Записки о Квиддиче или еще одна история любви.

«Сириус, я уже давно не получала от тебя писем. Надеюсь, с тобой всё в порядке, и та очередная блондинка из бара не откусила тебе голову. Или она была брюнеткой. Неважно. Я уже неделю лежу в больничном крыле из-за собственной невнимательности: тролль-слизеринец во время матча скинул меня с метлы. Но не переживай, я ещё отыграюсь! Мадам Помфри говорит, что уже через пару деньков я смогу вернуться к учёбе и тренировкам. Я не скучаю. Гарри вместе с Роном и Гермионой навещают меня каждый раз, как появляется свободная минутка. Анджелина и близнецы заглядывают реже, так как Уизли не вылезают с отработок (кстати, они недавно перекрасили Миссис Норрис в розовый цвет. Филч чуть не умер), а Джонсон пропадает на тренировках. Несмотря на то, что мы с Джорджем немного повздорили, он меня навещает. Я рада ему. Капитан нашей сборной навещает меня. Он приносит лакричные палочки и кокосовые конфеты. Надеюсь, что метла поднимет меня после больничного. Всё потихоньку возвращается на свои места, стоило только сломать рёбра и получить сотрясение. Классно! Бродяга, ответь мне как только сможешь. Пожалуйста! Иначе я прилечу в Лондон и разнесу твою квартиру к Мерлиновой бабушке. А в придачу выгоню оттуда всех девиц, отвлекающих тебя от твоей любимой звёздочки! (Да, я эгоистка, и что?) Твоя Лорен». Девушка отложила письмо и убрала перо в чернильницу. Неделя в больничном крыле, по идее, должна была тянуться и быть скучной. Но благодаря окружающим, Лорен не чувствовала больничных тягот. И речь не только о Гарри и близнецах. В своём письме девушка вскользь упомянула присутствие Вуда возле своей койки. Лорен не хотела рассказывать, что каждую ночь она засыпает под тёплый голос Оливера, читающего её любимую сказку о Фонтане феи Фортуны из сборника барда Бидля, а просыпается от нежного поцелуя. Это было маленьким секретом, убранным в коробочку самых тайных секретов. Именно там она хранила её поцелуй с Джорджем, встречу с Драко в Астрономической башне и съеденный в тихий рождественский вечер пудинг Рона. Лорен глянула на часы — без пятнадцати шесть. «Оливер, наверное, ещё на тренировке. Да, кажется, он говорил, что сегодня команда отрабатывает «петлю» и подсечки. Это надолго. Значит, сегодня появится не раньше полуночи». Девушка взяла с тумбочки учебник по Истории Магии и принялась читать. Травмы травмами, а навёрстывать упущенное придётся. Для успешной карьеры игрока в Квиддич почему-то требуется высший балл по скучному предмету, совершенно не связанного с квоффолами, снитчами и метлами. Она открыла раздел о Начале эпохи Суверенных Домов. «После гибели Артура и многих рыцарей Круглого Стола в сражении при Каламе 537 года, Остров и осколки магического мира вновь погрузились в море хаоса, маглы торжествовали. Саксы, англы и юты создают свои варварские государства, наступил период семикоролевья (VI–VIII вв.). Маги были растеряны. Некоторые нашли себя, пытаясь спасать людей, стонущих под бременем многочисленных болезней. Таким альтруистом мы можем считать Кентигерна, жившего во второй половине VI века. Кентигерн — имя, которым его называли маглы. Первое имя этого старого кельтского мага — Мунго (по-кельтски «Мой дорогой друг») — было дано ему его учителем Серфом…» — И кому это вообще интересно? Спустя пару часов девушка захлопнула учебник и швырнула его на тумбу. «Интересно, Оливер уже освободился?» Из размышлений девушку вывело внезапное появление черного филина, державшего в клюве письмо. «Сириус!» — мелькнуло в мыслях у девушки. Филин был необычайно красив: чёрное оперение, ярко-оранжевые глаза и пучки удлинённых перьев над ними. На лапке птицы красовался серебряный браслет с маленькими, переливающимися на свету сапфирами. Филин не позволил девушке взять письмо. Он просто бросил его на кровать, горделиво фыркнул и улетел. — Глупая птица! — девушка закатила глаза и принялась распаковывать белоснежный конверт. Лорен почувствовала пикантный аромат корицы, сочетающийся с древесными нотами. Если изначально девушка была уверена, что это письмо от Блэка, то ощутив шлейф, засомневалась. Письма Сириуса всегда пахли табачным дымом. Она открыла конверт. «Добрый вечер, Мисс Язва. Наверное, ты удивлена, что получила письмо от меня. Надеюсь, тебе понравилась птица. Это Ворон. Забавно, не правда ли? У него своеобразный характер. Я неоднократно хотел навестить тебя, но твой братец вечно путается под ногами. Не думаю, что Поттер обрадуется моему визиту. Слышал, что тебе уже лучше, и ты скоро вернёшься к занятиям. Поздравляю. Тебе, наверное, не терпится отыграться? Кстати, вынужден признать, что Флинт вывел из игры сильного противника. Если бы не это, то игра бы закончилась позорным исходом. Проиграть Гриффиндору — это ли не позор? Удивительно, что ты плакала после ссоры с каким-то другом, но не проронила ни слезы, ощутив всю «прелесть» игры с моим факультетом. Это похвально! Ты не такая уж и тряпка, коей была возле Чёрного Озера. Собственно, я бы хотел извиниться за излишнюю грубость той ночью. Это было недостойным поведением в адрес человека, оказавшего мне поддержку. Будь так добра, прими мои извинения! И поправляйся в скорейшем времени. М.» Лорен вглядывалась в написанное. Ей не верилось, что отправителем был Малфой. «Этот человек не перестаёт меня удивлять! Засранец!» Гриффиндорке было несказанно приятно, что слизеринский принц извиняется перед ней. Но её раздражали его перепады настроения и то, что он может обидеть человека абсолютно ни за что. Лорен решила не отвечать на письмо. Есть ли смысл? Она прекрасно понимала, что в ответ не напишет ничего хорошего. Ещё бы, он задел её Гриффиндорскую честь! «Если проиграть Гриффиндору позорно, то ответить на письмо какого-то там белобрысого слизняка, хоть и чертовски притягательного, может лишь какая-нибудь Паркинсон! Стоп. Я назвала Малфоя притягательным? Вот чёрт!» Девушка взяла палочку и направила её на письмо. — Инсендио! — от ароматных извинений Малфоя остался лишь запах гари. Коробочка с секретами пополнилась ещё одним экспонатом.

