процентов она будет самой первой красавицей. Вдруг, Изанами открывает глаза, и произносит: — Папа, ты куда? — её милый голос, который так сильно мне напоминает голос моей матери. Она потянула ко мне свои маленькие ручки, и я взял её на руки, после чего прижал к себе. — Доченька, ты помнишь я рассказывал тебе сказку о парне, который пожертвовал всем ради блага своей деревни и отдал свою жизнь за счастье родных в бою? — спросил я, оттягивая время расставания с родными. Она перевела свой взгляд с моих рук, которые гладили её по щекам на мои глаза, после чего прижалась ко мне сильнее. — Помню, папа. Этот парень ты, я догадалась. Ты мой герой! Ты мой гений, папа! Я буду такой же, как и ты! Я всегда буду хранить память о тебе! — она не плакала, потому что знала, что слезами меня не удержишь. Она сильная и смелая, поэтому всегда прекрасно держалась, и с самого детства плакала только несколько раз. — Молодец, доченька. Ты уже такая, как я! А теперь, послушай меня. Никогда не сдавайся! Верь в себя. Никогда не ври близким. И никогда не повторяй моих ошибок! — я поцеловал дочь в лоб на прощание, после чего посадил её обратно на кровать, и ушел. Как же мне не хотелось оставлять свою любимую дочь, и дорогую жену. Не знаю по чему, но судьба не справедлива со мной. Хотя, наверное в этом есть и моя вина…

***

Я стояла по том же месте, где меня покинул он, неделю назад. Хотя нет, не на том же месте, поскольку как Итачи и говорил, он переместил нас с Изанами в другое измерение с помощью своего Мангекью. Да, он первый кто с помощью техники Идзанами смог создать иной мир, который в отличии своей родоначальной техники не имеет таких способностей. Это мир, где есть только я, Изанами и наш дом, где мы всё время ждём Итачи. Хотя, нет. Я снова не права. Здесь есть горы, леса, огороды с овощами, сады с фруктами, озёра, реки и прочие. Здесь так красиво. Если бы, мы могли здесь жить вечно все вместе, но увы.. Как вдруг, я слышу карканье ворона, и понимаю, что вот пришла наша печальная весточка. Глубоко в душе я надеялась на то, что Итачи победит Саске, но всё же знала, что это не так. Он был слишком сильно болен, его Мангекью поглотил его полностью, последние полугода Итачи только и жил с помощью лекарств, пичкая себя ими по пять раз в день. Конечно, будучи в компании Акацук он не выказывал того, что сильно болен. Никто из присутствующих кроме Кисаме не знал, что Итачи болен, что у него есть жена и дочь. Так было нужно. И сейчас, Кисаме остался для нас единственным другом, который знал об Итачи всё, и считал его своим братом. Да, это странно… И снова карканье ворона, но уже так близко. Я выставила руку в строну и согнула её в локте, и в сию же минуту на ней примостился ворон. Ах, на мои глаза навернулись слёзы. Ворон выбросил из своего клюва алую розу, как Мангекью у Итачи. «О нет! Итачииииииииииии!!!» — ИТАЧИИИИИИИИИИИИ! — душевный крик, крик отчаянной женщины, что потеряла любимого мужа вырвался из моей груди, из самой глубины моей души. Хотя, нет. Я снова сказала не правду. Он был мне не просто мужем. Он был моей жизнью, моим братом, спасителем, отцом, сенсеем, моим воздухом, водой, едой. Всем, без чего я не могла существовать. Он подарил мне шанс на вторую жизнь. Он подарил мне дочь. Он спас меня. И теперь я была у него в долгу. Конечно, Итачи много раз спасал мою жизнь, но никогда не требовал ничего в замен. А я, дарила ему свою любовь, надежду, веру, долг, и просто жизнь. Со мной он начал жить, а к сожалению, из-за брата он умер. Итачи любил меня и свою дочь даже больше, чем Саске — своего маленького глупенького брата. — Мама, не плачь. Ты же знаешь, отца слезами не вернёшь! — проговорила Изанами, стоя уже возле меня. Я и не заметила, что сижу на коленях закрыв глаза руками. Крисально-солёные слёзы стекали по моим рукам, щекам и падали на пол. А ворон всё так же был воле меня, но сидел он уже на моём плече. Вороны. Они являлись частью Итачи и теперь они являются частью Изанами. Ей передались в наследство гениальность своего отца, все его техники, умения, знания, а так же — его способность подчинять, контролировать и управлять воронами. — Прости, доченька. Но, я…не удержалась, — мы как будто с ней поменялись местами. Как будто мне четыре года, а ей двадцать. Она была такая взрослая на свои года. Высокая. Красивая. Умная. Такая как Итачи. Я просто прижала дочь к себе, и пыталась успокоится. Она была воплощением Итачи, его точной копией. Даже запах у неё был тот же, что и у Итачи. Запах моря, морского бриза и морского воздуха. — Мама, ворон держит в клюве записку, забери