Остаться в живых

      "3 сентября Дорогой дневник, дождливый Форкс... Именно сюда я переезжаю. Конечно маме с папой это решение далось не так уж просто. Во Флориде осталось многое: дом, работа, моя любимая школа, моя лучшая подруга, Пенс.. я буду скучать. Странно думать о том, что больше не увижу тебя на своём крыльце с огромными пакетами и твоими привычными утренними криками. Правда, есть мобильники и электронная почта, но ничто не заменит мне твоей компании.       Форкс - это небольшие, уютные домишки, зелёные необъятные поля, тут почти никогда не бывает солнца, весьма печально, но, думаю, для меня это будет не такая уж большая проблема. Сейчас мы подъезжаем к нашему новому дому. Да уж, происходящее оставляет желать лучшего. С этого дня, я - Гермиона Грейнджер, начинаю новую жизнь и обратно дороги больше нет" - Не думала я, что мы заедем в такую глушь... - из машины раздался возмущенный голос, девушка медленно выбралась из транспорта и теперь прохаживалась вдоль тропинки перед новым домом. - Гермиона,мы всё обсудили! Ты же знаешь что так надо! - этот голос принадлежал отцу, который протягивал руку для того, что бы помочь выйти своей жене из машины. Женщина очень устала после дороги, да и девушка тоже. Из этой троицы только глава семейства держался из последних сил. - Да, да... ладно, занесёте чемодан в мою комнату, пока я буду изучать этот раритет? - рука шатенки непроизвольно дернулась в сторону дома, стоящего среди янтарной зелени. Ароматные травы изысканным запахом распространялись по периметру усеянного маленькими цветами-бисеринками газона. - Да, иди, - сухо ответила мать.       Гермиона быстрыми шагами направилась в сторону входной двери в комнату, распахнув её настежь, давая сквозняку проникнуть вовнутрь заброшенной гостиной. Было видно, что последние жильцы этого дома решили не усложнять себе жизнь ремонтом и прочими привилегиями. В этом доме веяло чувством грусти, потерянности, одиночества.       Первый этаж пустовал, ничего такого, что могло бы привлечь чье-либо внимания тут не находилось , да и настроения осматривать первый этаж у девушки не было, поэтому, она решительно направилась к пыльной лестнице и не думая, начала подниматься по ней, волоча одну ногу за другой, чуть не спотыкаясь о последнюю ступеньку.       Толстый слой пыли покрывал почти каждый сантиметр комнаты, лестницы, старых окон, грубо сделанных элементов декора.        На втором этаже оказалось всего 3 комнатки: личная ванна, комната для гостей и личная комната одного из предыдущих жильцов. Она медленно прошлась по узкому коридору, на втором этаже было довольно холодно. Места было слишком мало, коридор расширялся лишь в начале возле ванной комнаты, далее стены дома уменьшались, делая расстояние для ходьбы до неприличия маленьким. Изучать верхний этаж ей так же само как и первый долго не пришлось. Ноги шли вперед и вот, шатенка стояла перед комнатой, в которой осталось больше всего следов хоть какой-то жизни, так называемое помещенья походило больше на забытую комнатушку, которую пристроили между ванной и комнатой для гостей, новая опочивальня не производила положительных эмоций. Раритетная мебель, поросшая мхом, комод, узкая кровать и пыльный шкаф. Деревянные ставни старых окон и желтоватые шторы. Много грязи на полу, в некоторых местах даже паутина, все тот же слой пыли и ощущение пустоты. - Ужас та какой! - она невольно вскричала. Это звук долетел до первого этажа, обеспокоенный отец ворвался в комнату с вопросами, вид был испуганный и озадаченный. - Что!? Гермиона,что стряслось!? - в одной руке мужчина сжимал дорожный чемодан, его глаза перепуганно блестели в полумраке верхнего этажа. - Ничего, папочка... просто... вдохновляюсь своими новыми апартаментами. - она протянула фразу с какой-то не присущей ей прежде иронией в голосе. И вообще, в последние время Гермиона слишком часто говорила с сарказмом. Может быть, это было последствие её переезда, а может, обычная подростковая глупость.       Отец пристально оглядел каждый клочок старой комнатки лицо не искажало не одной эмоции, лишь оценивающий взгляд. Мистеру Грейнджеру никогда не давали его настоящий возраст теперь девушка понимала почему. Кожа сохранилась в почти идеальном состоянии, на лице не было ни одной морщинки. В профиле просматривались отчетливо выраженные скулы. - Да... не ожидал я такого, но ничего, сегодня же ты наведёшь тут порядок, а вечером завезут новую мебель, на счет ремонта, думаю можно не беспокоиться, твоя мама позаботиться об этом. - спокойно произнес он. - Но, папа! Я только приехала. - это действительно взбесило Гермиону. - И что это должно поменять? - тон мужчины временами раздражал Грейнджер. Он говорил с ней как с пятилетней девочкой, которая ничего не понимает в этой жизни. Она раздраженно фыркнула, закатив глаза. - Отлично! В первый день на новом месте буду "покорной рабыней" благородного дома рода Грейнджер... - Не язви! - это были его последние слова, после он, хлопнув дверью, оставил шатенку в полном одиночестве.       Ну что же, делать нечего, она молча присела на корточки подвигая к себе дорожный чемодан, сколько предстояло сделать, это даже уборкой нельзя толком назвать. Расстегнув сумку и ища там маленький футляр от плеера, на глаза девушки попался старый альбомчик, заклеенный сотнями фото, которые буквально вываливались оттуда, разные по размерам, маленькие и большие, старые и не очень. На душе сразу стало тепло и ясно. Сколько воспоминаний было в этом старом альбоме, с слегка пожелтевшей от времени обложкой, которая когда-то была нежно-желтого цвета они и её друзья. На старых сероватых снимках была запечатлена жизнь, девушки, которая была счастливой и радостно, той, жизнь которой была заснята начиная с первого класса и заканчивая десятым. Эти фото, где лучшая подруга - Пэнси, сидит с чашкой горячего какао на просторной кухне, а Джозеф, Рон и Рози показывают сзади неё что-то похожее на танец диких индейцев, не давало покоя. На обороте фото кривыми строчками было написано четыре раза "Я люблю тебя". Это последнее фото, которое было сделано в старом доме, во Флориде. 4 фразы "Я люблю тебя" были оставлены Роном, Пэнси, Джозефом и Рози. Гермиону всегда удивлял тот факт, что их с Пэнси подчерка были практически одинаковыми. Буквы большие, но аккуратные, округлые и каллиграфичные.       От этих воспоминаний на её ресницах дрогнула непроизвольная слеза. Как грустно осознавать все происходящее, но как приятно просматривать фото и вспоминать о дорогих людях. Быстро откинувши взгляд от тяжелых воспоминаний, она собрала беспорядочные волосы в конский хвост и надев наушники, принялась очищать комнату от "лишней растительности". Спустя час потолок, пол и все углы блистали. Тяжело вздохнув, девушка принялась очищать кровать, комод и другую мебель. Это было мучительно, но зато в конце, комнатой можно было гордиться или хотя бы сказать, что тут, может жить человек. - Ну что же... Ты можешь гордиться собой, Гермиона.. - эгоистично обратившись к себе с самопохвалой, девушка рухнула на кровать, закрывая глаза и представляя, как под играющую в её наушниках песню она переносится на далёкий и тихий пляж, слыша, как каждая волна прибоя разбивается о камни.

