От людей ушел, от эльфов ушел, да вот приплыл...

Мы едем уже две недели. Я совсем свыкся с этой однотонной дорогой и постоянно мельтешащим вокруг лесом. Авторитетно заявляю, что человеку хватит этого времени, чтобы привыкнуть к запаху пота, засаленным волосам и нечищеным зубам. Последнее поселение было почти неделю назад. Настолько захудалое, что там едва нашлось корыто, чтобы помыться. А говорят, что эльфы — цивилизованный народ. Как же! За это время я ни разу не взглянул в зерцало. Хотя, видят боги, хотелось. Я тихо зевнул, вслушиваясь в шелест листьев под ногами. И чего Чарил отдал приказ всем молчать. Хотя, он же командир, и не раз ходил этой дорогой. Вон, и парни молчат. Даже Юджин и Глой прикусили болтливые язычки. Внезапно что-то заставило меня напрячься. Только через пару минут напряженной работы мысли, я понял, что именно. Вокруг была по-прежнему тишина, но я ЧУВСТВОВАЛ, что вокруг нас живые существа. Еще немного и будет поздно. - Засада! - я резко остановил Дьявола, давая команду остальным. И как раз вовремя, так как к нашей группе уже летела черная магическая сеть. Повинуясь неведомому инстинкту, я схватил ее рукой и она, мигнув на прощание, втянулась в ладонь. Враги на мгновение смешались и ринулись в непродуманную атаку, больше подгоняемые страхом, чем первоначальной целью. Я быстро поднырнул под руку нападавшего-дроу и с разворота вонзил черный клинок в его открытую спину. На удивление легко, словно пронзил воду. И ничего не почувствовал. Сейчас я действительно благодарен, что научился убивать. Бой затянулся. Как бы прекрасны не были «Пустынные волки», но нас всего было шестеро. А их около тридцати. В сказках о попаданцах никогда не пишут, что бывает, если противники опытны, превосходят числом, а на стороне главных героев только усталость от длительного перехода и отчаянное желание выжить. Не справедливо. Я метнулся вперед, отводя меч от уставшего Алексиса. Грудь великана рассекала длинная рана. Даже его сильная регенерация уже не помогала. Восхищаюсь, что он еще способен драться. Становлюсь между ним и врагами, давая передышку. Сабли мелькают без остановки, хотя напряженные мышцы, кажется, сейчас лопнут. На языке привкус крови. Она на лице, руках и вообще повсюду. И моя, и чужая. Словно вторая кожа. Я не помню, когда спешился. На другом конце побоища Дьявол разрывает нападающих зубами, втаптывая в пыль ошметки плоти. Отражаю очередной удар и, совсем по-подлому засаживаю кованым носком сапога между ног очередному убийце. Он непроизвольно сгибается, закрывая пах. И в этой позе и умирает. На его лице, раскроенном уродливой раной, так и застыло удивление. Слышу волчий рев и хруст костей. Чарил потерял контроль над звериной сущностью. Алексис снова прикрывает мою спину, становится немного полегче. Вот уже с пять минут я чередую руки, давая отдохнуть то одной, то другой. Алексис упал, но я чувствую, что он жив. Пока. Дюран сражается без единого звука. Сосредоточенно и целеустремленно. Он устал, но я точно знаю, что он не позволит себе умереть, пока не увидит своего ребенка. Братьев я не вижу. В последний раз я видел, как они прорывались к лесу. Все перед глазами затянула красная пелена, оставив в голове только одну мысль. Убивать. Убивать. Убивать. Внезапно убивать стало некого. Отстраненно отметив этот факт, я повалился там, где и стоял, мгновенно засыпая посреди месива из тел и отрубленных конечностей. Даже проблеваться сил не было. * * * Сначала мне показалось, что я ослеп. Только потом осознал, что уже ночь. На удивление, но на мне не осталось ни одной раны, а усталость исчезла, словно ее и не было. Подняться стоило огромного труда, тело не слушалось. Спотыкаясь о трупы дополз до Алексиса. Парень дышал еле-еле. Я видел, как угасает его жизнь, как медленно распадается еще только зародившаяся нить. Даже две нити, причудливо сплетенные между собой. Обхватив друга за шею, направил в него энергию. Мне было параллельно откуда я ее возьму, как буду восстанавливаться. Я просто отдавал. Наверное, в том моя ошибка, что я всегда следую велениям пресловутой души и гласу совести. Вообще, как мог сохранить это человек, выросший в двадцать первом веке? Дыхание друга выровнялось, рана затянулась. Аккуратно подложив под его голову сумку, поднялся и пошел дальше, несмотря на вновь появившуюся слабость. Дюран, хрипя привалился к дереву, зажимая смертельную рану в груди. Опустившись рядом, взял его за руку, снова отдавая все, что только есть, погружая парня в здоровый сон. Сил совсем не осталось. На этот раз я даже не смог встать. Но упрямо продолжил путь ползком. Чарил. Рваная рана поперек спины палевого зверя. В глазах все плывет и только сила воли заставляет сознание удерживаться в голове. Вперед. Юджин и Глой, проткнутые одним мечом на границе леса. Видно, что Юдж пытался закрыть собой брата. Живы. С трудом вытаскиваю меч и, полностью обесточенный, ложусь на них сверху, отдавая последнее. Надеюсь, этого хватит... Пустота. И сапфировый дракон где-то на грани подсознания. * * * «Снова тот лес. Но на этот раз я не бегу, спотыкаясь о корни, но все так же упрямо храню молчание. Откуда-то приходит осознание, что этот странный лес на самом деле всего лишь моя душа. Простой разговор с подсознанием, сон. Наконец, Оно устает ждать и показывается из-за деревьев. - Ты меня примешь? - это что-то невесомое, алая дымка с собственным разумом. Или часть меня, отвергаемая сознанием. Даже не так. Уверен, что оно всегда было со мной. Я просто боялся принять эту часть собственной души. Часть, что питается чужой болью, смертью... Но больше не боюсь. Просто киваю, и оно, окутав меня, навсегда растворяется где-то в душе.» - Спасибо... - сначала я не могу понять, откуда этот голос, но потом до меня доходит, что это Дюран. Резко открыв глаза, наткнулся на шокированные лица товарищей по оружию. Они стояли вокруг меня и созерцали мое пробуждение, как величайшее чудо. В ладонях Дюрана горел маленький шарик огня. Стоп. Где это я лежу? Это что, ПОГРЕБАЛЬНЫЙ КОСТЕР?!!! Вовремя я, однако, проснулся... - Какого... - я, было хотел разразиться гневной тирадой, но договорить мне так и не дали, зажав в объятиях. - Задушите... - только и прохрипел я из этой кучи под названием «шедевр мясника». «Ты абсолютно точно был мертв» - а вот и Дьявол пожаловал. «Ну, главное, сейчас я жив» «Действительно, не все ли равно?...» «Ну ты и философ.» «Какой есть. Кстати, почистишь мне зубы?» «Зафиг?» «Не люблю привкус человечины. И, по моему, у меня между зубов кость застряла.» «А тебе не жирно будет!?» «Нет.» Ну вот, теперь и кони мной командуют...