Так ли это сложно, простить?

Спустя неделю я уже оказался втянутым в жизнь огромного мегаполиса. Что бы не говорили, а Лос-Анджелес и Нью-Йорк отличаются как небо и земля. Эл Эй – настоящий курорт с размеренной жизнью и километрами великолепных пляжей, развитой индустрией кино и шоу-бизнеса, Нью-Йорк – финансовая и деловая столица, город, где бедные мирно сосуществуют с богачами и где абсолютно невозможно передвигаться на собственной машине, когда хочешь поехать в центр города или, не дай Бог, живешь там. Я привык к вождению машины, стал в некоторой степени зависимым от него, так же, как и от кофе по утрам в Старбаксе. Заходишь в ближайший любимый Старбакс, просишь венти кофе латте, ждешь пару минут, а потом вовсю наслаждаешься вкусом напитка. К счастью, недалеко от моей квартиры в Нью-Йорке также оказался Старбакс. Однако погода в мегаполисе заставила меня изрядно померзнуть. Я совсем забыл, что климат в Нью-Йорке более суров, и хоть город и находится на более южной широте, чем столица Италии, Рим, в ноябре там достаточно прохладно. Даже не прохладно, а просто холодно, как мне показалось. Пришлось бежать в магазин и закупаться свитерами, сапогами, джинсами и куртками, так что в конце недели моя квартира была похожа на склад магазина одежды. Квартиру я снял в нижней части Манхеттена, недалеко от Сохо, в районе Ист Вилладж. Невысокие дома напомнили мне своим внешним видом Европу, в которую я так мечтал съездить, будучи школьником, и в итоге не съездил. Последний свой отпуск я провел лежа на пляже на Багамских островах, и мысли о том, чтобы осматривать достопримечательности где-нибудь в Лондоне у меня не возникало – я настолько устал, наработавшись, что пределом моих мечтаний было только есть, спать и загорать. А потом я вернулся, и работа снова пошла полным ходом. А спустя некоторое время позвонил Арсен, и теперь я здесь. Я зарабатывал достаточно, чтобы купить себе квартиру, но я так и не сделал самую важную в своей жизни покупку, потому что не рассчитывал, что проведу значительную часть своей жизни в Лос-Анджелесе. Я ждал каких-то перемен, и они последовали. В Нью-Йорке я также снял квартиру. Подумал, что сначала нужно освоиться, а купить я всегда успею, ведь прекрасных предложений полно, и я не настолько привередлив, что нуждаюсь в определенной квартире с видом, например, на Эмпайер Стэйт Билдинг или на Зоопарк в центральном парке. Для меня, как ни странно, главное – уют. Мне кажется, любое обиталище можно сделать уютным, нужно только постараться: подумать над интерьером, расставить любимые вещи, подарки, повесить на стену фотографии… У меня всего лишь 4 фотографии на стене. На первой я запечатлен в составе моей тогда еще полной и счастливой семьи – с папой и мамой и бабушкой; я улыбаюсь и обнимаю обоих родителей, а они смеются и держат меня в воздухе, а бабушка сидит на стульчике и вяжет спицами. На этой фотке мне лет 6-7, не больше. Тогда мы первый раз ездили отдыхать на море, в Крым. На второй фотографии я в начальной школе с букетом цветов и двумя школьными друзьями. У нас счастливые лица и воодушевленный вид. Миша и Боря были моими самыми первыми друзьями. А потом Боря уехал на постоянное место жительства в Израиль, а Миша перевелся в другую школу и уехал жить на другой конец города. Интернета у нас не было, поэтому контакт с ребятами навсегда утерян. Хотя кто знает, судьба такая штука, что может подкинуть неожиданную встречу с человеком, которого век не видел. На третьей фотографии изображена мама с сестренкой, царство ей небесное. Мама улыбается, хотя видно, как она сдала: появились синяки под глазами, и лицо осунулось. Тогда ее болезнь еще не прогрессировала, но уже находилась в зачаточном состоянии. А на четвертой… Одно время я не мог смотреть на этот снимок. Боль одолевала меня. Хотелось биться в конвульсиях, а потом безжизненно лежать на кровати, думая о том, почему я так страдаю, и когда это кончится. А потом мне стало лучше. Значительно лучше. Боль постепенно сошла на нет, только лишь иногда возвращаясь, не давая забыть об этом человеке. На фотографии мы вдвоем и мы счастливы. Нарядные, в официальных костюмах, на фоне нашей красивой школы… Это фото было в выпускном альбоме. Я его выдрал оттуда, когда уезжал в Америку. Не мог не взять с собой что-то, напоминающее мне о любимом человеке. Я люблю его до сих пор, хотя понимаю, что я идиот. Саша бросил меня, как только узнал, что я был шлюхой, не сказал ни слова, просто ушел из моей жизни по-английски, не прощаясь. Как будто бы его никогда там не было. Не знаю, был ли для него конец наших отношений сложным, тяжелым, или же он просто вычеркнул меня из жизни, как на компьютере удаляют ненужный файл. Он помещается в корзину, а потом разом вместе с остальными такими же ненужными файлами стирается. Я не знаю. Может быть, Саше тоже было больно… Я ведь верил его словам о том, что он любит меня, а любовь нельзя так просто забыть. Что было, то прошло… Надеюсь, сейчас он счастливо живет с какой-нибудь красивой фифой, и руководит одной из фирм своего отца. Я решил, что буду один, потому что еще ни разу за все время не встретил близкого мне по духу человека, именно поэтому мне так важен домашний уют. Этакая иллюзия счастья. Образ милого дома, в который хочется возвращаться. Хотя, быть может, я слишком пессимистичен, и такой человек есть. И зовут его не Алекс. Просто надо знакомиться в иных местах, чем ночные клубы, где ищут бурного секса на одну ночь. Я еще раз оглядел свою квартиру, и пошел прогуляться. Эта квартирка мне нравилась: она подходила под установленные мной критерии уюта и домашней атмосферы. Небольшая спальня с огромной двухспальной кроватью и гардеробная, небольшая гостиная, совмещенная с кухней, ванная и балкончик, на котором можно посидеть теплыми летними вечерами. Но до лета еще надо дожить.