Моя Небесная Принцесса

5 Глава. PoV Кларк. Целые сутки я провожу в окружении раненых: моя одежда, руки всё в крови. Многих не получилось спасти, чувствую вину за это. Я не успела всех предупредить о ракете. Люди стонут от боли, рядом с некоторыми сидят их близкие и плачут. Это ужасный удар по людям Тондиса. Они хотят мести, хотят крови тех, кто причинил им столько боли. Я тоже хочу смерти всех тех людей виновных в случившемся, они должны понесли наказание. Нужно навестить Лексу, узнать как она. Когда она говорила, что уничтожит всех горцев до последнего, она не шутила, но она же не убьёт невиновных? Тихонько проскальзываю в шатёр Командующей, выдержавший удар ракеты. Лекса стоит за своим столом с Индрой и ещё парочкой её генералов, они обсуждают казнь вражеского снайпера. Генералы не стесняются в жестоких подробностях описывать, что они хотят сделать с пленным. Лекса молча, смотрит на карты, кажется, она вообще их не слушает. Индра заметила меня первой. - Командующая, к Вам пришёл Лидер Небесных людей. – заметив меня Лекса прогоняет всех, сообщив лишь, что казнь будет вечером, а после похороны всех погибших. - Лекса ты в порядке? – вполне нелепый вопрос, как мне кажется, но я не знаю, как по-другому завести разговор. - Зачем ты пришла? Мне сейчас не до глупых разговоров, если есть, что-то важное говори, а так прошу покинуть мой шатёр. Голос пропитан ледяным спокойствием. Мне немного обидно от такого отношения к себе, не выдерживаю, срываюсь. - Какого чёрта Лекса? Я пришла, чтобы узнать как ты. Поддержать тебя, чтобы быть уверенной, что ты в порядке! – говорю на повышенных тонах. – Я понимаю, ты потеряла много своих людей. Я знаю, что тебе их жаль. Те эмоции.… Договорить мне не дали, Лекса подлетела ко мне и схватила за воротник куртки. Она зла, очень-очень зла. - Я не испытываю никаких эмоций, никогда. – Лекса чеканит каждое слово, в её голосе сталь, а глаза не выражают ничего. – Хороший лидер, Кларк, должен думать головой. Настоящий лидер не будет поддаваться такой глупости как чувства. У меня нет эмоций это ясно? Любой нормальный человек испугался бы на моём месте, но не я и не сейчас. Каждое её слово врезается в мою голову вызывая злость. Я злюсь, потому что Командующая явно не понимает, что такими темпами медленно убивает себя изнутри, превращаясь в монстра. А я не хочу, чтобы это произошло. - Как же Густус, а Кастия, Аня? Хочешь сказать, что к ним ты тоже ничего не испытывала? – слова о её близких заставляют расцепить пальцы, теперь я могу вырываться из мёртвой хватки Лексы и пойти в наступление. – Думаешь я не знаю, что тебе было больно убивать Густуса. Кастия по-прежнему преследует тебя. – от каждого моего слова Лекса отступает назад, её глаза наполняются ужасом. - Ты до сих пор скорбишь по Ане. С каждым словом я всё сильнее наседала на Лексу, пока та не упёрлась поясницей в стол, впиваясь в него пальцами. - Убирайся. – командующая собрала всю волю дабы произнести эти слова, наполненные сильнейшей яростью ко мне. - 250 человек погибло вчера Лекса, я знаю, что тебе было жаль их, но ты позволила им погибнуть, не объявив эвакуацию. - в уголках глаз Лексы скапливаются слёзы, её тело слегка подрагивает, она держится из последних сил. - Не всем, не тебе. Её голос полон хрипов из-за чего она говорит очень тихо, почти шепотом. Что она только что сказала? Не мне? Я никак не ожидала услышать такое. Я видела, как она смотрит, но не думала, что всё настолько серьёзно. Разворачиваюсь и покидаю шатёр, не могу там больше находиться. PoV Лекса. Кларк ушла тихо, молча. Нахожу в себе силы дойти до выхода из шатра, чуть приоткрыв шкуру, служившую мне дверью. - Никого не впускать в шатёр до моего личного распоряжения. – каждое слово даётся мне тяжело, но я смогла не привлечь ненужного внимания своих охранников. Возвращаюсь к тому столу и скатываюсь на пол, упираясь в него спиной. Мне плохо. Нет, не так. Мне невыносимо до того, что хочется рвать волосы на собственной голове. Правая рука ложится на грудь сжимая ткань одежды, до такой степени, что костяшки пальцев белеют. Пальцы левой впиваются в волосы. Зачем Кларк так со мной? Зачем напомнила обо всех погибших по моей вине? Густус, как только я стала Командующей, поклялся всегда защищать меня. И я ценила его верность, он учил меня быть сильной, помог пережить смерть Кастии. Мне было невероятно тяжело его убивать. Аня, заменившая мне мать, научила меня всему, что я знаю. Она брала меня на охоту и ругала неумение сидеть тихо и мою несдержанность. А когда у меня, что-нибудь получалось она, так ласково, по-матерински трепала мои волосы. Ей постоянно приходилось выслушивать мою болтовню о Кастии; о том какая она красивая и какие у неё интересные косички, о её прекрасных глазах и ямочках на щеках. Кастия, та, без которой я не видела своей жизни, та с которой я познала вкус любви и счастья. Предательские слёзы текут из глаз и мне стыдно за них. Я даже перед собой боюсь показаться слабой. Я сжимаюсь сильнее, это сложно, когда годами учишься контролировать эмоции, строишь стены, а потом кто-то ломает их так просто. =================================================== Шатёр покидаю только когда Индра сообщает мне о начале казни. Все мои люди уже собрались, даже Небесные пришли. Скорбящие подходят к пленному, каждый проводит ножом по его телу, не глубоко, что б не помер сразу. Он должен истечь кровью, познать боль каждого. Стрелок не выдержит всех, умрёт раньше от кровопотери. Настал и мой черед. - JUS DREIN JUS DAUN! - скандируют воины. Они жаждут его смерти, словно не понимают, что легче не станет, пока все горцы не погибнут, а наши люди не вернутся домой. Приставляю свой меч к его горлу. – Мы убьём вас всех. – это последние, что слышит пленник перед тем, как я перерезала ему горло. После казни была кремация моих воинов, я даже не замечаю, как всё проходит. У меня до сих пор перед глазами стоят трое самых любимых мною людей. Их нет, и ни с кем из них я не успела попрощаться. =================================================== Ещё двое суток прошло и всё это время я никого из Небесных людей не впускала в шатёр. Все приказы передавала через Индру или Октавию. С Кларк я не разговаривала, была зла на неё и что-то ещё…, какое-то странное чувство разъедало меня изнутри. А ещё мне было страшно, что после моего признания Небесная Принцесса, больше не захочет со мною разговаривать и проводить столько времени. Что она испытывает ко мне? Наверное, отвращение. Я одна в своём шатре смотрю на карты, Беллами слишком задерживается, каждый день на горе Везер гибнут мои люди. Злость заполняет меня, привычная маска спокойствия рушится, бью кулаком по столу несколько раз. Больно, костяшки раздираются в кровь. - Больно?