Только моя

Дверь открылась тихо, без всех этих театральных скрипов, как в фильмах ужасов. В комнату вошел мужчина. Увидев, что Тарья очнулась, он быстро подошел к ней. - Ты как, в порядке? – Заботливо поинтересовался он. – Что-нибудь болит? - Нет… - Ошеломленно ответила женщина. – Вы нашли меня? Леонард, того человека арестовали?! - Какого человека? – Удивленно спросил румын, присаживаясь рядом с ней. - В больнице, на лестнице, он что-то ввел мне! - Ааа, ты об этом… - Протянул он. – Всего лишь оксибат натрия, не волнуйся. Для твоего здоровья совершенно безвредно. - Что ты несешь?! Всего лишь?! – Воскликнула Тарья. – Как ты вообще можешь так об этом говорить?! В запале она взглянула в глаза Леонарда и вдруг замерла, пораженная собственной догадкой. - Это ты… Ты преследовал меня, да? – Прошептала она. В серых глазах мужчины читалось безумное торжество, почти детская радость. - Я не преследовал, я защищал тебя! От Марсело, от этого Холопайнена, от всех тех ублюдков, посмевших хоть пальцем коснуться тебя! – Убежденно произнес он. – А помнишь, как я приходил к тебе домой, подсыпал успокоительное, чтобы ты не нервничала? Конечно, немного мерзковатый привкус – но зато тебе было легче справиться с горем, не так ли? Женщина с ужасом смотрела на то, как внешне нормальный человек на её глазах становится опасным сумасшедшим. - Ты так чиста, так нежна, - он провел рукой по её волосам. Тарья сжалась, пытаясь избежать прикосновений. – Ничего, ты привыкнешь. И мы будем жить вдвоем, совершенно счастливые! Но сейчас мне нужно идти… Не хотелось бы оставлять тебя. Но ты же потерпишь? Леонард жутко рассмеялся. - Пойду помогать тебя искать. – С притворной грустью сказал он. – Все бегают, плачут, полиция на ушах стоит, а госпожа Турунен здесь, со мной. И никто не посмеет больше её обидеть. Женщина не отвечала: лишь закрыла лицо руками, чтобы не видеть сумасшедшего, фанатичного огня в глазах Леонарда. Её колотило от осознания правды, от понимания собственной глупости и беспечности. - Ну вот, и чего ты так разнервничалась? – Сочувствующе спросил мужчина. Он встал, подошел к столику. – Но ты держишься лучше, чем те дуры. Почему-то они сразу начинали орать. Это ужасно раздражает, не находишь? Леонард открыл одну из коробок и достал из нее ампулу со светло-желтой жидкостью. Одобрительно хмыкнул, поставил её на стол. - Не бойся, будет всего лишь один маленький укольчик. Вторая девка кричала слишком громко: даже соседи услышали. Хорошо, что получилось убедить их, что это откуда-то с улицы. А не то ты бы не была сейчас здесь. – Мужчина снова улыбнулся. – Вот так вот. Послышался мерзкий звук вскрываемой ампулы. - После этого случая я всегда усыпляю своих гостей. – Леонард щелкнул пальцем по наполненному шприцу. – Готово. Он снова подошел к женщине. Она забилась в угол дивана, словно хотела спрятаться. - Ну зачем ты так? Смотри, чуть-чуть поболит и все: ты расслабишься, поспишь. – Вздохнул он, присаживаясь рядом. Тарья с ужасом смотрела на шприц в его правой руке. – Не заставляй меня применять силу. Женщина замотала головой, попробовала отбиться от него руками. Но Леонард лишь жутко засмеялся. - Смотри, как все легко! – Сквозь смех воскликнул он, легко хватая её за запястья и прижимая к спинке дивана. – Думаешь, ты одна была такая смелая? Вот я вернусь и расскажу о твоих предшественницах. Но, если честно, ни одна из них не стоит и волоса с твоей головы. Тарья смотрела, как он вкалывает ей в плечо бледно-желтый раствор. Леонард спокойно удерживал её: женщина боялась пошевелиться, чувствуя, что если он еще хоть немного сожмет ей руку, то легко сломает её. По лицу предательски скатилась слеза. Мужчина словно издевался над ней, вводя жидкость медленно-медленно, с явным удовольствием наблюдая за её эмоциями. Наконец он убрал шприц и отпустил её. Тарья дотронулась пальцами до места укола: плечо словно онемело. - Ну вот и все. – Леонард кинул использованный шприц в мусорное ведро. – Через полчасика уснешь. Женщина бросила на него настороженный взгляд. Заметив это, врач рассмеялся. - Это уже другое лекарство, поспать придется подольше. Не забывай, я же иду тебя разыскивать! – С этими словами он вышел из комнаты. Дождавшись, пока шаги стихнут, женщина встала. Безумная надежда теплилась в её душе: в темном, неосвещенном углу она заметила еще одну грязно-серую дверь. Как ни странно, цепь до неё дотягивалась, а потому Тарья, прилагая все силы, дошла до неё. Ручка с облезшей краской на ней выглядела так, словно к ней много раз прикасались. Женщина открыла дверь, и поняла, что все надежды были глупы: за ней оказалась небольшая уборная. Вдруг Тарья вскрикнула и схватилась за стену: низ живота скрутила ужасная боль. Она накатывала волнами, мешая хотя бы трезво соображать. Обессилев от боли, женщина села на пол, пытаясь перетерпеть. Ей показалось, прошло минут пятнадцать, пока пытка, наконец, прекратилась. Кое-как встав, она вернулась на диван. Волочившаяся по полу цепь противно гремела, мешала шагам. Тарья легла, поджав под себя ноги: так было хоть немного легче. Постепенно её глаза закрылись и женщина крепко уснула.