Радуга после грозы.

POV Корнелия.

Я вернулась домой после смены в кафе, заставая свою мать и миссис Стайлс в гостиной. Аннет сидела на диване, разговаривая по телефону, жестом приказывая моей матери наполнить ее винный бокал. — Да, да…хах, конечно. — Женщина смеялась нелепо из-за алкоголя в ее крови. — Закончилось? Так принеси еще. Мама кивнула, держа уже пустую бутылку вина, но из-за размахивая руками, миссис Стайлс выбила ее из рук матери. — Ах, — женщина прошипела себе что-то под нос, приказывая маме убрать осколки и остатки алкоголя. — Я принесу вино, — сказала я тихо маме, стараясь не смотреть на пьяную Аннет, уходя в винный погреб. Спустившись вниз по ступенькам, я быстро нашла похожую бутылку вина, собираясь уже уходить, но передо мной появился Гарри. Его появление было слишком неожиданным, из моих рук выпала бутылка, но он успел поймать ее, с ухмылкой выпрямляясь, демонстрируя свою ловкость. — Почему ты вечно пугаешь меня? — Я не пугаю, я просто проверяю тебя на осторожность. Ты уже несколько раз попадалась на мои уловки, Корнелия, тебя нельзя одну пусть в фильмы ужасов. — В жизни я же выжила, а она намного хуже этого жанра. — Я выхватила бутылку из его рук, быстрым шагом уходя к лестнице, но остановилась на секунду. — Что ты здесь делаешь? Осмотрев погреб, я увидела на полу учебники и пару тетрадей, вокруг которых были разброшены карандаши. — Виктория снова смотрит какую-то мелодраму, мне надоело слушать как она рыдает. Стены в этом доме слишком тонкие, знаешь ли. — Понятно. — Подожди! — Гарри остановил меня, когда я уже собиралась выйти за дверь. И я остановилась, смотря на него. — Я предупредил Луи, чтобы он не лез к тебе. — Почему ты не сделал этого сразу, на моих глазах? Откуда мне знать, что ты не врешь? — Завтра ты увидишь. — Увижу что? — Доказательство того, что я не вру. — Спокойны ночи, Гарри. — Сладких снов, принцесса. Мои губы непроизвольно сформировали улыбку, поэтому я как можно быстрей вышла из погреба, пальцами касаясь щеки, которая горела. Я поставила бутылку с вином на журнальный столик перед миссис Стайлс, смотря вниз, как и полагается слугам. Ее прическа и макияж были в ужасном состоянии, она ели как дотянулась до бутылки, самостоятельно наполняя свой бокал. — А ты красивая девушка, — сделала она мне комплимент. — Спасибо. — Воспитанная, трудолюбивая, не будь ты служанкой, я могла бы даже представить тебя рядом со своим сыном. Смешно, правда? Наследник крупной фирмы и служанка без гроша в кармане. — Да, — проглотила я комок в горле, — смешно, миссис Стайлс. — Тебе нравится мой сын? — Мам, прекрати допрашивать ее. — Гарри налетел на свою мать, поднимая ее с дивана, выхватывая из ее рук бутылку. — Тебе нужно идти спать, а то ты снова будешь по полу ползать. — Это было всего один раз, милый. — На глазах всех моих друзей. Пойдем. Гарри ни разу не посмотрел на меня, уводя свою мать в спальню. Мистер Стайлс вернулся домой как раз в ту секунду, когда его жена споткнулась, а я начала убирать со стола пустые бутылки. — Добрый вечер, мистер Стайлс. Он ничего мне не ответил, дожидаясь момента, пока Гарри не увел свою мать в комнату. — Какого года вино? — 1990, мистер Стайлс. — Я буду у себя в кабинете, скажи, чтобы мне принесли ужин, — приказал он, выхватывая из моих рук бутылку, уходя с ней в свой кабинет. — Да, мистер Стайлс.

