Возмездие

POV Сузаку Сколько времени мы уже в этом странном месте? Трудно сказать, существует ли здесь время вообще. Кто знает, что происходит в мире, пока мы заперты здесь? Страшно подумать, но вдруг… там воцарилась диктатура Шнайзеля? Империя захватила весь мир? Кто-то еще погиб, без вины приговоренный? -Сузаку, - слышу я тихий голос, вырывающий меня из мыслей. -Да? -Интересно, каково тебе пришлось, когда ты был Зеро, - еще тише говорит Шицу. – Я понимаю, не время таких вопросов, но… -Все в порядке, - поспешно говорю я. – В конце концов, времени у нас тут навалом. -Навалом, навалом! – перебивает Лелуш и поднимается с земли. – Не имеет значения, сколько бы времени у нас ни было, если мы ничего не можем сделать. Ведь в конце концов… даже Антигиасс Джеремии бессилен! -Насчет Антигиасса…- осторожно перебивает Апельсин. – Господин Лелуш, маловероятно, но может быть, мне стоит попробовать исследовать этот… лабиринт. Вдруг что-то получится? -Не думаю, - фыркает Лелуш. Я вмешиваюсь. -Лелуш, прекрати. Все же, никто из ушедших внутрь лабиринта, еще не вернулся. Либо они смогли вернуться в наш мир, либо… - тут я внезапно замолкаю. -Либо? – передразнивает Лелуш с ухмылкой. – Что либо? Не тебе ли должно быть все равно, даже если все и погибли? Ведь, насколько я знаю, на тебе все еще лежит Гиасс «живи»… -Однажды я попрошу сэра Джеремию снять его с меня. Когда мы выберемся, - прибавляю я. -Сузаку, - продолжает откровенно издеваться надо мной Лелуш. – Вряд ли мы когда-нибудь выберемся! -Все, - я начинаю злиться, хватаю Лелуша за плечо и толкаю. – Ты можешь сидеть здесь сколько угодно и дальше рассуждать о том, как тленно бытие, но я просто не могу так поступить. Пока все еще возможно, что я остаюсь Зеро, а значит, мне нельзя терять ни минуты. Я должен вернуться как можно скорее, - я поворачиваюсь к Апельсину. – Сэр Джеремия, пойдемте. -Но… Сузаку… ты не можешь покинуть нас… меня… - теперь Лелуш хватает меня за плечо, но я разворачиваюсь и вырываюсь. -Могу. *** Что же такое этот проклятый лабиринт, созданный больным воображением Шнайзеля? В голове возникают образы самых ужасных и неожиданных вещей, которые могут произойти… поэтому, чтобы отвлечься, я решаюсь завести разговор. -Эй… Сузаку… каково было быть Зеро? Су… - я оборачиваюсь и вижу, что парень исчез. Куда он делся?! Я чувствую небольшое раздражение. Меня и так не радовало то, что этот непонятный человек, постоянно перебегавший с одной стороны на другую, какое-то время носил маску Зеро, принадлежащую Лелушу! А теперь еще и его исчезновение… вдруг он что-то задумал? Я вырываюсь из своих мыслей, завидев маленькую фигурку вдали. Не может быть. Это… это… -Аня! – ошеломленно выдыхаю я. – Но… как… Не нужно делать поспешных выводов, но я чувствую, как накатывает радость. Неважно, что произошло с остальными, неважно, что выход не найден – главное, что с Аней все в порядке. -Аня! Ты не ранена? – подбегаю я к девушке, но она отстраняется. – Аня? Она отворачивается и раздается ее голос. -Странно, что тебя волнуют подобные вещи. Тебя, Джеремию Готтвальда, который выступал за чистоту британской крови, против отмены жалованного британства, который обожал зачистки мирного японского населения и убивал ради удовольствия. -Аня! – я теряюсь. – Это… было в прошлом… -Что есть прошлое? – будто не слыша, продолжает она. – Прошлого нет, равно как и будущего. Есть лишь одно настоящее. -Аня… нет… нет… Где-то я эти слова уже слышал. -Рано или поздно ты примешь свой ад за те бесчисленные убийства, Джеремия Готтвальд. -Да что с тобой такое? – не выдерживаю я и хватаю ее за плечо. И тут же жалею об этом… леденящий ужас сковывает меня: синяя, бледная кожа, пустые глазницы… -Нет! – вырывается у меня крик. – Нет, нет, нет!!!... *** Сколько мы уже