Mourir pour toi

Всю дорогу домой Рета рассказывал мне о том, как они этим же составом играли в баскетбол в средней школе, и том, как ему всегда хотелось играть именно с этими ребятами, и о том, как Акаши предложил создать свою команду. У них нет ни тренера, ни других игроков, ничего из того, что есть у обычной команды, но никого это по-настоящему не волнует, ведь они лучшие. Для меня, повидавшей немало будней баскетбольных команд, все это было, по крайней мере, странно. Когда мы уже заехали на паркинг, и я вышла из машины, телефон Реты внезапно зазвонил. Я, пожалуй, отвыкла от такого количества звонков за день. Его лицо стало серьезным, и отвечал он лишь фразами короткого согласия. Я уже было подумала, что это Акаши читает нравоучения по поводу моего присутствия на тренировке команды. - Прости, Кайри, но я должен ехать, – Рета, не выходя из машины, потянулся ко мне и взял меня за руку. – Фотограф может поработать со мной только сейчас, ему завтра нужно будет срочно улететь во Францию. Увидимся утром, хорошо? – он прижался щекой к моей ладони, и по телу разлилось сладостное тепло – все-таки это жутко приятно, когда кто-то относится к тебе с таким трепетом. - Удачи! – я перекинула сумку через плечо и, погладив Рету по щеке, захлопнула дверь его машины. Как только это произошло, мне почему-то жутко захотелось спать – сегодняшний день был наполнен слишком многими событиями даже для меня. Как только Рета выдерживает такой темп: работа, тренировки, девушки… иногда он спит не больше 4 часов. Я ему завидую. Войдя в свою квартиру, я разделась сразу в коридоре и, беспорядочно разбросав вещи, направилась в ванную. Я никогда особо не любила сидеть в горячей воде и всегда предпочитала душ, который был куда более бодрящим. Мне не хотелось немедленно ложиться спать – нужно было подумать, как все-таки встретиться с Аомине и усилить его интерес ко мне. Встав перед зеркалом, на этот раз я не проклинала свое тело: что плохого в том, чтобы быть красивой и сексуальной? Не будь я такой, могла бы я мечтать о парне, подобном Аомине или Кисе? Ответ был очевиден. Довольную улыбку убрать с лица не удалось, и я принимала горячий душ, проворачивая в голове пленку из воспоминаний о сегодняшней игре с асом Поколения чудес. Это можно было выразить только одним словом – воодушевляюще! И куда подевались мои терзания о Кагами? Хорошо, что в моем сердце и душе больше нет для этого места. Меня захлестнула новая волна насыщенной яркими событиями жизни – именно такого я всегда хотела. Когда я вышла из ванной, то не стала одеваться и собирать по коридору свои вещи – банальности оставим на завтра, раз уж сегодня был такой день. Я только немного подсушила волосы феном, чтобы не простудиться. В холодильнике, как всегда, нашлось любимое вино и сладости. Я разбаловалась: все это стоило недешево, и я не могла позволить себе их слишком часто, даже с приличной суммой на счете. Пока у меня не было работы, а значит - не было и поступлений. Хотя это вино было куплено не мной – меня начинал баловать Кисе. Его зарплата это позволяла. Мне не стыдно. Внезапный звонок в дверь меня шокировал. Я посмотрела на часы – половина десятого. Кто мог прийти так поздно? Это явно Рета – что-то забыл и решил заглянуть, получить поцелуй на удачу. Запихнув в рот очередную конфету и сделав большой глоток вина, я подбежала к двери. Напрочь позабыв об инстинкте самосохранения, я открыла дверь нараспашку и, кажется, даже вскрикнула, подавившись конфетой, - на пороге стоял Аомине Дайки. С трудом понимая, что происходит, я постаралась как можно быстрее закрыть дверь, но он остановил меня, удержав ее двумя руками. Я не могла произнести ни слова: рот забит дурацкой конфетой, кусочки которой еще и перекрыли воздух в горле. Как же нелепо я выгляжу в полотенце, с мокрой головой, в отчаянной попытке сбежать от незваного гостя. Аомине смотрел на меня с превосходством, насмешкой и издевкой одновременно. А я усердно пережевывала уже ненавистную конфету, чтобы поскорее высказаться. Конечно его появление мне льстило, но я должна была держать марку. - Какого черта? – наконец смогла произнести я, убирая руки от двери, тем самым позволяя ему войти. Аомине не спрашивал разрешения – вошел и закрыл за собой дверь. Говорят, что у себя дома ты чувствуешь себя всегда в безопасности. Ложь. Особенно, когда перед тобой такой тигр с диким огоньком в глазах. - Потрясающе выглядишь, – он ухмыльнулся, окинув меня взглядом ультрамариновых глаз с головы до ног. Не знаю жалела ли я о том, что мое полотенце слишком короткое или наоборот, но его взгляд мне нравился. Затем он принялся рассматривать валяющиеся на полу вещи, и его улыбка становилась все более хищной. – Ты