***

Зайдя в школьный коридор, я заметила на себе много странных взглядов, которые мне не нравились, как и упоминание моего имени. Подойдя к своему шкафчику, я увидела на нем разного рода пошлые рисунки, слова, а так же он весь был в непонятной слизи, когда я открыла его, то вся эта слизь вылилась мне на обувь. — О, кто же это сделал? — Луи встал сбоку от моего шкафчика, ладонью разводя этот ужасный и мерзкий запах. Я сжала кулаки, посмотрев на него, но весь мой гнев улетучился, когда я увидела под его левым глазом синяк. Гарри действительно заступился за меня? — Не нравится, когда приносят урон твоему имуществу, новые деньги? Мне тоже. — Голубоглазый указал на синяк. — Ты заслужил это. — Ну, а ты заслужила это. — Теперь ты отстанешь от меня? — Нет, мне понравилась эта игра. Интересно насколько далеко зайдет Гарри, чтобы я не трогал его новую игрушку. Считай, что это спор двух лучших друзей. — Я не его новая игрушка. — Правда? А почему он сейчас выглядит так, будто я унизил тебя перед всей школой, украсив твой шкафчик, мм? Я проследила за взглядом Луи, видя Гарри у входа в школу. Его черная одежда и кожаная куртка лишь добавляли ему грозности, когда он быстрыми шагами направился к нам. — Он не сделает мне больно, как ты думаешь, но может превратить мою жизнь в ад. И если он сделает это, то я заберу тебя с собой туда, моя любовь. Насвистывая песню себе под нос, Луи засунул руки в карманы, уходя на урок. Гарри долго смотрел на меня, пока не прозвенел звонок, вскоре он растворился в толпе учеников.

***

(The Trax(더 트랙스) – Over The Rainbow [Piano Version])

