Жесткое порно

- Опять с лестницы упал? - спрашивает Чонгук, хотя сам знает все ответы. Слухами земля полнится, но то, что это вовсе не они, Чон понял еще в самом начале. Его это, на самом деле, никак не смущало, но зато очень смущало самого Тэхена, так что парень делал вид, что ничего и не происходит. - Угу, - тихим голосом, не поднимая взгляда на друга. Тэхен понимает, что ничего уже давно не секрет для Чон Чонгука. А врет он так, чисто для галочки, ради приличия - говорить правду в открытую все же неловко. Легкий стыд окрашивает щеки парня в алый, с головой выдавая его. - Ого, - присвистывает Чонгук, смотря куда-то за спину Кима. Тэхен, обернувшись, краснеет еще больше. - Харлей? Ты не говорил, что твой хен такой крутой. Юнги, появившийся на чертовом Харлее, тряхнув головой, чтобы поправить прическу, смотрит выжидающе и курит излюбленные крепкие красные. На потрясающих стройных ногах блядские кожаные штаны и Тэхен находит это незаконным. Скомкано попрощавшись с другом, что остался сидеть на скамье под тенью раскидистого дерева возле главного корпуса университета, парень быстро пихает учебники в сумку, чтобы поскорее убраться с кампуса - мало ли кто увидит. Про него и так ходят всякие грязные сплетни. - Убери эту довольную ухмылку со своего лица, умоляю, - Ким садится на мотоцикл за старшим, обхватывая того руками со спины. - Честное слово, зачем так выебываться? Я мог бы и сам доехать домой. - Я просто делаю тебе приятно, детка, - говорит Юнги в невероятно картинно крутой манере, что хочется его ударить и привести в чувство. - Держись крепче и не ной. Всю поездку, что Тэхен прижимался пахом к заднице Мина, младший невероятно возбудился. Член в штанах ныл, хотелось разрядки и побыстрее, а воспаленная фантазия не очень то и помогала, подкидывая жаркие воспоминания недавних дней. Когда хен наконец-то остановился у многоквартирного дома в одном из спальных районов города, где жил Тэ, парень схватил Юнги за руку, увлекая за собой к себе. - Кому-то не терпится потрахаться, а? Улыбка у Юнги самая дьявольская, довольная. Знает, бляденыш, что хорош собой. Мин многозначительно толкается языком в собственную щеку изнутри и откидывает голову назад, обнажая тонкую шею с соблазнительной венкой. Ким хочет разложить своего хена прямо в лифте, на грязном полу или прижав к стенке, но с ними заходит пожилая женщина с котенком на руках, а потому и приходится сдерживать себя, моля все высшие силы не дать ему обкончаться на месте. Когда они доезжают до нужного этажа, спустя мучительную бесконечность, Ким заталкивает старшего в дом, едва не убивая его о дверной косяк. Старший пятится назад, посмеиваясь, стягивает с себя куртку и еще шире улыбается. Тэхен тянется к нему, чтобы поцеловать в розовые губы, но вместо поцелуя получает удар в подбородок. - Не так быстро, малыш. Младший сплевывает кровь изо рта, потирая пульсирующую от боли челюсть. Блять, больно. Мин заламывает Тэ руку, отчего тот возмущенно шипит, пытаясь вырваться из крепкой хватки. Освободившись, Тэхен впечатывает хена в шкаф-купе всем телом, вгрызается в чужое острое плечо, кусает до крови, до возмущенных матов со стороны Юнги, который обещает сломать ему руки. Бледная кожа сладка на вкус, а еще вкуснее эта до безумия алая кровь - от всего этого возбуждения становилось только больше. Мин Юнги был одним сплошным ходячим фетишем для Кима; с ног до головы, начиная с кончиков пальцев и заканчивая всеми своими больными фантазиями и пунктиком на "бойцовском клубе". - Ты охуенный, - шепчет младший, грубым движениям срывая чужую одежду и белье. - Охуенный настолько, что пиздец... Хен смеется снова, смеется так, что в чужой груди что-то с хрустом ломается, а потом перестает сопротивляться, отдаваясь Тэхену целиком; видимо, ему понравилось то, что он услышал. В принципе, можно обойтись и без драки, причинять боль другими способами. Вместо ударов царапины и укусы, а еще чуточку больше матов, чем обычно, хотя куда уж еще больше. Ким до боли сжимает чужие бедра руками, ладонями примеряется к молочным ягодицам, стонет в раскрытые горячие губы, делая первый несдержанный толчок. Внутри хена г о р я ч о. Горячо и узко настолько, что хочется сдохнуть от всей палитры ощущений и эмоций. Тэхен отчего то даже думает, что готов разрыдаться от кайфа и счастья, словно ребенок. Юнги в этот момент страшно притягательно пошлый и безумно грязный с широко раздвинутыми ногами, приглашающий и принимающий на этой долбаной скамеечке в прихожей. Он прогибается в пояснице, словно кот, цепляется пальчиками за все, что попадется, негромко постанывает и низким голосом шепчет ужасно волнительные вещи. Весь мир становится таким незначительным, таким совершенно бессмысленным по сравнению с тем, что происходило между ними двумя. Тэхен хватает хена за горло по просьбе самого старшего, слегка душит, и с удовольствием смотрит на лицо, выражающее чистейшее наслаждение. Хен не может жить без боли. Вонзившись в широкие, загорелые под золотым солнцем Тэгу плечи короткими ногтями, Юнги начинает активнее насаживаться на чужой член, моля не останавливаться. Внутри него зреет яркий оргазм, равный взрыву миллиарда далеких звезд в просторах необъятной галактики. Почти обжигающее, но такое приятное тепло разливается по телу волной, на мгновения отбирая способность нормально соображать. Кончивший следом Тэхен, не останавливается, продолжает толкаться в бледно-молочное тело, продлевая себе момент удовольствия, за что получает от Мин хлесткую пощечину, после которой в правом ухе звенит. - Хватит, я сейчас умру от переизбытка ощущений, понимаешь? - хрипит парень, ловко слезая с Кима. Ничуть не стесняющийся собственной наготы, Юнги босиком шлепает в ванную, напоследок спрашивая: "Ну ты там идешь, нет?". И Тэхен, конечно, идет, потому что у него снова встал на эту голую задницу.