Обеденный перерыв

      Была обычная дневная смена. Обеденный перерыв. Скотт сидел у себя в подсобке, пил кофе и слушал музыку, отстранившись от внешнего мира. Все тихо, мирно и спокойно. Работа днем Ковтону нравилась больше всего: никаких страхов и опасений, аниматроники развлекают детей на сцене, а не пытаются кого-нибудь убить, а ночью всего лишь надо названивать находящимся в пиццерии коллегам и консультировать их. Красота!       Из-за музыки в наушниках, а, так же, из-за собственных рассуждений, Фон Гай не услышал, как в подсобку кто-то вошел. Тем более, к двери Скотт сидел спиной. Поэтому, когда на его плечо легла чужая рука, он вскрикнул от неожиданности и чуть не пролил кофе на свою белоснежную рубашку.       -Ё-моё! - Ковтон поставил кружку на небольшой столик. - Ты чего де...       Слова застряли в горле, когда он обернулся, чтобы посмотреть на того, кто его напугал. Фон Гай тут же встал со своего места, выдернул из ушей наушники и повернулся к вошедшему лицом.       -Чего ты здесь забыл? - он состроил самое безразличное и недовольное выражение лица, на которое был только способен.       -Испугался?       Этот бархатный и приятный голос с нотками хамства и самоуверенности был присущ только одному человеку. И человек этот стоял прямо напротив Ковтона, пристально глядя в глаза и пытаясь уловить в них те эмоции и чувства, которые ему хотелось бы увидеть. Только что именно он хотел увидеть, Скотту было неизвестно.       -Чего ты здесь забыл, Вайлет? - повторяет Фон Гай и скрещивает руки на груди, чувствуя раздражение. Винсент не был тем человеком, которого он хотел бы сейчас видеть. Ну, почти.       -Ничего особенного, - ответил Фиолетовый, повторил жест своего собеседника и нагло ухмыльнулся. - Я думал, ты захочешь меня увидеть.       -С чего ты это взял? - Скотт презрительно дернул бровью. Его начинала слегка подбешивать наглая морда коллеги. Винсент широко улыбнулся, показывая два ряда подозрительно белых зубов, и прищурился, разглядывая лицо Ковтона.       -Брось, Фон, меня не проведешь. Ты ведь специально ушел в самый отдаленный уголок пиццерии, чтобы я пошел тебя искать.       -Что? Думаешь, я специально хочу привлечь к себе твоё внимание?! Ты хоть понимаешь, что несёшь?! - оскорбленно выкрикнул Скотт и двинулся к двери, проходя мимо Фиолетового.       -Я-то понимаю...       Не успел Ковтон сделать и шагу, как вдруг левая рука Вайлета надавила ему на грудь и прижала к стене, а правой рукой Фиолетовый оперся о стену, отсекая Фону путь бегства к двери.       -Я-то понимаю... - снова произнес Пёрпл. Затем наклонился к парню и добавил: - А ты тем более понимаешь...       От тихого гудящего тембра а так же от легкого касания губ его уха, Телефонный Парень почувствовал, как его бросает в жар, а лицо начало отчаянно краснеть. "Блин! Только не это!" - подумал Ковтон, чувствуя, как щёки и уши наливаются румянцем.       -О, Фон, ты покраснел, - снова улыбнулся Вайлет, и с его губ слетел легкий смешок, от которого Скотта словно шибануло током. - Там и до возбуждения недалеко...       -Оставь меня в покое! - просипел Фон Гай, оттолкнул не ожидавшего такого действия Винсента и метнулся к двери. Перпл не стал его останавливать, лишь навалился спиной на стену и хмыкнул.       Ковтон дернул за ручку... Та не поддалась. Дернул еще раз - тот же результат.       Сзади раздался легкий свист, призывающий к тому, чтобы Скотт обернулся и обратил внимание на того, кто его издал. На указательном пальце Винсента висели ключи от подсобки и прочих комнат пиццерии.       -Отдай! - потребовал Телефонный Парень, протянув руку.       -Не-е, мой хороший, - протянул обладатель ключей, довольное лицо которого больше сейчас напоминало морду сытого кота, - Ты отсюда уйдешь только тогда, когда Я этого захочу.       Фон мелко задрожал, но тут же взял себя в руки и гордо поднял голову.       -Тогда я подожду, когда ты этого захочешь, - он спокойно прошел мимо Пёрпла, сел на стул и сделал небольшой глоток ещё не остывшего кофе, давая понять, что разговор окончен.       