Я убрала в кафе за последним клиентом, уходя в подсобку за шваброй, чтобы вымыть полы. Когда я вышла в зал, то увидела за барной стойкой парня, которого сразу же узнала по кудрявым волосам и широкой спине. — Мы закрыты, Гарри, — сообщила я ему, начав мыть полы под одним из столиков. — Я знаю, именно поэтому я и пришел. Хочу довезти тебя до дома, а то ты приходишь слишком поздно. — Ты следишь за тем, когда я прихожу домой? — Да. — Зачем? — Мне просто интересно, не хочу лишиться служанки. — Мило. Я выжала тряпку, сдувая с лица волосы, продолжая уборку, замечая, что Гарри наблюдает за мной так, будто ждет момента, чтобы отругать за что-то. — Если ты начнешь давать мне советы по уборке, то я действительно плюну тебе в завтрак, Гарри. — Всего лишь пытаюсь понять тебя… — Можешь спросить, я отвечу тебе. — Зачем столько работать? Твоя мать получает достаточно, вам должно хватать на двоих. — Моя мать отдает долги за отца. — Что? — Мой отец пил всю жизнь, накопил много долгов, оставив их на мою мать. — Где он сейчас? — Он покончил с собой. — Поиграй со мной в одну игру. — Я только что рассказала тебе историю своей жизни, а ты предлагаешь сыграть с тобой в игру? — Я же не сказал, что на этом истории закончатся. Я знаю, что у тебя есть вопросы ко мне, просто хочу, чтобы все было честно. — Ладно. Оставив швабру на полу, кинув на нее резиновые перчатки, я села за барную стойку рядом с Гарри, видя в его руках бутылку пива. — Тебе садиться за руль, а ты собираешься пить? — Мы разделим эту бутылку с тобой. — Он открыл крышку. — Выигрывает тот, кто сделает меньше всего глотков. Я непонимающие посмотрела на него. — Делаем предположение: если я прав, то пьешь ты, я пью, если ошибся, тоже самое и к тебе относится, можно промолчать, а можно прокомментировать. — Зачем пить, если можно итак просто спросить и сделать предположение? — Чтобы не было больно от того, что кто-то узнал твой секрет. Так что? — Играем. — Моя девочка. Итак…Корнелия — семнадцать лет, живет с матерью в моем доме, отца нет, в школе ты пока одна из лучших по оценкам. Девственница? — Пей. Гарри сделал глоток, отдавая мне бутылку в руки. — Гарри — семнадцать лет, живет с матерью, отцом и младшей сестрой в огромном доме, где живу и я. Никогда не влюблялся? — Пей. — Мх. — Я сделала глоток, чувствуя запах сигарет на горлышке бутылки, на моем языке остался мятный вкус, когда я отдала бутылку Гарри. — Девственности тебя лишила твоя первая любовь. Я забрала из его рук бутылку, делая глоток. — Ты влюбился в девушку, которая была для тебя слишком хороша, и это было не взаимно. — Пей. Я проигрываю. — Вы любили друг друга, но ты разочаровал ее в чем-то, поэтому вы расстались. — Она уехала, — прокомментировал Гарри, забирая у меня бутылку, делая глоток. — Ты и твоя первая любовь встречаетесь на расстоянии? — Он лишил меня девственности на спор, а когда я призналась ему в любви перед его друзьями, он все мне рассказал. Пей. Среди его друзей были и мои друзья, которые все знали. — Он урод. Я с улыбкой взяла из рук Гарри бутылку, делая глоток, замечая, что он тоже улыбается. — Значит, теперь ты его не любишь? — Он был моим сном в летнюю ночь, который обернулся кошмаром для меня, когда я проснулась. — Красивые слова от разбитого сердца. — Ты до сих пор любишь ту девушку, которая бросила тебя? — Пей. — Врать нельзя. — Я не вру. Пей, детка. Гарри подтолкнул бутылку к моим губам, пальцами приподнимая основание бутылки, чтобы я сделала глоток. — Она узнала мой секрет и бросила меня, даже не дав мне все объяснить. Как я могу любить человека, который осудил меня? — Значит, она и не любила тебя, раз уж осудила. Парень забрал бутылку из моих рук, выпивая. — Дашь мне адрес того урода, я бы надрал ему задницу за тебя. — Ты итак уже ударил своего друга из-за меня, я не хочу, чтобы у тебя вошло в привычку заступаться за меня, Гарри. Я достаточно сильна, чтобы постоять за себя. — Конечно. Пей. — Хей! — Ты не выстоишь, если я захочу обидеть тебя, поэтому ты ошиблась. — А вот и нет. — Сложила я руки на груди. — Я выдержу все, даже от такого парня, как ты. — Я уже говорил, что меня раздражает то, что ты ни капельки меня не боишься? — Привыкай. Мы рассмеялись, Гарри забрал из моих рук бутылку, но она была уже пуста, на что он фыркнул, откидываясь на барном стуле, рассматривая меня. — Ты покраснела. — Все это из-за пива. — Тебе идет легкий румянец. Брюнет выпрямился, одним ловким движением снимая с моих волос резинку, пальцами убирая выпавшие пряди мне за ухо, опаляя мое лицо своим теплым дыханием. — И ты красивая, — он выдохнул мне в губы, слегка касаясь ими своими губами. Но до звания поцелуя это касание не дошло, когда я тихо произнесла «спасибо». Гарри отпрянул, облизывая свои губы, после сглатывая, непонимающе смотря на меня. — Ты действительно заступился за меня. — Я не учел последствий. — Именно поэтому я и не хочу позволять тебе дальше узнавать меня…я не хочу, чтобы ты… — Влюбился в тебя? — опередил он мои слова и мысли, выпаливая эти слова. Я промолчала, не отвечая на его вопрос, так же смотря ему в глаза, как и он в мои, чтобы не показать, что его слова правдивы. — Закрывай кафе, нам нужно уже ехать домой, — последние, что сказал Гарри, выходя из кафе, на ходу поправляя рубашку. — Не хочу, чтобы ты узнавал меня, потому что мне не нужно, чтобы мои чувства оказались взаимными, Гарри.