не слишком то аккуратна. - Что тебе нужно? Откуда узнал, где я живу? – попыталась возмутиться я, но его, кажется, это ничуть не тронуло. Положив руку на мое плечо, Аомине мягко оттолкнул меня в сторону и прошел в глубь квартиры. Его наглость мне нравилась, но признаться я не могла. От одного его взгляда усталость как рукой сняло. – Эй, я тебя не приглашала! Я последовала за ним. Аомине остановился посреди комнаты и оглянулся по сторонам. - Ты живешь одна? – спросил он. - Как видишь… - ответила я, окончательно признав, что на мои вопросы он отвечать не собирается. - А Кисе? - Не вижу связи, – проговорила я и встала к нему лицом. Аомине был выше меня головы на полторы, от него приятно пахло сигаретами и каким-то тяжелым парфюмом. Было что-то еще, но я сомневалась, что правильно угадываю этот запах. Я слышала о том, что у секса тоже есть свой запах, и если это так, то Аомине им пах достаточно сильно. - Жестоко, но не могу сказать, что мне это не нравится… - он наклонился ко мне, и я сделала шаг назад. Если он пришел ко мне с такими намерениями, то однозначно знал, что Кисе не будет у меня, и более того – что его вообще не будет в доме. Либо он просто безумец, и ему наплевать на чувства товарища по команде. - Зачем ты пришел? Как видишь, я не в настроении принимать незваных гостей… - проговорила я, чувствуя, что его аура давит на меня. Хочу его! Хочу прямо здесь и сейчас, чего бы мне это не стоило. - Не люблю проигрывать, – ухмыльнулся он. – Твое настрое подходит для моего реванша. - Не думаю, – улыбнулась я, от чего он удивился всего на мгновение, а потом в его глазах снова вспыхнуло пламя азарта. Невидимая нить между нами натянулась до предела, и я уже не могла заставить себя думать о чем-то другом, кроме как о его следующем шаге. Внутри уже разливалась палящая лава, а он стоял так расслаблено, запустив руки в карманы спортивных штанов, что я начала ощущать нетерпение. - А думать не обязательно… - прошептал он, сделав шаг мне на встречу, и мое тело обдало волной горячего воздуха. От Аомине исходил такой жар, что на моем лбу проступила испарина. Колени предательски подогнулись, хотя он даже не прикоснулся ко мне. Он просто стоял слишком близко, смотрел слишком страстно, и мне стоило больших усилий сдержать свой собственный порыв прикоснуться к нему. – Это даже лишнее… В следующее мгновения его руки уже обвили мою талию, а губы прижались к моим. Я не в силах была сопротивляться и, обхватив его за шею, ответила на поцелуй. Что это было? Когда я в последний раз так целовалась, что из глотки вырывался приглушенный стон? Наши языки переплелись в безумном танце, а мне будто было мало, и я сильнее прижалась к его пылающему жаром телу – глубже, сильнее, ближе. Аомине быстро стянул с меня полотенце и не стал тратить время на излишние ласки: его пальцы сразу проникли между моих ног, и все внутренности приятно запульсировали от его прикосновений. Черт, он дразнит меня, а я схожу с ума, полностью теряя контроль над собой, уступая место собственному безумству. От глубокого и животного поцелуя мне уже нечем дышать, и я лишь отдаленно осознаю, что полностью обмякаю в руках своего искусителя. Когда он разрывает поцелуй, мне хочется закричать от досады – я теряю ощущение близости его тела, и мне даже становится холодно. Словно невинная школьница я тянусь к его шее, укрывая ее какими-то нерешительными влажными поцелуями, и он откидывает голову назад, открывая мне большее поле деятельности. Мои руки тянутся к выступившему бугорку на его штанах, и как только я касаюсь его, Аомине вздрагивает, а я мысленно прикидываю его разницу с Ретой – она существенна. Желание почувствовать его пробуждает во мне низменные инстинкты. Я опускаюсь на колени и, легко справившись с завязками его спортивок, стягиваю их вниз. На Аомине черные боксеры, на которых уже проступили капли от смазки, что заставляет меня невольно облизнуться. Он кладет ладонь на мою макушку, когда я целую его член через ткань и глажу его ладонью – приятное чувство. - Возьми его… в рот… - он дышит тяжело и прерывисто, а слова, кажется, дались ему с большим трудом. Я не собиралась заставлять его ждать, тем более тогда, когда я сама безумно хотела этого. Стянув с Аомине боксеры, я полной грудью вдохнула его запах, от которого даже закружилась голова. У него действительно большой член, а еще как-то по-скульптурному красивый. Обхватив его рукой, я решительно взяла его головку в рот и прикрыла глаза от ощущения его горячей пульсирующей плоти у себя во рту. Твердый, горячий, влажный – от осознания того, что его член у меня во рту, по телу разливается жар, и сердце учащает ритм своего движения. Аомине тяжело дышит, двигаясь мне на