***

- Гермиона, Гермиона, поднимай свою ленивую задницу и иди обедать! - это были крики мамы... Только она так будила свою ненаглядную дочурку. Это было не так уж и часто, всего лишь тогда, когда она злилась или что-то мешало ей. - Да, мам, уже иду! - медленно встав , Гермиона около минуты стояла соображая что происходит,после же, чуть пошатываясь, пытаясь полностью ощутить под собой твердую опору, девушка спустилась на первый этаж.        Зайдя на кухню, следовало отметить как всё зрительно стало чище кухня почти сияла, слабые лучи солнца пробивались сквозь окно и от этого, помещенье казалось больше. - Мам, как ты так быстро убралась? - с изумлением спросила Грейнджер. - Годы тренировок. - с ухмылкой сказала мать, бережно ставя тарелку со свежей едой, аромат которой аппетитно добрался до носа, заставляя ощутить голод.       Вообще мать Гермионы была очень доброй женщиной. Она уважала семейные традиции и всем сердцем любила свою семью, на её ни капли не усталом лице почти всегда сияла улыбка и от одного взгляда ставало легче. Это очень нравилось Гермионе, за это она её любила. - Дорогой, иди обедать, суп стынет! К столу, лениво переставляя ногу за ногой, подошел глава семейства. Он свернув газету, небрежно плюхнулся на шаткий стул, от чего стол слегка пошатнулся - О, суп! Замечательно. -Ну да, конечно, - буркнула себе под нос Грейнджер, возмущено подвигая к себе тарелку. - Гермиона, солнце, ты хочешь нам что-то сказать? - заботливо спрашивая и игнорируя её претензии спросил папа. - Да... папа.. когда.. когда привезут новую мебель, а то моя кровать слишком мала для того, что бы исполнять функции моего ложа. - она попыталась придать голосу мягкости, отводя тему от моих недовольных возмущений, но попытка была не слишком удачной. Отец взглянул на часы, почесав нос. - Ровно через 30 минут должны приехать грузчики. - О, отлично! - Гермиона, детка, мы с папой должный кое-куда съездить, оформить документы, пожалуйста, встреть грузчиков и проконтролируй, чтобы вся мебель стояла на своих местах. Мы будем поздно, можешь нас не ждать. - озабоченно сказала мать, наливая в тарелку суп - Окей, мам.