***

Мы сели за самый дальний столик с Рей, так как она не хочет, чтобы кто-то подслушал наш с ней разговор, точней сплетни о Гарри. — Я думала, что сплетни и существуют для того, чтобы все их слышали. — Некоторые сплетники не хотят раскрыться, знаешь ли. — Так что ты хотела мне рассказать? — У Гарри была девушка. — Я знаю это. — Откусила я яблоко, осматриваясь. — Они очень сильно любили друг друга, родители даже уже поговаривали о будущей свадьбе, так как она была из богатой семьи. Но после смерти брата Гарри… — Энди, его звали Энди. — Откуда ты столько знаешь? Ты же новенькая. — Я тут достаточно долго, чтобы узнать кое-что о нем. И что изменилось после смерти его брата? — Она уехала. Вообще, Энди умер не от рук какого-то вора или бомжей…в этой школе, как и у ее учеников, много секретов. — Сомневаюсь, что Энди дразнили. — Энди и заправлял всем этим. Вся власть, что есть сейчас у Гарри, передалась ему от его брата. Энди основал бойцовский клуб. — Что? Как в книге? — Намного хуже. Правила такие же, но все это уже выходит за рамки, потому что в смерти Энди виновен… — Что выходит за рамки? Мое обаяние? — Гарри прервал Рей, садясь рядом со мной за столик, кладя руку мне на плечо. Я была удивлена его приходу, так как вчера он всю дорогу молчал, даже сегодня он игнорировал мое существование. — Продолжай. Рей напряглась, злобная ухмылка Гарри, как и пронзительный взгляд ледяных глаз Луи, подействовали так же на меня. — Я всего лишь рассказывала ей про то, какие вы кретины. — Ты же знаешь, что это невежливо? — Хватка Гарри на моем плече ужесточилась, он уже мысленно убил мою подругу. — И это говоришь мне ты? — Да, это говорю я. Какие-то проблемы с этим, Рей-рей? — Не смей так меня называть... — Вставай, — прошипел Стайлс, поднимаясь со скамьи. Я не сразу поняла, что он сказал это мне, стало понятно лишь тогда, когда он схватил меня за локоть, поднимая. — Я напишу тебе, — обратилась я к Рей, хватая свою сумку, ели как успевая за Гарри. Я не хотела оставлять ее одну с Луи, но Стайлс не дал мне право выбора, таща меня в сторону женского туалета. Он загнал меня в плиточную комнату, захлопывая дверь, кажется, наслаждаясь моим испугом, так как я дрожала от страха. — Не с-смей так больше делать, — произнесла я мягко, хотя на самом деле мне хотелось закричать. — Ты не имеешь на это никакого права, черт возьми. — Тебе не стоит с ней общаться. — На удивление его тон был таким же спокойным, как и мой, но из нас двоих лишь он не дрожал от страха. — Эта сучка распускает обо мне грязные сплетни. — Она моя подруга, не смей так говорить о ней! И вообще, с каких пор тебя волнует твоя репутация, Гарри Стайлс? — С тех пор, как ты появилась в моей жизни. — Ч-что?

(Tenth Avenue North – Beloved)

Я сделала несколько шагов назад, будто его слова оттолкнули меня, держась кончиками пальцем за мраморные раковины, стараясь не упасть. Если я до этого была напугана, то сейчас я уже на грани получения инфаркта, так как Гарри начал приближаться ко мне, делая столько же шагов, сколько и я. — Прекрати делать это! — Прекратить делать, что? — Хватит пугать меня своими действиями и словами, Гарри! Ты же знаешь, что из этого ничего не выйдет! — С чего ты так решила? Опомнившись лишь тогда, когда я уже была прижата к окну, сидя на раме, я старалась хоть что-то сделать, чтобы снова не оказаться в ловушке. Гарри расставил руки в стороны, не прижимаясь ко мне, он лишь закрыл мне весь обзор своим телом, смотря на меня сверху вниз. — Ты сама загоняешь себя в мою ловушку, стараясь сама же попасться в нее, а потом говоришь, что это я тебя загоняю в нее, Корнелия. Признайся, что тебе нравится эта игра в неприступную девушку. — Нет, мне не нравится. — Тогда почему ты лишь делаешь вид, что сопротивляешься, мм? — прохрипел он, смотря на свой живот, на котором находились мои ладони. — Ты могла бы оттолкнуть меня, но не делаешь этого. — Прекрати, — пискнула я, убирая ладони с его тела, при этом жутко краснея. Гарри с радостью наблюдал за своей победой надо мной, наклоняясь. Когда его лицо было в дюйме от моего, я ожидала, что он поцелует меня, но он спустился ниже, становясь на одно колено. Взяв мою левую ногу в свою руку, он разместил ее между своих ног, завязывая шнурок на моих кедах. — Хочу, чтобы на приеме все смотрели на тебя, а не на твои царапины, принцесса. — Я не смогу быть там в качестве гостя, ты же понимаешь это. — Сможешь. — Он выпрямился, кладя в мою руку приглашение. — И ты придешь, потому что я не хочу остаться один там. — Ты можешь уйти. — Будет слишком много охраны, я буду взаперти в своем чертовом доме. — Это трагично… — Но я буду там не один, верно? — Гарри улыбнулся, незаметно стаскивая с моих волос резинку, поправляя мою новую прическу своими длинными пальцами. — Так лучше, твое лицо не кажется таким замученным. Возьми выходной завтра, будет вечеринка на пляже в последний раз, а то уже холодно становится. — Я… — Я возьму тебя с собой на вечеринку, чтобы ты отдохнула у океана. Ты же говорила, что этот город твоя мечта…позволь мне показать его тебе со всех сторон. Я растерялась, долго думая, что ответить Гарри, поэтому, когда я была уже готова хоть что-то сказать, в туалет зашло три девушки, которые были не рады видеть здесь парня. Стайлс закатил глаза на их приход, а после подмигнул мне, уходя.