встречу, и я с готовностью принимаю его, пока в голове настойчиво твердят «Хочу! Хочу его целиком!». Мой язык ловко обвивал головку его члена, от чего он вздрагивал, а мои руки настойчиво гладили его плоть. Терпеть больше не было ни сил, ни желания, пожар внутри грозил перерасти в бурю в любую минуту и, улыбнувшись, я положила руки на его бедра, расслабила горло и полностью заглотнула его член. Из губ Аомине вырвался глубокий стон, а после он зашипел, словно дикая кошка. Резким движением он поднял меня с колен и толкнул на диван, лихорадочно снимая с себя футболку и стряхивая с ног штаны. Мне не нужна была подготовка, я могла принять его целиком без церемоний – все тело ныло от предвкушения. Аомине навалился сверху, тяжесть его тела почему-то казалась привычной. Он снова затянул меня в страстный поцелуй, к которому я оказалась не готова – из уголков рта по подбородку стекала липкая от смазки его члена слюна, но его это отнюдь не волновало. Он резким толчком вошел в меня, от чего я невольно выгнулась в спине и тут же, придя в себя, обхватила его за спину одной ногой. Пальцы впились в его спину от безумных ощущений – когда в последний раз мне было настолько хорошо? Он ритмично двигался внутри меня, уверенно и настойчиво, и я чувствовала, как по нашим бедрам растекается моя влага. Это было похоже на безумие – Аомине тихо постанывал мне на ухо, держа меня одной рукой за шею, а я, в отличие от него, не смогла сдерживать стоны. Я сильнее прижималась к нему, сбившись со счета - от скольких уже конвульсий содрогалось мое тело? Сколько уже длится эта сладкая пытка? Час? Два? А мне все еще мало… Хочу его, хочу раствориться в нем! Мне кажется я уже совершенно без сил, не понимаю где явь, а где выдумка… Перед глазами темно, но мне так горячо и так приятно, что я готова умереть в порыве этого блаженства. Чувствую, как Аомине ускоряет темп, как его член пульсирует во мне, как он замирает, его тело бьет мелкая дрожь, и кончает в меня – перед глазами все плывет, и я невольно сжимаю его плечи. Что со мной? В нос снова бьет его запах – не слышала ничего приятнее. Его тяжелое тело в бессилии опускается на мое, а член все еще пульсирует внутри меня. Ощущаю, как дрожат мои ноги – ни за что не смогу встать на них. - И трахаешься ты так же, как выглядишь… - шепчет он мне на ухо, прерывисто дыша. Другая на моем месте, наверное, обиделась бы на эти слова, но для меня они были, пожалуй, лучшей похвалой. - Я расскажу Рете, что ты меня изнасиловал… - улыбаюсь я, все еще находясь в мягком облаке блаженства. На самом деле говорить мне не хочется, но раз уж он начал. Аомине тихо смеется и слегка прикусывает кожу на моей шее, от чего не телу пробегают приятные мурашки. - Тогда я больше не буду этого делать, хочешь? – его вопрос звучит как вызов. Что за глупости? Конечно, хочу, всегда буду хотеть. - Нет, – на выдохе произношу я. – А теперь слезь с меня, мне тяжело. - Упираюсь руками в его плечи и пытаюсь оттолкнуть – он поддается. Аомине садится на диван рядом со мной, закинув мои ноги на свои колени, откидывается на его спинку. Плевать, что мы грязные – шевелиться не хочется. - Ты с Кисе из-за бабла? – внезапно спрашивает он, и я невольно улыбаюсь. Я ждала этого вопроса, если учитывать тот факт, что, будучи его девушкой, я только что без особых угрызений совести и в здравом рассудке занялась сексом с его лучшим другом. - Нет, – сдержанно отвечаю я. Ответ должен быть тщательно подобран. - И ради чего? - Я хотела познакомиться с тобой… - нет ничего плохого в том, чтобы сказать правду, ну или хотя бы ее половину. Этот ответ не может не впечатлить его, ведь он такой самовлюбленный. - Получилось… - ухмыльнулся он. А потом мы молчали до тех пор, пока жар не вышел из наших тел. В душе наше безумство повторилось, и я случайно разбила зеркало, один осколок которого прошелся по плечу Дайки. Потом я возилась с его раной, а он смеялся с того, что во время секса еще никогда ранее не получал травмы. После мы допили мое вино, и когда часы пробили час ночи, я поняла, что он уже не поедет домой, и эта мысль почему-то меня порадовала. Мы легли спать в одной постели, на очередной секс у меня уже не было сил. За последние несколько дней я привыкла засыпать в объятиях Кисе, и каково же было мое удивление, когда Аомине повернулся ко мне спиной. Я даже попыталась возмутиться, на что получила лениво произнесенное «Я тебе не Кисе». От длительной и бесполезной тирады меня удержало смс, пришедшее на мой телефон «Я закончил. Завтра зайду после обеда. Приготовишь мне сашими?». Я должна была почувствовать себя виноватой, но этого не случилось. Я была благодарна Рете, но любви к нему не испытывала, как в прочем и к Дайки…