Жена мага

      Шейн валялся измученный и побитый, теперь он не мог даже пальцем шевельнуть, а еще ему нужно было отдышаться, рядом лежал приличной формы изумруд, который ему и обещали. Вся одежда была сожжена добродушным магом — что от такого «душки» было еще ожидать? Радовало только то, что теперь у него будут деньги, а уж на эти деньги маги его более-менее подлатают.       На следующий же день маг уже целовал и ласкал свою любимую женушку, которая краснела и терялась. Тиэль была очень благодарна мужу за то, что тот не спешил, и все же теперь она сама трепетала от того, как ей хотелось, чтобы он к ней снова прикасался. Сорочка упала на пол, и теперь Дегайт мог с удовольствием разглядывать любимые формы, за которыми столько раз подглядывал, однако теперь ему не нужна была для этого магия и, более того, он мог с радостью прикасаться к любимой жене, а она только и рада. За эти дни Тиэль уже попривыкла к мужу и его прикосновениям, объятиям, хотя все равно краснела. Теперь она и сама касалась черного тела мужчины, но руки вниз не опускала.       Дегайт нежно поцеловал девушку, взял ее на руки и понес на кровать, куда и положил ее так, будто она была самым ценным сокровищем в мире, впрочем, для мага именно так и было. Тиэль краснела, но не отрывала взгляда от своего мужа, тихонько улыбаясь. Глаза ее были такими робкими и невинными, и в то же время она уже была готова, она ему доверяла, как никому на свете.       Дорожка из поцелуев тянулась до самого низа, и маг нежно ласкал девушку своими грубыми, черными пальцами, как будто те принадлежали вовсе не ему. Тиэль нежилась на подушках, извиваясь. — Будет немного больно, — прошептал маг. — Я готова, — также тихо ответила Тиэль, прикрывая глаза. Ей хотелось ответить магу взаимностью, сделать ему также хорошо, как он ей до этого. — Хочу, чтоб тебе было хорошо. — Мне будет, не сомневайся, — прошептал маг и в то же время стал медленно входить в свою женушку, а у той аж перехватило дыхание, она боялась шевельнуться. Было немного больно, и в то же время в нее входил ее собственный муж, такой добрый, нежный и ласковый. Такому было не страшно отдать себя целиком, раствориться в нем, забывая обо всем на свете.       Дегайт не мог поверить, что все это происходит наяву, а не в его собственном сне. Что он действительно занимается любовью своим милым ангелом, так мило краснеющим, таким чистым и непорочным, таким легким и воздушным. И даже собственная его темнота не пачкает истинно светлые, пусть и невидимые крылья его ангела. — Моя Тиэль, — шепчет он в порыве страсти, боясь говорить громко, чтоб не спугнуть свое видение, чтоб оно длилось вечно.       Тиэль громко вздыхала с каждым движением тела, все это было так ново и необычно, она обнимала своего мужа и целовала. Теперь она была полностью его, и душой, и телом. — Мой муж... мой Дегайт... — тихо отвечала она.       Так и закончилась эта ночь. А утром, поцеловав любимую, маг ушел. Как он сказал, в гильдию. Ему нужно было выплеснуть ту опасную, уничтожающую страсть, что вновь накопилась в его душе. И для этого ему нужен был Шейн.