Бой за любовь

Стояла холодная ночь и такая же луна, освещая безмятежный темный лес. Тишина в этом месте напрягала, но также придавала загадочности. На одном из поваленных деревьев сидела девочка с волосами цвета крови, в черном траурном платье и вуалью на лице. Она постукивала своим маленьким ноготком по древесине и напевала мелодию, качая головой в такт. Девочка была бледна при свете луны, а ее кожа на ощупь была словно лед. Она была мертва. И кого-то ждала за ночью ночь, за веком век. Тихий шепот леса пронесся мимо очаровательной мертвой особы. Если внимательно приглядеться, то на ее бескровных губах застыла счастливая улыбка. Шепот повторился. Он становился все громче и громче, и вдруг можно было услышать фразу: «Он вернулся!» Резко голоса леса смолкли и, будто по волшебству, деревья раздвигались в стороны, чтобы показать гостя, которого так долго ждали. По тропе шел юноша с белыми, как снег, волосами и светящимися фиолетовыми глазами. Он был чуть выше девочки. Вуаль ненадолго поднялась из-за ветра. И можно было рассмотреть цвет ее глаз, такие же, как и у мальчика. Он протянул ей руку. Я вздохнула, откинувшись на спинку кресла, на которое я забралась с ногами, поджимая под себя. На моих коленях лежал ноутбук, на котором я начала писать свою новую историю. Но мне кажется, что начало какое-то мрачноватое. Я потянулась и начала вставать, отложив ноутбук на небольшой стеклянный столик. Наверное, ванна уже набралась, и я поспешила понежиться. Оказывается, у меня тоже имелась личная ванная комната, такая же большая, как у Лекса. С того инцидента с джакузи прошло уже три дня и сегодня надо было ехать на семейный ужин с родителями. Как вы понимаете, я так и осталась жить у Лексуса, тот особо не возражал, вернее он просто поставил меня перед фактом. Дреяр мне даже ключей от квартиры не дал, так я и сидела в четырех стенах. Иногда мы с Лексом гуляли, но почти не разговаривали. Чаще всего он приходил домой хмурым и очень нелюбезным. Кстати говоря, когда я уснула в ту ночь вместе с Лексусом, то проснулась одна. Его постельное белье до сих пор хранило его запах, а на месте, где он недавно лежал, чувствовался неудержимый холод. После чего я начала замечать, что он дожидался, пока я усну и уходил из дома. Он закрылся от меня. Ночью, лежа в своей постели, меня душила ревность и… ненависть. Не могу точно сказать; к кому я испытывала ненависть. К себе? Лексусу? Нацу? Лисанне? Я запуталась. Я задыхалась. Мне снился прекрасный сон. Там была я и мой брат. И в его объятьях я потерялась для себя. Мне нравилось то, как он держал меня в своих руках, как билось его сердце: твердо и уверенно, придавая мне сил идти дальше. Вот только… куда? Я залезла в воду, даже не смотря под ноги, и это было моей главной ошибкой. Что-то скользкое проплыло у меня между ног. Я опустила голову, чтобы посмотреть. Сглотнула. Прикрыла глаза, чтобы досчитать до десяти, и с диким криком вылезла из ванны, даже не стараясь прикрыться, а после выбежала и из спальни. — Дреяр! Скотина! — заорала я. — Я убью тебя! Ты какого хрена мне мертвую медузу подсунул, а?! Да я тебя засужу! Лексус спокойно вышел из своей комнаты и, пытаясь сдержать смех, серьезно посмотрел на меня. Он оглядел меня с ног до головы, и до меня дошло, что я абсолютно голая стою перед ним. О. Мой. Бог. Я попыталась закрыться руками, но сразу же спохватилась — дело гиблое, и вбежала в свою комнату. Оставив дверь приоткрытой, чтобы просунуть голову и продолжить возмущаться. — Ты вообще меня слышишь, Дреяр?! Я увидела, как он быстро повернулся ко мне спиной и напряженно спросил, демонстрируя полное изумление.  — А что такое? — Это у тебя надо спросить! Немедленно вытащи этот труп из моей шикарной ванны! — закричала я, даже не стараясь понизить тон.  — Нет, — ответил он спокойно. — Она сама растворится, а если тебе так надо привести себя в порядок, то моя комната к твоим услугам. Лекс усмехнулся своим словам. Мне очень хотелось ударить его, вот прямо костяшки чесались. Но делать нечего, надо соглашаться, через пару часов надо будет ехать к маме с папой. Я тряхнула волосами и прямо посмотрела на брата, который все так же продолжал стоять спиной ко мне. Ха! Ну и пусть!  — Только ты не зайдешь туда, пока я буду мыться, — твердо проговорила я. Он хмыкнул, но ничего не сказал, просто ушел в гостиную, давая на право распоряжаться его комнатой. Мои щеки горели от стыда за то, что он увидел меня обнаженной. Раньше меня видел такой только один мужчина — Нацу. От этой мысли мое сердце болезненно сжалось. Оставался час до того момента, как мы должны были собраться и поехать к родителям. Но к нам заявилась неожиданная компания, а если быть точнее, то друзья Лекса. Эвергрин вошла в квартиру первая, покачивая бедрами, поправила очки и, заметив Лексуса, кинулась ему на шею. Я скрипнула зубами от ревности, но больше никак виду не падала, что мне неприятно. Фрид тоже не отстал от Елочки. Это выглядело так, будто щенки наконец-то увидели свою мамочку. Я нахмурилась. Странно. Но это только подтверждает мои догадки, что он не бывает с друзьями ночью. Ребята выглядят изголодавшимися по общению с Дреяром. Вот только не Бикслоу, который был мрачнее тучи, поэтому я не колеблясь, положила свою руку ему на плечо, в знак поддержки. Ужасно узнать, что близкий тебе человек — изменяет. Он не скинул мою конечность, а только обнял очень сильно, будто хотел сломать мои кости. Но это было не так. Просто ему нужен кто-то, кто поможет ему снова встать на ноги после предательства. Я почувствовала на себе чей-то взгляд и медленно повернула голову. У меня перехватило дыхание от того, как Дреяр смотрел. Было в этом взгляде что-то звериное и темное. Я давно поняла, что Лексус Дреяр — это один большой греховный секрет, который я хочу разгадать, попробовать на вкус. Какой же будет его самая сокровенная тайна? Мы расселись по диванам: я села между Бикслоу и Фридом, напротив нас Эвергрин и Лекс. Я пила черный чай, который недавно себе заварила, и внимательно слушала разговор, который был неинтересен, до того момента, как Лексус задал главный вопрос: — Слоу, что ты сделал с Драгнилом? Тот пожал плечами и хмыкнул, говоря этим, что ничего рассказывать не будет. Надо же, он никогда не перечил Лексу и любил похвастаться своими победами. Я покачала головой. Хотя, какая тут победа? Полнейший провал. — Ничего особенного не случилось, — взял слово Фрид. — Локи успел их вовремя оттащить друг от друга. Нацу всего лишь сломал руку, когда отбивался от Бикслоу. Лисанна же… Честно сказать, сам не знаю, будто испарилась. С Драгнилом я ее больше не видел. Бикслоу при упоминании Лис сжал кулаки и втянул в себя воздух, заставляя успокоиться. — Простите, ребят, мы выйдем с Бикслоу. Нам нужно поговорить. И потащила его к лестнице. С этим парнем я была знакома давно, так случилось, что он часто приходил в гости к Лексусу, когда мы были детьми. Больше времени он проводил со мной, иногда читая мне книгу и выслушивая сбивчивые рассказы о том, как прошел день. Хоть и был не так уж и намного старше меня, но Слоу стал мне практически родным братом. — Что с Лисанной? — спросила я.  — Прости меня, Люси, — проигнорировал он мой вопрос и вцепился в мои плечи. — Если бы только, возможно, я уделял ей больше времени, этого бы не случилось. Мое горло сжалось, во рту все пересохло. Нет, он не должен брать свою вину на себя. Мы оба ослепли от своей любви, привязанности к этим двоим. Я обняла его, притягивая к себе. Сначала я почувствовала, как его тело напряглось под моими прикосновениями, но вскоре быстро расслабилось.  — Так сложились обстоятельства, Бикс, — прошептала я, смотря в его глаза. — Рано или поздно это все произошло бы. Не знаю, сколько времени мы простояли так в обнимку. По-видимому, больше чем две минуты, так как к нам подошел Лексус с тяжелым взглядом. Очень тяжелым. И это было не очень хорошим знаком… для кого-то. Распрощались мы с небольшим напряжением, потому что братишка был еще более угрюмым, чем обычно. И не сводил с нас с Бикслоу пристального взгляда, в котором можно было заметить предупреждение другу. Больше на сегодня гостей не было, но приходили все те же звонки и смс от Драгнила, которые я сразу удаляла, не уделив внимание. В машине Лексуса мы почти не разговаривали, иногда перебрасывались ядовитыми фразами и замолкали. В общем, все как обычно и никаких изменений в нашем общении. Но если так, то зачем я понадобилась ему на турнире? В чем смысл? Чего он хочет от меня? Его мысли невозможно понять, как и действия. Непредсказуемый и опасный. Лексус Дреяр. Семейный ужин проходил в столовой, оформленной в пастельных тонах. Отец постоянно ворчал, что у моей матери слишком яркий вкус. Но по мне, так она идеально