Повинуясь зову

Айзек стоял на входе, прислонившись к косяку двери, и наблюдал за тем, что происходит снаружи. Через небольшую щель, оставленную им для лучшего обзора, в комнату просочилась слабая полоса света, а вместе с ней и тихие отголоски кокетливой речи Рейес, доносившиеся откуда-то из глубины участка. По ее интонации, и проскакивающим в голосе игривым ноткам, можно было предположить, что девушка флиртует. И судя по оживленному сердцебиению собеседника – вполне удачно. Пока блондинка отвлекала дежурного, остальная «команда», в лице двух Стилински, пыталась найти нужное досье. Стайлз, как настоящий джентльмен, выбрал шкаф побольше, и энергично рылся в документах, быстро перебирая своими тоненькими пальчиками, листы бумаг. Но нужного, как и Вивьен, ему не удавалось найти. Сама же волчица, расположившись чуть ближе к выходу, просматривала другую стопку досье. Выдвинув очередной железный ящик с бумажными папками, она улыбнулась. В отличии от предыдущих, хаотично сложенных файлов, эти были отсортированы в алфавитном порядке. И это значительно облегчало поиски. Пропустив буквы от «А» до «Р», Вивьен принялась изучать все дела с фамилиями начинающимися на «С». Она скользила взглядом по страницам, выискивая нужную: «Санчес, Сильверман, Симпсон… Смит». Вот оно. От волнение ее сердце забилось чаще. На мгновение, ей показалось, что Айзек заметил это. Оборотень повел головой, будто бы прислушиваясь к чему-то, но потом вернулся к прежнему занятию, не проронив ни слова. Дрожащими пальцами она вытащила документ из общей стопки. «Бенджамин Смит» – гласила надпись на бумаге. «Черт!» – выдохнула Вивьен, пожалуй больше с облегчением, чем с разочарованием. Она безумно боялась найти дело Клариссы Смит. А что если это действительно сделала она? Вдруг, увидев фотографию этой женщины, она вспомнит события той ночи? Вспомнит, как убивала ее. Сделав глубокий вдох, Вивьен постаралась замедлить сердцебиение и унять дрожь в руках. Она отложила бесполезные листы в сторону, и продолжила поиски. Сердце волчицы замирало по меньшей мере раз пять или шесть, при каждом столкновение с фамилией «Смит» – что тут поделаешь, одна из самых распространённых в Америке. Наконец «Смиты» закончились, но девушка решила просмотреть все до конца. Мало ли, может дело впихнули не в правильном порядке. «Станнард, Старк, Стивенс» – вяло перелистывала она, пока не увидела это… «Стилински». На плотной коричневой бумаге, черными печатными буквами, была выбита надпись: «Мередит Стилински». Если до этого у нее быстро билось сердце, то теперь оно готово было выскочить из гуди, ломая ребра. Вивьен держала в руках дело собственной матери. – Вив, все нормально? – послышался негромкий голос Лейхи. Оборотень сверкнул золотой радужкой в темноте. – Да-да, – торопливо ответила та. Она не знала, почему соврала Айзеку, точно так же, как и не знала, почему дело ее мамы находится в стопке «нераскрытых дел», а не в «несчастных случаев». Прежде чем девушка успела что-то осознать, ее рука уже проскользнула в рюкзак, укладывая туда коричневую папку. – Здесь ничего нет, – горько простонал Стайлз. – А у тебя? – с надеждой спросил он сестру. – Тоже ничего, – солгала Вивьен, скрестив пальцы, чтобы Лейхи не учуял ложь. И кажется помогло, кучерявый парень даже не шелохнулся. – Наверное оно в кабинете отца, – предположил кареглазый подросток. – И почему я сразу об этом не подумал? Дело же совсем свежее! – он стукнул ладонью себя по лбу, наказывая за несмышленость. – И что теперь? – поинтересовался Айзек. – Пойдем туда, – ответил Стайлз, даже как-то удивленно. По его мнению, это было вполне очевидно. Троица покинула пыльную комнату