***

(Harry Gregson-Williams – Smiling)

Зайдя в гостиную, я ахнула от того сколько здесь было цветов. Миссис Стайлс говорила, что хочет розы и лилии, но я не думала, что их будет здесь настолько много. Диваны и прочую мебель убрали отсюда, чтобы у гостей было больше места, где можно было бы потанцевать под оркестр, поэтому теперь я была уверенна, что нахожусь в замке. Все было настолько белым, что это ослепляло. Я закрыла свои глаза на секунду, представляя себе как я спускаюсь в роскошном белом платье по этой огромной лестнице вниз, приветствуя своих гостей. Гарри улыбнулся мне, беря меня за руку, ведя в центр зала, после кладя руку мне на талию, начав кружить меня под медленную композицию… — Корнелия! Виктория подошла ко мне, бросая мне в руки изумрудного цвета платье, после что-то говоря о его повторной глажке, а также о том, что я выгляжу ужасно. — Все будет готово к приему. — Ох, я бы давно тебя уволила! Ты такая рассеянная! — визжала она, уходя в свою комнату. Мне было все равно на ее слова, я крепче сжала в своих руках ее прекрасное платье, уходя в свою комнату. Поправив форму, я погладила все вещи Виктории, почистила ее туфли, слыша как она болтает по телефону со своими подругами, ноя о том, что ей сегодня нужно быть на этом приеме и вести светские беседы. Я была рада, что успела уйти из ее комнаты до того, как она начнет одеваться, но мне нужно было зайти к Гарри, чтобы проверить его подготовку к приему. Постучав в его комнату, я зашла, видя, что он застегивает черную рубашку на своем туловище, недовольно бубня себе что-то под нос. — Нервничаешь? — я спросила, подходя к стулу, на котором висел его пиджак с золотыми росписями у пуговиц, разглаживая складки. — Почему я должен нервничать? — Тебе нужно будет говорить речь. Это ведь трудно. — Я даже и не готовил ее. — Гарри забрал пиджак у меня из рук, надевая его у зеркала, пока я убирала его остальные вещи в шкаф. — И что ты будешь делать? — Скажу первое, что придет в голову. — Очень ум… Я не смогла закончить предложение, когда увидела Гарри в его сегодняшнем костюме. Этот пиджак делал из него не богатого наследника, а принца из сказки. Но это выглядело слишком красиво, поэтому я и засмеялась, прикрывая рот рукой. — Что? Что смешного? — Нет, ничего. — Я поджала губы, чтобы не засмеяться, но у меня ничего не вышло, я начала смеяться, как ненормальная. Гарри сначала подозрительно смотрел на меня, но потом сам же рассмеялся, хватая меня за руку, вставая перед зеркалом, прижимаясь к моей спине своей грудью. — Что ты делаешь? — Сравниваю. Он переплел наши пальцы, ведя ладонями от моего живота к моей груди, нажимая на сердце. — Две ноги, две руки, одно сердце — мы ничем не отличаемся друг от друга, Корнелия. — Это не так, — прошептала я, поворачиваясь к нему лицом. Застегнув пуговицы на его пиджаке, я встала сбоку от него, отпрянув, когда он попытался взять меня за руку. — Костюм с золотыми узорами и форма служанки цвета неба — мы отличаемся. Я так и не позволила Гарри взять меня за руку, касаясь лишь подушечками пальцев его ладони, уходя.