знала все сочетания. Мой папа любил серые и тяжелые тона, как, в прочем, и Лексус. Они хоть и не были родными, но вот вкус у них был почти что одинаковый. Бизнес они вели жесткой хваткой, за это их и уважали, но для общественности они были не отец и сын, а взаимовыгодные партнеры. Да-да, только в близких кругах знали, что я и Дреяр — брат и сестра. Стол был уже накрыт, поэтому мужчины помогли нам с мамой усесться на свои места и начали вести неторопливую беседу. Первой под прицел, внимательных и очень заботливых родителей, попала я. Мне задали кучу вопросов от «как дела?» и до «почему вы расстались с Нацу?». Я выложила всю правду, кроме тех моментов, где я в клубе и разговор с Лексусом. Им это знать не обязательно. Следующим стал Дреяр. — Как твоя работа, дорогой? — спросила мама, отправляя кусочек телятины себе в рот.  — Все прекрасно, мама, — невозмутимо ответил Лекс. — А турнир по ММА? Вроде так, это называется. Ты готов к нему? — продолжала свой допрос она. — Конечно. Я каждый день тренируюсь и жду не дождусь, когда надеру им всем задн… Кхм, когда смогу победить, — так же отвечал он. — Почему вдруг начал уделять такое внимание Люси? Помню, ты ее пытался избегать, когда стал подростком, а после и вовсе сбежал. — Мама! Я же говорил, что… — Ах, ну да, конечно. Ты хотел стать самостоятельным, поэтому решил уехать в Англию. — Мама, ты! — Что «мама»? Я уже, знаешь, сколько лет мама? — Лейла, дорогая, дети могут сами разобраться в своих отношениях, — подал голос отец. Сами? Да у меня скоро дым из ушей полезет от того, сколько я думаю, что происходит между мной и Дреяром, который вообще ничего не говорит! Но, конечно же, я даже виду не подала, что эти слова как-то воздействовали на меня. Лексус тоже, но кадык у него все-таки нервно дернулся. — Да ну? — вскинула бровь мама. — То есть ты хочешь сказать, что тебя не волнуют отношения наших детей? — Милая, они самостоятельные и взрослые ребята, — не сдавал позицию отец. — Я уверен, что они знают, что делают. Так ведь? И выразительно посмотрел на сына. — Конечно, отец, — сухо произнес Лекс. Дальше разговор пошел в более привычное русло. Я с мамой разговаривала вполголоса о том, что надо будет взять с собой в тур и следует купить. Могу сказать, что этот день прошел более менее плодотворно, чем предыдущие, что я жила с Лексусом. Квартира Дреяра встретила нас тишиной и это было не удивительно. Лекс, не говоря ни слова, с силой дернул за галстук, будто он его душил и скрылся в комнате. Опять. Меня уже начинает это бесить. Я скрипнула зубами и тоже пошла на свою территорию. Почему он не идет на контакт со мной? Что не так? Разве не видно, что я хочу его? С ожесточением я скинула с себя юбку и блузку, бросая их на пол. Меня задолбало его хладнокровие! Следом полетели мои капроновые колготки, я взяла полотенце и пошла в общую ванную, в которой я была в первый день своего прибытия в этом месте. Душ помог мне собраться с мыслями. Ну как помог, скорее, охладил мой пыл, чтобы я не ворвалась в комнату Дреяра и не начала душить его. Хотя, у меня бы этого не получилось сделать, потому что он не позволил бы этому произойти. Был еще вариант устроить ему пытки, но он слишком упрям, чтобы рассказать, что у него творится в голове. Я выходила из помещения, когда услышала сухой кашель и болезненный стон. Остановилась. Я облизнула пересохшие губы и пошла дальше, подходя тихо к спальне Лексуса. Дверь как раз была чуть приоткрыта, и я смогла увидеть своего брата, сидящего на кровати и чуть сгорбившимся. Его рука была возле рта, а после я увидела, как сквозь пальцы стекала алая кровь. Что за черт? Лексус вздохнул и посмотрел на свою руку, которая была в красной жидкости. Я осознала страшное: он кашлял кровью. Как он может драться в таком состоянии? Что с ним такое? Почему никто не сказал мне? Почему вообще об этом не было ни одного разговора? Миллион вопросов. И только один человек знает ответы на них. — Долго еще будешь подглядывать за мной, болельщица? Это был голос Лексуса. И он меня заметил, а я даже и не попыталась оправдаться. Какой смысл? Он все понял. — Как долго, Лексус? — Не твоего ума дела, — огрызнулся он, вытирая кровь с руки полотенцем.  — А я считаю, что это мое дело. Я наконец-то зашла в его комнату, закрывая за собой дверь. Здесь было темно, но даже так я увидела, при свете ночного города, что его волосы были влажными и он стоял в одних пижамных штанах. Дреяр поднялся со своего места и развернулся ко мне, скрестив руки на груди, показывая свои прекрасно накаченные бицепсы и трицепсы.  — Что ты хочешь знать, Люси? Я медленно начала подходить к нему, но он так и не сдвинулся с места. Это хороший знак. Мы не отрывались друг от друга, следя за движением каждого из нас. Что я хочу? Я хочу знать тебя, прикасаться к тебе, разговаривать с тобой, мучить тебя. Быть с тобой, но во всей этой ситуации имеется «но». Я ненавижу тебя и одновременно хочу. Мне должно быть плевать на тебя. Но почему тогда я беспокоюсь о твоем самочувствие? Я запуталась. Спаси меня.  — Когда это началось? Мы стояли напротив друг друга так, что я могла слышать его неровное дыхание. Его горячее и поджарое тело, мое бледное и немного прохладное от холодного воздуха. Мы как из разных миров. — Что началось? — спросил он, положив свои руки на мою талию, разворачивая меня к себе спиной. — Ты имеешь в виду, когда я захотел тебя? — Что? Н-нет, я… Он развернул нас к окну во всю стену. С одной стороны меня прижимал к себе Лексус, а с другой стекло, которое показывало огни ночи.  — Или то, как долго я контролирую себя, чтобы не оттрахать тебя в своей собственной комнате? — продолжал шептать он. Я сглотнула. — Ты когда-нибудь ласкала себя сама, представляя, что это мои пальцы в тебе? — Дреяр оттянул резинку моих шорт и запустил в них руку, проводя пальцем по влажным складочкам. — Представляла ли ты, как это будет горячо — секс со мной, а не с Драгнилом. Я могу доставить тебе удовольствие. А он может? Я была возбуждена от его слов. Они не были грязными, они были… многообещающими. Такими, чтобы я могла сама представить себе: какого это, быть с ним и заниматься любовью. Или же диким и жестким сексом? Не успев опомниться, моя спина уже была прижата к стеклу, а на меня смотрел Лекс снизу вверх. Мои шорты были спущены до щиколоток. Сам Дреяр усмехнулся. Порочно усмехнулся, зная, о чем я сейчас думаю и что я хочу, чтобы он сделал. Брат поднял одну мою ногу и бережно положил ее себе на плечо, проказливо улыбаясь. Одной рукой он скользнул в мою влажную киску, легко касаясь пальцами, дразня, иногда входя в меня. Я постанывала от его действий, покусывала нижнюю губу. И тут я почувствовала его язык на своем клиторе, дразня еще больше, чем пальцами и отправляя покалывание по всему телу. Он медленно провел своим языком по моим складочкам, увлажняя, пробуя на вкус. Дреяр щелкнул языком по моему клитору, и я застонала. Боже! Казалось, что Лекс мог прочесть все мои мысли; где я хотела, чтобы он коснулся, принося мне максимум удовольствия. Я зарылась двумя руками в его блондинистые волосы, прижимая сильнее к своей пульсирующей киске. Лексус не останавливался, продолжая терзать мою плоть, иногда покусывая ее и втягивая в свой рот. Я откинула голову назад, сильно ударяясь об стекло, но мне было все равно. Еще несколько движений его рта и пальцев, и я достигла вершины наслаждения, кончая ему на язык, сжимая своими бедрами его голову. И, кажется, Дреяр не был против. Я кричала от нахлынувшего оргазма, мои ноги немного подрагивали от пережитого. Но Лекс не остановился на этом, проникая указательным пальцем глубже в меня, а затем подушечкой большого пальца провел по все еще невероятно чувствительному клитору, поглаживая. Я испустила протяжный стон. — Ты такая сладкая, хочу пробовать тебя всю ночь напролет, — он говорил хрипло, и от этого я задрожала сильнее. Мой голос, будто пропал, и я ничего не смогла сказать на его грязные словечки. Я уже знала, что он может сделать своим ртом и мне хотелось его почувствовать на своих сосках. Они были твердыми и ныли из-за того, что им не уделили внимания. Я пыталась выровнять дыхание, чтобы уже что-то сказать, как-то возмутиться, но… Нет, я этого не буду делать, потому что я сама хотела этого. И сейчас был тот момент, когда он разрешил быть с ним рядом. Лексус встал, натягивая на меня пижамные шорты, и поднял на руки. Я положила свою голову ему на грудь, закрывая глаза. Я устала. И это всего лишь от одного оргазма с ним? Сдаю позиции. Когда я уже почти заснула, то услышала голос Лексуса.  — Черт, я сорвался. И тут я вспомнила строчку из книги: «Она любила его и он любил ее, но это было не так просто». К чему бы это? Я ведь ненавижу его больше всех на этом свете.