идем, а лабиринт все не кончается. Десяток за десятком поворотом… неужели это место бесконечно? -Сузаку. -Да? – машинально оборачиваюсь я, и тут вижу… - Юфи… - бесслышно выдыхаю я. Юфи… не может быть… -Юфи, это правда ты? Юфи… Все те же длинные розовые волосы, собранные в пучки, лучистые аметистовые глаза…но тут я обращаю внимание на ее платье. Изодрано и испятнано кровью… все внутри у меня холодеет. -Юфи… -Разве ты не рад видеть меня, Сузаку? -Юфи… я… Я теряюсь и не знаю, что сказать. -Юфи… Как такое может быть? -Все возможно, Сузаку, - произносит она, шагая по направлению ко мне. – Как и то, что во всех трагедиях нашего мира лежит лишь твоя вина. -Ю… - я осекаюсь. – Что ты такое говоришь?... -Сузаку, - девушка делает еще один шаг. – Разве не ты виноват в моей смерти? Разве это не твоя вина? -Юфи… нет… - судорожно бормочу я, и говорю уже решительнее, - Юфи! Я всей душой поддерживал твою идею… я искренне хотел помочь… -Нет, ты не хотел помочь, Куруруги Сузаку, - отрезает Юфи, делая еще один шаг. – Будь все так, как ты говоришь, я сейчас не была бы здесь перед тобой в этом платье. -Нет… Юфи, я пытался… Она вновь перебивает меня: -Ты никогда не знал своего места, тебе всегда хотелось больше того, что ты мог получить. Твои неумеренные амбиции породили восстание и все последующие трагедии. Твой пример вдохновил тех, кто сотворил эти кошмарные деяния. -Юфи… - мне становится не по себе. – Нет, не может быть, я ничего особенного… -Ты просто врешь самому себе, Куруруги Сузаку. Пытаешься оправдать. Ты всегда так поступал, начиная со случая с твоим отцом… -Не говори об этом. Это уже давно забыто, - резко перебиваю я. -Нет. Ничто не забыто, Сузаку. Ты пытаешься убедить себя, что не помнишь, но, если ты это не вспоминаешь, это не значит, что этого не было. Ты всегда ищешь себе оправдания. -Юфи… -Правда, Наннали? Я вздрагиваю от неожиданности – откуда-то из угла выходит принцесса. -Наннали… Наннали! Она неуверенно стоит на ногах, вся залитая кровью из раны на шее. -Правда, сестрица Юфи, - произносит она голосом, совершенно не вяжущимся с ее раной. По спине пробегают мурашки. Что такое происходит? -Сузаку, ты можешь говорить, что ты хотел, как лучше. Всегда – и когда посодействовал моему похищению и доставке в Пендрагон, и когда стал моим помощником, и когда устроил побег из Иридиума… да, Сузаку, ты мог полагать, что так будет лучше – но вот кому? О ком ты думал? -Наннали… - я в замешательстве. – Конечно же, о тебе… -Нет, Сузаку. Если бы было так, я бы сейчас не лежала в земле Китайской федерации. -Наннали… - к горлу подступает ком, а к глазам слезы. – Наннали, - дрожащим голосом произношу я. – Наннали, я всегда тебя любил, и желал тебе только добра… -Если бы любил, того, что произошло, не было бы. Ты был эгоистом, Сузаку. Все твои действия имели выгоду только для тебя. Ты мог любить, но не мог отдавать – какая это любовь? -Я…я… -Если ты не остановишься, то ты прекратишь нести смерть и дальше за собой, - снова заговаривает Юфи. -Ты не сможешь разорвать эту цепочку, - прибавляет Наннали. -Нет… нет… Я пытаюсь осмыслить все происходящее и услышанное. О чем они? В чем меня обвиняют? Неужели я… и правда сею смерть повсюду, где появляюсь? -Ты не должен заставлять близких людей гибнуть из-за тебя, - говорит Юфи. – Это ты убил меня, Сузаку. -И в моей смерти виноват лишь ты… - тихо говорит принцесса. -Нет… нет… - тут я срываюсь на крик, я закрываю уши руками, чтобы не слышать их. – Нет, это не я… не я вас… я вас не убивал! Юфи, Наннали… -Убийца, - шепотом произносит Юфи. -Убийца, - вторит ей Наннали. -Я… я… нет… Я бессильно падаю на колени, все еще закрывая уши. Из глаз текут слезы, а я продолжаю кричать: -Нет… нет… не может быть… вы не должны были умирать… я… я… не хочу быть убийцей!...