Стало тихо. Винсент продолжал стоять у стены и неотрывно следил за каждым движением Телефонного Парня, пока тот упорно продолжал делать вид, что Вайлета здесь нет. Естественно, это у него получалось плохо: парень то и дело бросал короткие взгляды через плечо, играл жевалками и время от времени ерзал на стуле, будто у него геморрой. Фиолетовый даже счел это забавным.       -Я ведь тебе не безразличен, Фон, - растягивая каждое слово, наконец произнес он, отлип от стены и стал медленно подходить к своей жертве со спины. От этих слов лоб жертвы покрылся испариной, а кровь от волнения снова прихлынула к щекам. - Я это знаю, и ты это знаешь. Так давай же ты не будешь мучить нас обоих, м?       Шаги Пёрпла были медленными и спокойными, и каждый отзывался гулким ударом сердца Фон Гая. Парень сглотнул и тихо произнес:       -Это кто еще кого мучает...       Винсент положил руки на плечи Ковтона, наклонился к в миг раскрасневшемуся уху и неожиданно серьезно прошелестел:       -Да, Фон... Это тот еще вопрос...       Правая рука соскользнула с плеча и медленно и аккуратно расстегнула верхнюю пуговицу рубашки Скотта. Тот вздрогнул, но сопротивляться не стал.       Он сдался.       Рука Фиолетового опускалась все ниже, расстегивая пуговицы и будто нечаянно касаясь кожи на груди Фон Гая, отчего тот каждый раз сглатывал и дрожал от нарастающего возбуждения.       -Хочешь остановить меня? - Вайлет легонько укусил Ковтона за мочку уха и зализал место укуса, получая в награду тихий стон.       -Н-нет, - прохрипел парень, закусил губу и закрыл глаза от удовольствия. Прикосновения сводили с ума, кожа будто плавилась под ними. Горячее дыхание рядом с ухом заставляло терять ощущение времени и пространства. Скотт был готов утонуть в руках Вайлета, ибо черт, как же хорошо...       -Я бы все равно не остановился, Фон. Даже если бы ты сказал "да", - с тихим смешком произносит Пёрпл, и Скотт забывает как дышать, когда губы касаются пульсирующей венки на шее.       -Значит, ты бы меня изнасиловал, да, Вайлет? - снова сглотнув, спрашивает он, пытаясь выровнять дыхание. Но это плохо выходит.       Руки Фиолетового везде. Они невесомо скользят по груди, животу, стягивают рубашку, перебирают пальцами волосы, расстегивают ремень на брюках... Все это Пёрпл делает с невероятной, не свойственной ему нежностью. Все время наглый и саркастичный, сейчас он был другим. И было понятно, что таким он будет только с ним, с Ковтоном.       -По имени... Назови меня по имени, - не отвечая на вопрос Телефонного Парня, потребовал Фиолетовый и прикусил нежную кожу на его шее. Фон Гай снова захлебнулся воздухом, но сквозь прерывистый вздох едва слышно произнес:       -Винсент...       И тут у Вайлета окончательно снесло крышу. Он поднял Скотта со стула, развернул к себе, схватил за плечи и впился в его губы грубым, жарким поцелуем.       В голове Ковтона раздается хлопок, будто это разлетелись последние остатки здравого смысла. Фон слегка приоткрыл рот и позволил углубить поцелуй, чувствуя, как горячие ладони Винсента переместились с плеч на оголенную спину, на талию, на живот, оглаживая и слегка царапая. Пёрпл притянул Телефонного Парня поближе к себе, зарылся рукой в волосы на его затылке и потянул вниз, раздвигая языком губы партнера и проникая внутрь. Скотт почувствовал, как у него подкосились ноги, и застонал в рот Вайлету, когда тот до крови укусил его нижнюю губу и слизал алую жидкость, заявляя свои права на него.       -Винсент... - задыхаясь, прошептал Ковтон и снова хрипло застонал, - Я люблю тебя, Винсент...       Винсент целовал его так, что кровь превращалась в жидкий огонь, разливаясь по телу и заставляя его разгораться еще сильнее. Это слишком. Слишком хорошо, слишком невероятно, слишком прекрасно, чтобы быть реальным. Но это было реально.       -Я знаю, Скотт, - отзывается Фиолетовый Парень, впервые обращаясь к ФонГаю по имени, - Я знаю...       