и, ступая на носочках, пробралась через коридор. – Останься здесь, – обратился Стилински к Айзеку. – Если увидишь, что кто-то идет сюда, сразу звони и уходи. – Да понял я, – закатил глаза Лейхи, показывая всем своим видом, что он не идиот. Стилински дернул за ручку, и с облегчением выдохнул, обнаружив, что дверь в кабинет отца не заперта. Брат с сестрой прошли внутрь. Офис шерифа был совсем небольшой. В центре комнаты располагался стол, заставленный коробками с бумагами. Видимо они отвлекли Джона от поисков чего-то важного. Стайлз тут же метнулся к ним. Неожиданно у Вивьен зазвонил телефон. Она вздрогнула, и трясущимися, непослушными руками достала мобильник из кармана. Входящий вызов был от ее отца. – Да? – как можно тише проговорила она. – Алло! Алло! – кричал в трубку мужчина. – Я тебя слышу, пап, – уже громче сказала Вивьен. – Осьминожка, а ты где? – поинтересовался он. За дверью послышался негромкий смешок Лейхи. «Проклятые оборотни, с их суперслухом», – нахмурилась девушка. – Я у Стайлза. Что-то случилось? – Нет-нет, я просто звоню сказать, что ухожу на работу. Вернусь завтра вечером, – добродушно пояснил отец. – А, ну хорошо. До завтра, – протараторила девушка и сбросила вызов, наблюдая за победным танцем брата. Ну как танцем? Подросток, радостно размахивая папкой в руках, совершал нелепые движения, отдаленно напоминающие танец. – Ты нашел ее? – ликующе уточнила Вивьен, готовая вот-вот присоединиться к его сумасшедшей пляске. – Ага, – торжествующе ответил он, и запихал дело в свой рюкзак. Мобильник девушки очередной раз жалобно пискнул, и на экране высветилось сообщение от Айзека: «Шухер!», а затем пришло еще одно: «Шериф в здание! Уносите ноги!» Джон Стилински был разгневан. Его оторвали от работы, заставили волноваться, вынудили ехать черт знает куда! Скотт МакКол – лучший друг его сына, заверил, что Стайлз пропал где-то на территории школы, уверяя, что это очень подозрительно и не похоже на подростка. И шериф поверил ему. Он обыскал каждый темный угол этого треклятого здания. Он уже собирался вызвать офицера Джонсона на помощь, как ему сообщили, что джип Стайлза был замечен на парковке у полицейского участка. МакКол невинно улыбнулся, и сказал, что должно быть что-то напутал. И как он сразу не догадался, что это очередные проделки его сына? Шериф был очень зол. Быстрыми, тяжелыми шагами, он приближался к своему кабинету. В противоположной стороне коридора мелькнул знакомый кучерявый затылок, но прежде чем Джон успел вспомнить, кому он принадлежит, парень завернул за угол, и скрылся из виду. Мужчина открыл дверь. Напротив стола, где обычно сидят посетители, его ждали Стайлз и Вивьен. Шериф подозрительно прищурился, всматриваясь в невозмутимые лица подростков. Было похоже, что они действительно дожидались его. – Привет, пап. Как дела? – непринуждённо начал парень, прежде чем мужчина успел что-то сказать. Джон вскинул брови, и казалось, на секунду даже забыл, что это его кабинет, и задумался, зачем он сюда пришел. – Что вы тут делаете? – вернув самообладание, строгим тоном спросил он. – Мы пришли тебя про… – Мы принесли ужин, – быстро встряла в разговор Вивьен, не давая брату закончить фразу. – Ужин? – в один голос переспросили Стилински, и удивленно округлили глаза. – Ах да, ужин, – подхватил Стайлз, заметив, как девушка достает контейнер с едой из своего рюкзака. Позже Вивьен объяснила ему, что нельзя идти на дело, не продумав варианты отступления. – Скотт мне там такого наплел, – возмутился шериф, указывая большим пальцем руки себе за спину. – Ой, ты же знаешь его, – отмахнулся Стайлз, живо встав со стула, и положив ладонь на плечо отца.