***

      Раздался оглушительный звонок в дверь. Взглянув на часы, девушка не торопясь пошла ко входу, открывая старую дверь и впуская в гостиную свежий воздух - Ну что же, ровно 30 минут. А вы пунктуальны. - с улыбкой пролепетала Гермиона, изучая молодого человека , что смотрел в ее глаза. - Спасибо, - раздался голос молодого парня. На первый взгляд ему было 17. Светлые волосы и костюм грузчика. В руках находился плазменный телевизор. Глаза были большими, как у маленького ребёнка и от них исходил живой интерес к происходящему. - Куда его ставить? - Думаю, в гостиную. И осторожней, не повредите пожалуйста по дороге ничего, хотя вредить тут уже нечего - парень слегка улыбнулся и Гермиона любезно впустила грузчика в дом       После часа расстановки, дом вдохнул в себя новую жизнь. Старый раритет сменился на новую, усовершенствованную мебель. Даже птицы за окном стали подлетать к окну, будто изучая новые апартаменты. Комната шатенки выглядела теперь совсем иначе. Большая и мягкая, отделанная деревянной резьбой кровать стояла в углу комнаты, быльца были светлого цвета, а в приятный на ощупь плед хотелось укутаться как можно быстрее. Рядом красовалась мини-тумбочка с вазой цветов, от которых исходил нежный запах свежести. Два мягких, пурпуровых кресла, стоявшие возле стенки, два модных шкафа, с уже стоявшими там украшениями и разложенной одеждой. И чёрные полки для книг, на окнах трепетали от ветра персиковые шторы, а на подоконнике лежало несколько маленьких предметов. - Ну вот, теперь и остальные вещи достать можно! - с этими словами она воодушевленно принялась раскладывать остальные вещи.       "3 сентября Дорогой дневник, день выдался тяжелым. Сейчас 17:05, мой желудок урчит, требуя хоть куска еды, а в холодильнике остался только кетчуп и буханка хлеба. Так как комната моя уже заполнена всяким барахлом, я отправлюсь в магазин за едой."       Для короткого похода в магазин этим вечером девушка надела свои новые джинсы и лёгкую толстовку, порывшись в карманах, ей удалось отыскала 15 $, не густо, но на печенье хватит. Быстро спустившись и перейдя улицу, Грейнджер зашла в ближайший магазинчик. Зайдя во внутрь, помимо разных сладостей, в глаза бросился парень со странными светлыми волосами. Так как он стоял перед ней на кассе и о чём-то оживлённо спорил с продавщицей, не давая купить печеньки, она с недовольством обратилась к нему - Извините, но не могли бы вы выяснить свои "мега важные дела" позже! Я очень голодна и поэтому могу разорвать вас в клочья, если вы не позволите мне осуществить мою покупку - она сухо рявкнула, делая ставку на то, что это спугнет его и парень как можно скорее уберется прочь. Но, видимо, эта речь не вдохновила его, и он решил не отступать, показательно повысив голос и игнорируя шатенку. - Пардон, я что тут, со стенкой разговариваю?! - это было слишком, блондин в открытую игнорировал её требования.       Незнакомец развернулся к Гермионе всем корпусом, лицо к лицу. Их глаза встретились.       Боже...какие это были глаза, серые, хрустальные, они злобно смотрели в карие глаза Грейнджер, словно одним взглядом этот парень был способен убить. - Чего пялишься!? - отрезал незнакомец. Голос был высоким и холодным - Я пялюсь!? Ты сам первый начал! Я не могла докричаться до тебя, парень, тебе что, твой цвет волос на мозг давит? - она недовольно возразила, мысленно подчеркнув то, что ей удалось привлечь его внимание. - Прости, что!? - в серых глазах читался шок. - Ах, да... прости, что не услышал твоего писка, наверное, ты пищишь, как мышь, и из-за этого окружающим тебя людям сложно что-то услышать! - он победоносно вскинул голову. Вызов был принят! - Хам! - Нахальная серая мышь!       С этими словами он быстро отошел от кассы, больно цепляя девушку плечом, направляясь к выходу. После этого разговора они разошлись. Незнакомец - к двери, Гермиона -к кассе. Эта стычка была одной из неприятных, но хуже всего было поведенье этого нахала. - Пачку шоколадного печенья, пожалуйста.