Отшвырнув стул в сторону, Вайлет толкнул Ковтона на стол, смахнул рукой на пол все, что там лежало, заставил Скотта сесть на столешницу и устроился между его разведенных ног. Фон Гай же, даром времени не теряя, стал торопливо расстегивать ремень на брюках Фиолетового Парня, одновременно притягивая того за шею к себе. Винсент снова обхватывает Скотта за талию и крышесносно целует, заставляя громко застонать и потереться промежностью о пах Пёрпла. Тот сдавленно зарычал и несильно провел ногтями по молочной коже на спине, оставляя на ней свою метку.       -Ты бы знал, как я хочу тебя, Фон, - произнес он, обжигая ухо горячим дыханием. - Как давно я тебя хочу...       Фон чувствовал себя пьяным. Его уже трясло от возбуждения, в паху болело, руки, дрожа, пытались избавить Вайлета от одежды, которая сейчас была лишней и ненужной.       Лиловая рубашка скользнула на пол, и Ковтон смог теперь увидеть обнаженного по пояс Винсента. Он сложен идеально. Никаких изъянов, никакого уродства. Наподобие живой статуи древнегреческого бога. Сердце едва не выскакивало через грудную клетку, пробивая ее насквозь, было готово взорваться, как динамитная шашка, стук отзывался даже в пальцах. О, Господи... Эти поцелуи... Давиться воздухом уже стало нормальным, но привыкнуть к этому ощущению невозможно. Перед глазами уже все плыло от желания и нехватки кислорода, и едва возможно было разглядеть лицо человека, дарящего такое наслаждение.       Винсент... О, Боже, Винсент...       По хриплой усмешке над ухом Скотт понимает, что произнес это вслух, и снова отчаянно краснеет. Казалось, сильнее покраснеть невозможно, но нет! Оказывается, возможно.       Вдруг Вайлет рывком стянул брюки Фона вместе с нижним бельем, отчего тот чуть не упал. Он теперь обнажен.        Оу.       -Я же говорил, что так и до возбуждения недалеко, - усмехнулся Фиолетовый, глядя на стоящий колом член Фон Гая. Тот лишь тихо зовуще стонет, проводя рукой по спине партнера, и чуть ли не хныкает от нетерпения.       -Ты ведь девственник, Фон? Берег себя для меня, а? - Вайлет растягивает губы в пошлой улыбке и смотрит Ковтону в глаза, отчего тому становится неловко.       -Заткнись, - немного обиженно говорит он. Не говорить же Винсенту, что это именно так... Хотя тот все понял и без лишних слов.       -Как это мило. Маленькая невинная девочка, - мурлычет он и кладет Скотта на стол, целуя ключицы. - Раз я у тебя первый, то тогда у тебя больше никого не будет. Я, знаешь ли, ужасный собственник.        Он спускался все ниже и ниже, выводя языком узоры на плечах, груди, животе... Вдруг ладонь сомкнулась на возбужденной плоти. Ковтон шумно выдохнул и запрокинул голову.       -Нравится? - задал риторический вопрос Пёрпл, - Сейчас проверим, каков ты на вкус...       Когда же он провел языком по головке, Фон Гай ахнул и вцепился пальцами в края столешницы так, что костяшки побелели. Дыханье перехватило снова, теперь он мог только хватать ртом воздух, как рыба. Но это была лишь верхушка айсберга. Вобрав орган в рот полностью, Винсент принялся медленно отсасывать, не сводя с Скотта взгляда.       Бесспорно, Ковтон у него не первый. Но ни с кем Вайлет не был так нежен, никогда ему не было так хорошо, никто не вызывал у него такую бурю эмоций. Пёрплу нравилось чувствовать, как Фон отзывается на его ласку, нравилось видеть стыдливый румянец на его щеках. Нравилось смотреть в эти затуманенные страстью глаза.       Ему нравилось все.       -Винс... Я уже... не могу... Нха-а... - простонал Фон Гай и кончил, выгибаясь и дрожа всем телом. Фиолетовый проглотил все до последней капли и плотоядно облизнулся.       -Как быстро... Ты просто шикарен на вкус, Фон. Почему ты все время скрывал это от меня, м?       Вместо ответа его обхватили за шею и притянули в поцелуй. Вайлет ухмыльнулся. Целовался Скотт как первокурсница - неумело, робко, но в этом и была вся прелесть. Пёрплу была по душе эта неопытность партнера. Чистый, невинный, незапятнанный...       -Ты мой, Фон, - выдохнул он, снова целуя Телефонного Парня в искусаные губы. - Мой...       -Твой... - эхом отзывается Ковтон. Этот хриплый дрожащий голос заводил еще сильнее, заставляя последние ошметки самообладания исчезнуть с темной вспышкой перед глазами.       Трясущейся рукой Винсент достал из кармана небольшой тюбик смазки, который он предусмотрительно взял с собой, наклонился к лицу Фон Гая, выдавил немного геля себе на пальцы и поднес их ко входу в парня. Тот испуганно вздрогнул.       -Тихо. Больно не будет, обещаю, - прошептал Фиолетовый, прикоснувшись лбом его лба, и ввел разом два пальца. Скотт прикусил истерзаную губу, но не шевельнулся, глядя в глаза любимому, который едва держал себя в руках, чтобы не сорваться и грубо изнасиловать лежащее перед ним робкое существо.       Он не хочет причинять Скотту боли.       Эта мысль заставила его удивиться. Раньше Вайлет не задумывался о ощущениях своих партнеров, стремясь получить удовольствие самому. Но здесь... Здесь же он обращался с Фоном по-иному. Как обращаются с... действительно любимыми людьми.       Так вот оно что.       Прикрыв глаза, Пёрпл нежно коснулся губами переносицы Ковтона и ввел третий палец. Внутри парня невероятно горячо, это было невыносимо. Он и так очень долго терпел. Слишком долго терпел.       Он сразу заприметил этого паренька, как только тот появился в пиццерии в свой первый рабочий день. А возжелал тогда, когда лишь случайно коснулся его запястья, когда забирал какие-то бумаги. Всего лишь прикосновение. Одно-единственное прикосновение свело Фиолетового Парня с ума. Это было сродни рождению сверхновой или Большому Взрыву.       Грандиозно. Красиво. Сильно.       Он чувствовал себя игроком в русскую рулетку. Только в барабане был не один патрон, а шесть. И каждый из них означал только одно - потеря рассудка. О, да. Ему нетерпелось нажать на спусковой крючок...       -В-винсент... - застонал Скотт, едва не плача. - Винсент, пожалуйста...       Выстрел.       Сделав молниеносное движение рукой, Вайлет будто смахнул с себя штаны вместе с боксерами, высвобождая пульсирующую плоть, притянул Ковтона к себе за талию и резко вошел прямо до конца.       Фон Гай резко закричал от дикой боли, и этот крик привел Пёрпла в чувство и заставил понять, что он натворил. Он начал испуганно покрывать поцелуями его лицо.       -Боже мой, прости меня... Прости, прости, прости, - сдавленным голосом начал повторять Фиолетовый Парень.       Он все-таки сделал ему больно. Сволочь. Он почувствовал жуткое отвращение к себе. Но, Боже... Как же горячо, как узко!       -Я остановлюсь, если ты хочешь, - уткнувшись носом в шею Скотта, проговорил Вайлет, но вдруг услышал:       -Если ты остановишься, то я сойду с ума, Винсент. Не смей... Не смей останавливаться...       В голове будто взорвалась осколочная граната. Это умер рассудок. Окончательно. Безвозвратно. Движения Вайлета были осторожными и бережными, и каждое сопровождалось тихим всхлипом. Фон Гай впился ногтями в плечи Фиолетового Парня и громко застонал, когда тот задел в нем некую точку, от которой вся боль сменилась невероятным кайфом. Пёрпл сразу понял что к чему и продолжил проникновение под этим же углом, слушая ласкающие слух стоны и крики. Движения становились все быстрее, а крики - громче. Мир вокруг растворялся, исчезал как призрачный мираж.       -Я... - начал было Скотт, но его голос потонул в очередном стоне. - Я тебя... люблю, Винсент! - громко выкрикнул он, кончая еще раз, заливая спермой живот. Вайлет сделал еще несколько толчков и излился в Фон Гая с протяжным рыком. Затем оперся руками о стол, наклонился к нему и подарил самый нежный, самый чувственный поцелуй, на который был только способен, чувствуя, как в груди разливается тепло.       -Я тоже. Тоже тебя люблю.

***

      Директор пиццерии медленно сползал по стеночке рядом с дверью в подсобку, закрыв рот ладонью и пытаясь успокоиться.       -Ну... Это... Ну вообще... - прошептал он. - Надо срочно запретить обеденные перерывы у сотрудников охраны...