***

Внимательно изучив дело жертвы, Стайлз достал из папки фотокарточку тридцатилетней женщины с темными волосами и миндалевидными карими глазами, и приклеил ее к стене. Затем порылся в старом альбоме, и найдя детские снимки с Вивьен, прилепил и ее, сделав из своей стены импровизированную доску расследований. – Да уж, очень запутанное дело, – усмехнулась девушка, глянув на голую стену с двумя фотографиями. Опасения Вивьен оказались напрасными, лицо погибшей, было ей совершенно не знакомо и никаких воспоминаний не вызвало. Но вот мысли о лежащей папке в ее рюкзаке, заставляли пульсировал кровь в висках. Зная, что брат прекрасно справится и сам, она попрощалась с ним, и поспешила домой. Девушка решила, что сначала сама просмотрит дело мамы, а если найдет там что-то странное, то уже тогда поделится им с Стайлзом.

***

(♫ Музыкальное сопровождение: Naughty Boy ft. Bastille - No Ones Here To Sleep)

Добравшись до дома, девушка неторопливо отомкнула замок, и, устало скинув кеды, побрела вверх по лестнице к себе в комнату. Но перед тем, как войти в спальню, замерла. Сквозь тонкое дерево сочился терпкий, с легким привкусом мускуса, ударяющий в голову аромат. Жадно втянув ноздрями запах своего альфы, Вивьен толкнула дверь и прошла в комнату. Дерек сидел на краю кровати, с понуро опущенной головой. – Разве к опасным преступникам допускают посетителей? – съязвила она, решив, что должна отпустить хотя бы одну едкую фразочку. Нельзя же оставить оборотня безнаказанным? Темные тяжелые брови дернулись, и мужчина поднял голову. Он посмотрел на нее усталым, отрешенным взглядом, и улыбнулся – печальной улыбкой, от которой у Вивьен мучительно сжалось сердце. Еще несколько мгновений, волк молча смотрел в голубые очи девушки, а та глядела в ответ. Вивьен чувствовала, что тонет в глубине его глаз. Ей катастрофически не хватало кислорода, казалось, что волны боли в этом зеленом омуте, захлестнули ее с головой, и теперь она захлебывается, ощущая неприятную горечь на языке. А ведь еще минуту назад она хотела увидеть, как он мучается угрызениями совести, хотела услышать его оправдания или хоть какие-нибудь объяснения, но теперь, когда он был перед ней, весь такой грустный и несчастный, словно побитый щенок, ей стало его жалко, и обида тут же улетучилась. Оборотень сумел передать всю гамму своих чувств и эмоций в одном взгляде. Всю свою горесть, все свои сожаления о том, что не остался, когда она так нуждалась в нем, что сомневался в ней, когда ей так необходимо было его доверие. Он настолько привык отгораживаться от людей, что даже не заметил, как оттолкнул от себя очередного близкого человека. Он так привык не доверять окружающим, что позволил себе окунуться с головой в собственную паранойю, позволил страху застелить глаза, и не рассмотреть таких очевидных вещей, прямо перед собственным носом. Но теперь Дерек понимал, нет, теперь он знал наверняка, как чертовски ошибался. Он поднялся с кровати, не прерывая зрительного контакта, и Вивьен безумно захотелось обнять этого хмурого мужчину. Ей так сильно не хватало его, что она буквально чувствовала физическую боль. Находиться так далеко от него, было просто невыносимо, и почти срываясь на бег, она ринулась к нему. Дерек сделал шаг навстречу, сокращая оставшееся расстояние между ними, и заключил хрупкое, нежное тело в свои объятия. Девушка уткнулась носом в его мускулистую грудь, и, кажется, всхлипнула пару раз. Время будто бы остановилось для них. Они не знали, как долго стояли без движения, ничего не говоря друг другу. И не было нужды заполнять словами эту тишину. Вивьен было так спокойно в его объятиях. Ей нравилось это чувство защищенности, нравилось ощущать теплоту его сильного тела, нравилось вдыхать его запах. Пряный, обволакивающий, немного горьковатый аромат мужчины. Ее мужчины. Она чувствовала его в каждом миллиметре воздуха и от этого буквально задыхалась. Едва колыхнувшись, под крепкими мужскими руками, Вивьен подняла голову, и одарила своего возлюбленного самым нежным взглядом, на который только была способна. – Поцелуй меня, – дрожащим голосом прошептала она. Взглянув на нее из-под густых черных бровей, Дерек наклонился, и прижался губами к ее губам. Несколько мгновений она чувствовала только его волшебный вкус, он целовал ее так, словно случится что-то плохое, едва он остановится. Воздух вокруг них сгустился и нагрелся. Хейл крепко прижал волчицу к своему телу. Ее вкус ударял в голову как алкоголь, а затрудненное дыхание обжигало, заставляя сердце оборотня биться все быстрее. От такого страстного, несдержанного поцелуя, у Стилински закружилась голова. Она должна была спросить. Спросить сейчас, пока окончательно не потеряла над собой контроль. Вивьен отстранилась на пару сантиметров и заглянула Дереку в глаза, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. – Значит ты веришь, что я этого не делала? – прошептала она хриплым голосом, опаляя своим жаром приторно-сладкие губы возлюбленного. – Я это знаю, – уверенно ответил тот, унимая бешеное сердцебиение. – Знаешь – это в смысле доверяешь мне? Или знаешь, потому что вы что-то нашли? – девушка сделала шаг назад, ее рука соскользнула с плеча на широкую грудь Хейла, и коснулась чего-то теплого и влажного. Вивьен быстро одернула руку и взглянула на нее. Ладонь была покрыта красной, липкой жидкостью. А на футболке Дерека, на том месте, куда она только что прикасалась, проступило темное пятно. И как она раньше не почувствовала металлический запах крови? – Черт, Дерек, ты ранен?! – воскликнула она, задирая серую ткань наверх. Ее словно окатили ледяной водой, отчего затуманенное похотью сознание очнулось. – Все в порядке, – заверил альфа, и осторожно перехватил ее руку чуть выше запястья. – Я регенерирую, просто медленнее чем обычно, – спокойным тоном пояснил он. – Но почему? Кто это сделал? – задыхалась девушка от нахлынувших эмоций. Да как кто-то только посмел тронуть ее альфу! Хейлу понадобилось приложить немало усилий, чтобы сдержать улыбку. В конце концов он хмуроволк, и ему нужно поддерживать эту репутацию. А наблюдать за тем, как взбунтовалась его молодая волчица, и не умиляться было довольно-таки сложно. – Дыши, Вивьен, – сказал он, а затем поступил совсем не логично – поцеловал ее.