Упс...

Найс божился, что не перегружает себя и всё замечательно, но сегодня что-то явно пошло не так, и под «что-то» стоило бы понимать «абсолютно всё»: от звонка в половину седьмого утра, от которого парень, сонный, голодный и злой, но подорвался и поехал на другой конец города (хотя вроде как за это дело ему обещали хорошие деньги), до ужасной боли в ноге, которую подвернул на самой последней ступеньке, поднимаясь домой. Но и на этом печальные приключения не закончились: он вывернул все карманы джинсов и жилетки, потратил ещё несколько минут на попытку вспомнить, куда мог искомое положить, но ключи так и не нашёл. Оставалось только мысленно взвыть, лбом упёршись в закрытую дверь, сквозь зубы процедить что-то матерное и полезть за телефоном с обречённым вздохом. Глаза слипаются, но этот номер он и без зрения наберёт. – Да?.. – Арт перевернулся на бок, щурясь и прикрывая рот рукой, когда зевнул. Ещё расфокусированный взгляд наткнулся на электронные часы на прикроватном столике. Без пятнадцати три. Парень нахмурился с мысленным «о господи», но удивлён не был совершенно. Это повторялось так часто, что если бы его сейчас не разбудили, утром бы он обязательно начал беспокоиться. – Прости, это я, и у меня проблемы, – сказал Найс, съехав по стене спиной и поморщившись от острой боли в районе щиколотки. – Тебе не жаль, – «засранец малолетний». Лёгкая улыбка. – Что случилось? – инспектор всё-таки сел: так информацию воспринимать намного проще, особенно, если тебе пока удалось проспать только час с хвостиком. – Можно у тебя переночевать? – тянуть точно нет смысла, тем более, с этим человеком. Пауза длилась недолго: ровно столько, сколько Арту нужно на то, чтобы нашарить в темноте тапки и накинуть на плечи халат. – Конечно, – он даже не задумывается над ответом. – Тебя забрать, или… – Не-не-не, всё хорошо, я доберусь. Спасибо, – Сато улыбнулся, проведя ладонью по лбу и будто попытавшись стряхнуть с себя незримую липкую паутину хотя бы ненадолго. Он слишком гордый для того, чтобы признать достаточно смешное «споткнулся», и слишком не хочет лишний раз вешать на друга проблемы, которых у него и на работе хватает. – Тогда я жду. – Ага. Несмотря даже на то, что Найс, плюнув на «использовать только при большой необходимости» (его невероятно раздражает весь этот фальшивый морализм Факультаса), применил Минимум, шёл он дольше двадцати минут: далеко с повреждённой ногой не убежишь ведь, и он это прекрасно понимал. Арт уже начинал волноваться, сидя на кухне с зелёным чаем и пытаясь не засыпать за столом. Босые ноги мёрзли, а руки он грел о чашку, похожий на нахохлившуюся недовольно птицу. В итоге, когда он уже почти задремал, в дверь позвонили, а потом, судя по всему, уже просто так, для удовольствия, пару раз заехали по ней кулаком. – За что ты так? – поинтересовался инспектор, но тут же передумал шутить, подхватывая едва не рухнувшего гостя и аккуратно буксируя его в сторону гостиной. Детектив активно возмущался и брыкался, но с работником полиции так просто не поспоришь ведь. – Я не малень… – Найс. Удовлетворившись ответной гневной тишиной, Арт с весьма мрачным выражением лица усадил это горе луковое, изображающее крайнюю обиду, на диван, и закатал штанину на его джинсах. Пройдясь кончиками пальцев и дождавшись тихого ругательства, парень кивнул сам себе: всё с ним ясно. – Я ведь мог подъехать за тобой, – с укоризной негромко сообщил он, поднимаясь на ноги и заправляя выбившуюся прядь за ухо. – А я мог сам дойти, – упрямо буркнул Найс, скрещивая руки на груди и сверля взглядом пол. Инспектор устало улыбнулся. Он не представляет, насколько сильно сейчас похож на ребёнка, которого хорошо помнит Арт. Смущённого, но грозного и жуть какого самостоятельного. – Пойдём спать. Утром поедем к Ратио. Сато поднял голову: на лице на секунду отпечаталась растерянность, а потом оно смягчилось. Казалось, что улыбается каждая его деталь, и сам он весь похож на большое тёплое солнце. Старший из них мысленно одёрнул себя: он слишком много и слишком странно думает; видимо, так недосып сказывается. – Окей. Я тут лягу, – как всегда(?).. Инспектор закатил глаза: он здесь пострадавший и уставший, и ещё спрашивает? – Пошли ко мне, дурак. Ты поместишься, – а то с дивана он вечно падает, и Арт об этом прекрасно знает, учитывая вечные шишки на лбу у друга. Найс бы поотнекивался и поругался ещё немного, но время шло к утру, голова гудела, инспектор придерживал его так бережно и крепко одновременно, что сил на это не оставалось, хотя он мысленно и пинал собственную сонливость ещё какое-то время. Ему вручили его же белую майку и синие штаны, помогая переодеться, и уложили в кровать, мягко взъерошив каштановые волосы. Сато слабо довольно усмехнулся на последнее, зажмурившись и перевернувшись на бок – только Арту можно так делать, если честно, но сохраним, пожалуй, этот маленький секрет. Инспектор улыбнулся снова, устроившись рядом. В детстве они часто спали так, если кому-то снились кошмары, или лампочка перегорала в ночнике, и никакой проблемы в этом не было. Последней мыслью было то, что в этой квартире уже столько вещей детектива, которые незаметными деталями влились в неё, – его зубная щётка и полотенце, кое-какая одежда, сумка, какие-то книги и диски, его песни на собственном плеере, аккаунты на ноутбуке, запах его шампуня, впитавшийся в подушку – что впору бы давно переехать…

***

Сначала, когда противно зазвенел будильник, Найс на полном серьёзе испугался (неужели и сегодня ему куда-то ещё надо?), едва ли не подпрыгнув и замерев от боли в ноге, но его тут же потянули обратно за плечо, промычав что-то неразборчивое и натянув одеяло до подбородка. Сато захлопал большими обалдевшими голубыми глазами, пытаясь понять, что происходит: ответственный и совестливый Арт игнорирует то, что пора вставать? Остановите-ка Землю на секундочку… – Сегодня суббота, – с какими-то даже победными интонациями пробурчал друг ему на ухо, уткнувшись куда-то в основание шеи: он явно ещё спал и даже не планировал хотя бы близко просыпаться и осознавать весь жестокий мир вокруг себя в такое раннее время. Детектив выдохнул, снова расслабляясь и падая обратно на подушку. Даже если бы сегодня был понедельник, его бы ничто не заставило подняться, если он может вот так спокойно и крепко обнять инспектора, прижимая к себе, тёплого и почти хрупкого в такие моменты. А потом он снова обязательно скажет, что просто спал, а потом Арт снова будет украдкой счастлив, зная, что это ложь.