у него, — проговорила она, обняв меня. Я отпустил дочь, после чего взяла у ворона записку, и он исчез. Тихо вздохнув, я открыла письмо, и стала читать. «Любимая моя, Аяно. Дорогая доченька, Изанами, Если вы читаете это, значит я уже в другом мире. Будьте уверены, мне здесь хорошо и ничего не болит и не мучает. Но, не обо мне дело. Я не мог просто так уйти, ничего вам по себе не оставив. Тебе, моя доченька, я оставил важные артефакты. Сейчас мой ворон прилетит, и передаст тебе мою силу, мои знания в техниках, и два артефакта. Когда он закончит своё дело, тебе в лицо подует морской бриз с ментолом — именно так, как ты говорила, что пахну я. Это и буду я. Вместе с воронами буду приходить и я. Они — часть меня. А теперь и часть тебя. Аяно, дорогая. Тебя я тоже так просто не оставлю. В доме, на столе лежат свитки. Там хранятся все тайны Клана Учиха. Познай их сама и дай познать дочке. К тому же, расскажи ей, что сказка о герое, это вся история обо мне, если она ещё не догадалась. Но, особенно тебе. Я нашел твой Клан, спас их, и договорился о том, что ты будешь жить там, с ними после окончания войны. Они буду ждать вас. Скоро увидимся, с Любовью, ваш Итачи. Я безумно вас люблю.» Прочитав письмо, я лишь улыбнулась. Плакать я не стала, поскольку смысла не было. Итачи учил нас с Изанами быть сильной, и мы такими останемся даже после его смерти. Я выполню все его просьбы, и начну с его истории.. — Доченька, пока ты будешь читать письмо от отца, я хочу рассказать тебе историю твоего отца. Только это будет правдивая история. И так, когда отцу было…

***

— Изанами, милая, хватит терзать свои руки. Они уже все в крови, пойдём, отдохнём! — говорила я, смотря на то, как дочка бьёт кулаками дерево. Изанами был уже вполне взрослая, ей было восемь лет, и она уже пробудила Шаринган. Она так похожа на Итачи, только женского пола. Когда она только родилась, я и не думала, что она будет настолько похожа на него. Хах. И вот сейчас, когда она так упорно тренируется, сбивая руки в кровь я понимаю, насколько она похожа на своего отца. — Мама, не сейчас! — после этих слов, последовал последний удар, от которого дерево сломилось пополам и рука дочки тоже. Она сломала руку, но достигла желанного результата. Я быстро подбежала к ней, но она смотрела на меня, так спокойно, даже не обращая внимания на боль. У меня с уголков глаз потекли слёзы. — Дурочка, ты же руку сломала! — говорю я, и легко хватаю её левую руку, после чего быстро начинаю лечить. За эти годы, что я жила со своим Кланом и сестрой, они научили меня многим техникам, в том числе и медицинским. — Ну и что? — спросила дочь, после чего таким же спокойным взглядом посмотрела на меня, а после перевела свой взгляд куда-то вдаль, — Камико-чан, скажите матери, что она зря за меня волнуется! — Твоя дочь права, ты зря за неё волнуешься. Она имеет ум, силу и сдержанность твоего мужа, Итачи, а он великий человек. Он гений, и Изанами — тоже гений. Но, она имеет волю и желание жить нашего Клана, и она не пропадет. Просто, научись доверять ей так же, как ты доверяла Итачи, — говорит моя сестра, подходя всё ближе к нам вместе со своим четырёхлетним сыном — Дайсуке. Изанами и Дайсуке были двоюродными братом и сестрой, потому что Дайсуке — сын Саске, младшего брата Итачи. Как по мне, так он очень на него похож, на Саске. Хотя, всегда жизнерадостный и весёлый, как Камико. — Возможно, ты права сестра. Я просто, никак не могут свыкнутся с мыслью, что моя дочь — выросла. Вроде, недавно Итачи носил её на руках и тренировал, а сейчас они сбивает руки в кровь, сама. Камико, неуэели наши дети будут сильнее нас? — спрашиваю я, и встаю с колен. Я всё так же держу дочь за руку, и вместе с ней подхожу к Камико и Дайсуке. — Всё возможно, они же потомки умершего Клана, Учиха, — с гордостью говорит моя сестра, и улыбается. — Аяно-чан, а вы действительно из Клана Наооки? — спрашивает маленький Дайсуке, и крепче сжимает руку матери. Я в свою очередь сжимаю руку дочери. — Да, Дайсуке. Я сестра твоей матери. Ах, я же уже говорила тебе об этом. Примерно, сто раз, — улыбка засияла на моём лице, а мальчик лишь улыбнулся. — Вы просто не похожи на мою маму, — говорит он, а после отпускает руку матери, и подбегает ко мне, и обнимает. Сев на колени, и поджав кимоно под себя, я прижимаю племянника к себе, и целую его в лоб. И в это же время смотрю на Изанами. Она спокойно стоит, и смотрит в небо. Ах. Мне бы её спокойный характер, такой же, как у Итачи. — Просто у нас с твоей матерью, отцы разные. Мой отец из Клана Учиха, а мать из Клана Наооки. Ради