Ошибки прошлого

— Что ты себе позволяешь, сволочь?! Отпусти меня! — Громче, Максимофф. Мне кажется, он тебя не слышит или догадывается, что всё это разыгранный спектакль и актриса из тебя никудышная, — тихо говорит Тони, еле сдерживаясь от того, чтобы не засмеяться. — Я без проблем могу таскать тебя на своем горбу, но это будет при других обстоятельствах, а сейчас постарайся изобразить из себя жертву. Нам нужно признание твоего... — Еще раз назовешь его моим дружком и получишь в глаз, — озлобленно шипит Ванда. — Если я начну орать на весь штаб, сюда сбегутся все агенты, включая Фьюри. — Тогда, может, это заставит крота вылезти из своей норы? Ведьме совсем не нравится, с какой интонацией он произнес эти слова. Он точно задумал что-то недоброе. И уже через мгновение она убеждается в своей правоте: Тони ставит девушку на ноги, поворачивает к себе спиной и сдавливает горло. Ванда пытается хватать ртом воздух, но не может. Она задыхается. Царапает ногтями по металлу, стучит, но хватка Тони стальная, словно это не игра, а всё взаправду и он действительно намерен убить ее. Дверь распахивается, и оттуда вылетает взбешенный Эдриан. Он смотрит в заплаканные глаза Ванды, боясь подойти. Будь Тони в обычном деловом костюме, Эдриан бросился бы на миллиардера с кулаками. Но сейчас шансы не равны. — Убери от нее свои руки, тварь. — А то что? Прекрасно вжился в роль. Молодец, Старк. — Я убью ее, и ты не сможешь мне помешать. Я готов всю оставшуюся жизнь провести в бегах, но зато буду знать, что твоя девчонка больше никогда не сможет ко мне подобраться. — Что ты хочешь? Я всё сделаю, только отпусти Ванду! — Они блокировали мои способности, — и она беспомощно дергается, показывая, что ничего против него не может сделать. — Всё, что мне от тебя нужно, — это признание, но ты ради бывшей подружки на это не пойдешь, я прав? — Я — не ты. Несите ручку с бумагой, диктофон или что еще вам нужно? Я готов сделать признание.

***

Спустя час подписали официальное признание, Эдриана отправили за решетку. Он сказал, что действовал один, но Фьюри настаивал на том, чтобы подле дома Тони и Ванды стояла охрана на случай, если появятся сообщники Эдриана для завершения миссии. Всем, кто участвовал в несанкционированной операции, сделали выговор, после чего сразу похвалили. Тони предложил девушке выпить у него дома, и она охотно согласилась. — Как ты? Прости за то, что там произошло. Мне пришлось пойти на крайние меры, чтобы... — Я не хочу говорить об этом. Всё кончено. Больше Эдриан никого не убьет. Но я готова поговорить о нас, Тони. Ненадолго гостиная погружается в тишину. Ванда предпочла бы и дальше закрывать глаза на то, что между ними происходит, волей случая оказаться в постели мужчины и утром проснуться в его объятиях. Вот так просто, без лишних разговоров, объяснений и признаний. Ей трудно говорить об этом, впрочем, как и ему. Они выпивают, изредка бросая друг на друга короткие взгляды и обмениваясь вежливыми улыбками. Внешне они остаются спокойными, в то время как в душе мечтают наброситься друг на друга и сорвать с себя одежду. Ванда закидывает ногу на ногу, демонстрируя стройные ноги. Юбка на ней непозволительно короткая. Девушка всем своим видом старается спровоцировать Тони, а он лишь сжимает в руке бокал с вином, исподлобья любуясь изгибами девичьего тела. Он не до конца уверен, что их желание взаимно. Она ставит на столик бокал и подходит к шкафчику, где у Тони хранится большая коллекция дорогих спиртных напитков. Далеко идти не приходится — в этом доме на каждом шагу есть выпивка. Голова слегка кружится, тягостные мысли улетучиваются прочь, оставляя после себя пустоту. Ванда замечает, что Тони почти не пьет, поэтому она бросает идею напиться, так как уснуть сегодня крепким сном они оба не планируют. А меж тем напряжение с каждой минутой лишь нарастает. — Ванда, — выдавливает Тони хриплым голосом. Она слышит его приближающиеся шаги — такие же громкие, как и стук ее сердца. — Да? Она ощущает, как его ладони скользят снизу вверх по ее рукам, заставляя поднять их, и не медля стягивают через голову майку. Белый кружевной бюстгальтер отправляется на пол следом за майкой. Пальцы с жадностью впиваются в бедро, сминают грудь, оставляя отметины. Тони с трудом можно назвать нежным любовником. Он берет то, что хочет, и не спрашивает о пожеланиях избранниц. К тому же, он слишком долго ждал этого момента. — В спальне? — спрашивает он, медленно стаскивая с нее трусики. Не в силах что-либо ответить, Ванда отрицательно качает головой. Она обеими руками опирается о шкаф, размышляя про себя, не перебраться ли на диван. Будет жалко, если они расшатают шкаф и от бутылок останутся одни осколки. Тони этот вопрос нисколько не заботит — его волнует девушка, изнывающая от желания. — Давай не здесь, — с трудом выговаривает она, слыша звук расстегивающейся молнии на брюках. — Поздно, детка. Он заставляет Ванду наклониться вперед и задирает юбку. Она дрожит от прикосновений его пальцев там, внутри. Стонет громко, бесстыдно, не сдерживая себя. Шире разводит ноги, позволяя пальцам двигаться как можно глубже. Когда Тони понимает, что она готова принять его, он обхватывает округлые бедра и врывается в податливое тело одним резким движением...

***

Сквозь сон Ванда слышит мужской голос, обращенный не к ней. Она открывает глаза и видит рядом с собой на постели Тони, разговаривающего по телефону. По его суровому выражению лица понятно, что разговор не из приятных. — Оторвись от моей задницы, Фьюри, хотя бы на один день. Она не знает, что отвечает директор, скорее всего, спрашивает, чем таким важным Железный человек может заниматься в семь часов утра? Нет ничего важнее службы этому миру. Солдат не дает себе передышки, он встает, собирается с духом и снова бросается в бой, спасая жизни невинных людей. О себе же следует заботиться в последнюю очередь. — У меня выходной, — Тони недовольно причмокивает и закатывает глаза, отнимая подальше от уха телефон. Из динамика так громко раздается очередное гневное выступлением Фьюри, что даже Ванда теперь слышит каждое слово. — Что ему нужно? — Он паникует. — По какому поводу? — Ты пропала из виду. Агент стучался в дверь твоей квартиры, но никто не открыл. Фьюри стал чересчур подозрительным. Он до сих пор не доверяет тебе, считает, что ты решишь продолжить дело Эдриана. — Да уж, и нисколько это не оскорбительно, — девушка забирает у Тони телефон и милым голосом произносит. — Это Ванда, сэр, которая Максимофф. Узнали? Да, это не поддельный голос, — через паузу говорит она. — Да, я сейчас нахожусь рядом со Старком, — снова пауза. — Да, я в его постели. Рука ведьмы плавно исчезает под простыней. Фьюри различает сквозь голос Ванды сбивчивое дыхание Старка и его беззастенчивые стоны наслаждения. Будь у директора ЩИТа на голове волосы, они бы непременно встали дыбом. Вскоре он пришел в себя от шока и таки сжалился над страстными любовниками, оставив их в покое.