***

— Я думала, что ты не придешь, — Лорен обиженно надула губы. Оливер присел на кровать и нежно прикоснулся к её щеке. — Прости. Закружился! Причём, в прямом смысле. Джонсон долго не могла освоить «петлю». — Он улыбнулся. Глядя на измученный вид Оливера, Лорен казалось, будто парень с трудом фокусирует взгляд. Ему бы сейчас лежать в спальне для мальчиков, а не быть рядом с ней и болтать о всякой ерунде. — Оливер, может ты пойдешь к себе и отдохнёшь? — девушка зарылась рукой в его волосы, пока Вуд ложился рядом с ней. Он, словно котёнок, уткнулся в её грудь. — Я уже отдыхаю, — сказал, будто прошептал парень. — Я серьёзно! Ты не высыпаешься! Сам же прекрасно знаешь, как важен здоровый сон! — Поттер, это единственная возможность, когда я могу побыть с тобой. Наслаждайся моментом! Лорен чувствовала, как каждая клеточка её тела наполнялась радостью. Казалось, она никогда не знала, что это такое. Но сейчас ей казалось, что это именно оно — счастье. В её мыслях, глядя на Оливера, всегда всплывала фраза «мой уютный человек», но и некий страх перед их отношениями всё же тревожил. Он — звезда сборной, капитан команды с кучей поклонниц. Обаятельный парень с незаурядным умом и блестящей будущей карьерой спортсмена. Она — загадка для каждого парня в Хогвартсе. Вот Лорен улыбается и хихикает, а завтра — игнорирует. Непостоянная красавица с ужасным характером. Если Оливер всегда знает, чего хочет, то она — нет. Спокойный, прагматичный Вуд и взрывная идеалистка Поттер. Просто атомная смесь для окружающих. — Оливер, я хотела бы обсудить пару деталей… — Лорен нервно сглотнула. Вуд не ответил. Он сладко посапывал рядом. Конечно, ведь сон — это лучшее лекарство от бед. Девушка улыбнулась, глядя на умиротворенного капитана. Ей хотелось залезть к нему в голову, увидеть сны, заставляющие уголки его губ растягиваться в улыбке, разделить вместе эти мгновения. Ведь сны — являются зеркалом самых больших страхов и сильных соблазнов. Ей хотелось знать, что ощущает парень, находясь рядом с ней. Вдруг всё происходящее — временно. Стоит лишь ей выйти из Больничного крыла, и Оливер вернётся к своей армии фанаток. Забудет то, как засыпал и просыпался рядом с ней. Ведь, если для неё это впервые, то для него лежащая девушка рядом, глядевшая влюбленными глазами — обыденность, залог хорошего сна. Такой успех у женского пола объяснялся просто — Оливер мог без них обойтись. Но не стоит забывать, что нет ничего тяжелее лёгких связей. Каждая девушка в его окружении знала о существовании другой. Это несколько осложняло его кратковременные интрижки, ведь девушки старались удержать Оливера возле себя любыми способами. Чтобы избежать лишних встреч и привязанностей, Вуд выработал принцип: не более двух встреч с одной девушкой. Это срабатывало. Обычно после второй связи с очередной фанаткой Вуд обрывал все контакты, объясняя это тем, что ему не нужны отношения, и дело абсолютно не в ней. Эти дешёвые фразы всегда срабатывали. Конечно, иногда случались эксцессы. Лиззи с квиддичного поля начала его преследовать, подкидывая письма с угрозами: «Малыш Олли, если ты не будешь со мной, значит, ты не будешь ни с кем!» Он ненавидел, когда ему придумывали прозвища. Единственным человеком, которому он бы позволил называть себя «котиком», «зайчиком» или даже «горным троллем», была Лорен Поттер. Его просто тянуло к этой девушке, несмотря на её необузданный нрав и острый язычок. Он был готов прощать любые колкие фразы. В его сердце, помимо квиддича, был кое-кто ещё. И это заставляло его просыпаться по утрам и приносить победы родному факультету.