Итачи, своего мужа, твоего дяди и отца Изанами я покинула Клан, и жила в Клане своего отца. После убийства Клана, вместе с Итачи я покинула оба Клана и мы жили отдельно. Ну, а после смерти мужа, я снова вернулась к свой Клан, Клан своей матери. — А отец моей матери из Клана Наооки, как мать? — спрашивает Дайсуке, и поднимает на меня свои чёрные глаза. Хах. Он мне напомнил маленького Саске. — Да, — отвечаю я, после чего встаю на ноги. Вдруг, я заметила смену настроения своей дочери. Она быстро, как молния развернулась к нам спиной, и сложила руки перед грудью. Я смотрю на сестру, она на меня, а после мы обе смотрим вверх, на небо. К нам летит стая ворон, они безудержно каркают, и кружат вокруг нас. Даже без комментариев Изанами, я понимаю, что они говорят об опасности. — Мама, Камико-чан, на наш Клан напали. Это…Саске, — я меня захватывает воздух от слов, сказанных моей дочерью. Я знала, что Саске глупец, и опасен, но не думала что настолько. — Изанами, он убил кого-то? — спрашивает Камико, подхватывая Дайсуке на руки, и начинает трусить меня за плечи, пытаясь привести в сознание. — Остались только мы, — говорит Изанами, и так же быстро, разворачивается к нам, после чего говорит, — Нам нужно скрыться. Идём быстро, мне отец показал одно место. — Нет, Изанами. Бери брата, и уходите. Мы с Камико будет защищаться, мы так просто не сбежим! — говорю я, и улыбаюсь всем такой улыбкой, как учил меня Итачи. Он учил меня бороться, и я буду бороться до конца. Как он и учил. Камико с такой же улыбкой на лице опустила Дайсуке на землю, после прижала его к себе, и поцеловала в лоб. Мальчик спокойно прижался к ней, и прощался, как будто в последний раз. Я, так же прижала к себе дочь, поцеловала в лоб, и попрощалась с ней навсегда со словами: — Мы с папой будем теперь вместе, и мы всегда будем с тобой, вот здесь, в сердце! И будем тебя навещать, всегда! — отпустив Изанами, я взяла за руку сестру, после чего мы отпустили детей. Изанами схватила за руку Дайсуке, и они вместе скрылись. По моим глазам потекли слёзы, ведь я понимаю что видела дочь и племянника в последний раз.. — Не плачь, сестра. Они позаботятся друг о друге! — О ком вы говорите? В последние минуты жизни? — спрашивает нас Саске, выходя из лесу. Он быстро окидывает глазом поляну, понимая, что здесь были дети. Он видит сломленное дерево, детские шаги, что отбились на траве, и видит нас. Мы стояли в длинных кимоно, и держались за руки. Он, был в длинном плаще чёрного цвета, в одном глазу уже горел Шаринган, а второй был похож на Риненган. Я посмотрела на сестру, она хорошо держалась. Всё таки, она не успела сказать Саске, что беременна. Да, и сейчас, когда он убил весь наш Клан, она не хотела, чтобы он знал о сыне, а я не хотела, чтоб он знал, что у Итачи есть дочь. Он сволочь, которая не достойна такой любви, которую ему дарил Итачи. Меня охватила злость, но сестра крепко сжала мою руку, не давая двинутся вперёд. — Ты не достоит той любви, которую тебе дарил Итачи! — говорю я, пускаю руку сестры, после чего складываю печати, и выдыхаю огненное пламя в сторону Саске. И, когда оно рассеялось, я вижу, что двигалась в сторону пустого места. Значит, это был клон, и изначально он стоял позади нас. «о нет, сестра», — Сестра!!!!!!! Когда я оборачиваюсь, вижу как бездыханное тело сестры падает на землю, и зелёная трава окрашивается в красный цвет. — СЕСТРА!!!!!!!!!!! — мой крик пронзает всю природу вокруг, как тогда, когда узнала о смерти Итачи. Я вижу, как далеко от нас, в кустах кто-то шевелится. Приглядевшись, я вижу как Изанами закрывает рукой рот Дайсуке, и прижимает его к себе. Теперь, Саске осталось убить меня. После потери самых дорогих людей, я понимаю, что не смогу жить и защищать дочь и племянника. Моя злость вскипает внутри, и я достаю катану, которую подарил Итачи, и несусь в сторону Саске. Когда, я почти столкнулась с ним, моя катана вспыхивает пламенем, и я наношу ему удар. Он, ловкая сволочь уворачивается в сторону, после чего пронзает меня своей катаной. Я собираю в себе силы, и произношу последние слова, — Когда-то, ты пожалеешь об этом. Когда узнаешь, что всё это время, Камико тебе лгала. И я тоже. Когда-то, ты узнаешь правду, но будет…поздно! Я падаю на траву, я в последний миг смотрю в сторону детей. Теперь, Дайсуке крепко прижимал к себе Изанами. И я вижу, как в глазах Дайсуке горит Мангекью, и как глаза моей дочери воспламеняются Мангекью, как по щекам стекает кровь. Они уникальные дети, соединившее в себя кровь двух легендарных Кланов — Учиха и Наооки. Я с гордостью закрываю глаза.