глава 8. Вот, что я люблю.
29 июня 2015 г., 02:29
Утро. Утро. Утро. Пиздец, а не утро.
Проснулся я один, совершенно голый, в чужом доме. Вокруг разбросаны вещи и… В голове всплыло пару моментов из ночи, от чего она тут же затрещала.
– О-о-й, – протянул я, хватаясь за коробку с мозгами.
В комнате появился запах кофе. Тут мой желудок предательски забурчал. Я встал, сделал пару шагов и заорал, хватаясь за пятую точку. И уселся обратно. Это напомнило мне ещё один момент ночи. Тут я уже начал сомневаться, а есть ли в той коробке мозги?
Спустя пару минут в комнате появился довольный Артём с подносом.
– Как ты себя чувствуешь? – Он поставил поднос на прикроватную тумбочку.
– А ты догадайся, – сощурился я.
– Голова болит?
– И не только. Не расскажешь – почему?
Вместо ответа меня повалили на диван и мягко поцеловали, словно пробуя на вкус. Я же углубил поцелуй. Теперь весь пазл сложился. Хотя для нетрезвой головы это был подвиг.
– Кофе стынет, – оторвался Тёма, хитро улыбаясь.
– Что ты задумал?
– Ничего. – Парень примирительно поднял руки.
Я дотянулся до чашки, сделал пару глотков и поставил её на место. В комнате ненадолго повисла тишина, мой телефон решил её разогнать.
– Чего тебе? – Поморщился я.
– Доброе утро, соня, я так понимаю, ты записался в мои ряды мужского пола? – Хихикнула Тоня.
– Чего? – О чем она?
– Серьёзно? А ты сколько вчера выпил?
– Э-э-э.
– Поня-я-ятно. Спроси у Артёма.
И отключилась. А где «пока»?
Я уставился на парня, что беззаботно жевал пирожок.
– И что ты мне должен рассказать?
– Хм? Ты о чём?
– А я не знаю, о чём я, – развёл руками.
– А-а-а, Тоня звонила? – Приняв молчание за ответ, он продолжил: – Ну, в общем, на. – И протянул мне телефон.
« А-а-а, да-а-а, м-м-м-м». Запись была примерно такого содержания.
– Это что? – Ошалел я.
– Это твой тупой телефон. Ночью, когда доставал презерватив, он позвонил Тоне, а так как девушка спала, то пошла запись голосового сообщения. Вот это оно.
– Заебись, – только и смог выдать я.
– Согласен, неплохо вышло. Повторим? – На меня обратили пошлый взгляд.
– Нет.
– Ну блин, – разочарованно произнёс Тёма.
– Не сегодня, – сжалился я над ним, понимая, что сам отказаться раз и навсегда не смогу.
Парень повеселел, оставил пирожок и вновь накинулся на меня. Утренняя эрекция была возвращена уже раза два, как минимум.
– Ты знаешь, что я убеждённый натурал? – Скинул я с себя друга.
– Конечно знаю, именно поэтому ты, мой убеждённый натурал, – он приблизился к уху, – стонал сегодня ночью, требуя продолжения. Так получи его сейчас.
Я залился краской, оттолкнул Артёма и, несмотря на умеренную боль в центре приключений, утопал в ванную.
Думаю сейчас чёрт знает, сколько времени я провёл в ванной. А я вот нет. Вытащил меня стук в дверь.
– Ник, Тоня просила встретиться с ней в нашем кафе, собирайся реще.
– А завтрак?
– Там позавтракаешь.
Все мои попытки стащить с кухни хоть что-то пресекались двухметровым чудовищем.
– Никакого сострадания к больным, – прыснул я, уходя вперёд.
На улице у меня была фора в том, что на глазах у прохожих Тёмыч не накинется на меня. Хоть домой не возвращайся. До кафе добирались чуть дольше, чем до клуба. В кафе уже ждала Тоня. При виде нас её глаза загорелись, а рот приоткрылся, готовясь высказать всё, что думает.
– Цыц, да, я на твоей стороне мужского пола, только заткни свой фонтан необузданной радости, прошу, у меня голова болит. – Прервал я её.
А спутник уже делал заказ:
– Яичницу с беконом, два кофе и два пирожка с вишней.
Пока я завтракал, эти двое строили план захвата моей тушки – как минимум и план захвата всей вселенной – как максимум. Думаю, к тому времени, когда мы разошлись, чёрт пришёл в себя окончательно и решил поиздеваться надо мной.
Домой мы возвращались поздно, Тёма преспокойно целовал меня, обнимал, лапал, зная, что покров тьмы скрывает все его злодеяния.
Вдруг в голову стукнул вопрос:
– Это чего, ты мой парень?
Тёма остановился.
– Ну, если ты не мечтаешь меня убить за то, что я превратил тебя в гея и согласен на скрытные отношения, то да.
– Я убеждённый натурал, – возразил я, вспоминая свои слова «
– Ага, сегодня ночью ещё раз проверим.
И он поцеловал меня, обнимая как можно крепче. Я, конечно, корчил недотрогу для вида, но, всё-таки ответил. Этот идиот смог, он смог зацепить меня всего за два месяца и одну ночь.
На дорожке зажглись фонари.