mapping

Тучи сгущались над головой, мелкие капли дождя стали падать с неба, иногда попадая омеге за шиворот. Поежившись от холода, брюнет натянул на голову капюшон и стал искать глазами желтую машину. «Слишком быстро стало темно… Обычно в шесть вечера бывает гораздо светлее. Неужели все, что говорят об этом городе, правда?» - подумал парень, садясь в автомобиль, цвет которого напоминал солнышко в столь дождливый день. Назвав адрес того места, куда он направлялся, молодой человек устремил свой взгляд в окно, любуясь природой вечернего города Дарк-сити… До Кенсу решил навестить своего университетского друга, Бен Бэкхена, с которым он учился на протяжении шести лет в одном из крупнейших городов страны, куда съезжались все омеги и альфы, достигшие совершеннолетнего возраста, в том числе и сам Бэкки, приехавший из провинциального городка Дарк-сити. Парни подружились не сразу, из-за препятствующих этому своих странных повадок и взрывного характера Бена. Однако, найдя общий язык, омеги почувствовали друг в друге родственные души. И вот уже сколько лет они были не разлей вода, хотя между ними были несколько сотен километров. С окончания университета прошло пару лет, но парни постоянно поддерживали связь. И сейчас Кенсу приехал к другу спустя многолетнее расставание. Только Бэкхен жил не один. Если у До даже в мыслях не было искать себе пару и вообще создавать семью, то у Бэка семейная жизнь била ключом. Сразу после окончания учебы омега вернулся в родной город, где практически сразу встретил истинного альфу – Пак Чанеля. Через несколько месяцев они поженились, а еще спустя год у них родился маленький малыш – омежка Лухан. Именно за ним сейчас и отправился Кенсу. Родители маленького Лулу были на данный момент заняты: Бэкхен отправился к родителям – одному из его пап стало плохо, а Чанель сегодня работает допоздна. Потому с яслей ребенка некому было забрать. Бэкки позвонил Кенсу несколько минут назад и попросил сходить за малышом по названному адресу детсада. Именно его продиктовал омега таксисту, садясь в только что подъехавший автомобиль. - Вы уверены, что собираетесь туда? – спросил пожилой мужчина-бета, сидевший за рулем такси, тем самым отвлекая До от рассматривания природы за окном. - Конечно, - брюнет кивнул и неосознанно подумал, что слишком странно прозвучал вопрос водителя. - А вам хуже не станет? Прочистив горло, омега ответил тихо "нет" и опустил голову. Сегодня утром у него началась течка. Конечно, он не хотел никуда выходить из дома, но ведь маленький Лулу не может несколько часов оставаться в садике, и, как понял Кенсу, родители мальчика еще долгое время не смогут освободиться. И омеге ничего не оставалось делать, как поехать за ребенком в другой конец города… Попрощавшись с водителем, Кенсу попытался разглядеть здание перед собой, но из-за появившегося тумана, это было тяжело сделать. Шины заскрипели, и желтое пятно растворилось в тумане. Теперь омеге не на что было ориентироваться. Внизу живота тянуло, но брюнет привык переносить свои течки, как болезненно бы это ни было. Пройдя пару шагов, парень стал различать проявляющиеся части сооружения. Вдруг туман стал рассеиваться, и перед Кенсу предстал высокий замок с острыми куполами. Весь он был сооружен из материалов темно-фиолетового оттенка. По телу прошли мурашки, а брюнет сглотнул. Слишком уж мрачно было на улице. Посмотрев на свои часы, парень ужаснулся – стрелки стали идти в обратном направлении. Порывшись в карманах, До достал мобильный, однако аппарат был выключен и на манипуляции хозяина никак не реагировал. Быстро убрав телефон обратно во внутренний карман кожаной куртки, Кенсу повернулся, чтобы покинуть территорию "садика", но, как оказалось, замок стоял посреди поля, где не росло ничего, кроме корявых деревьев с пересохшими стволами, которые уже давно не могли распускать листву. Омега уже забыл о причине своего визита на эту территорию. Его охватили паника и отчаяние. Хотелось убежать отсюда подальше и не слышать громких криков ворон, которые начали кружить на небе над головой испуганного брюнета. Однако что-то держало парня, и какая-то неизведанная сила тянула внутрь замка. Пересилив свой страх и поддавшись шестому чувству, Кенсу направился ко входу к зданию. Поскрипывая от каждого шага омеги, лестница привела До к черной двери, на которой неизвестно кем был выцарапан глаз. Казалось, он смотрел тебе прямо в душу. Под ним так же были выцарапаны чьи-то инициалы – "Ч.K." «Может, это у хозяина замка?» - подумал брюнет, ухватываясь за ручку двери. Она открылась, и Кенсу обдал ветхий запах помещения, куда он вскоре вошел. С детства полюбив подобные запахи, омега решил посвятить свою жизнь архивам или геологии. Именно поступив в геологический университет, До познакомился с отцом маленького Лулу, который, по сути, должен был находиться в этом здании, если омега не перепутал адрес. Неожиданно боль в животе дала о себе знать. Усилившись, она согнула Кенсу пополам, заставив скрючиться и сморщиться. Тихо охнув, омега попытался сосредоточиться на избавлении боли – обычно это помогало. Но, к сожалению, это был не тот случай. Схватившись за живот, парень решил продолжить свой путь. Оглядевшись, он обнаружил, что находится в довольно чистом холле первого этажа. Окна, которые по своей природе должны освещать помещение, были плотно прикрыты прибитыми гвоздями к ставням досками и не пропускали и лучик света через себя. Слева виднелась аккуратная дырка в стене, верх которой был в форме арки, говорящий омеге о том, что отверстие скрывало за собой другие комнаты и помещения. Под ногами чувствовался мягкий ворс ковра, неподалеку стоял диван в викторианском стиле. Рядом с ним похожие друг на друг два кресла. Перед этим гарнитуром стоял журнальный столик времен правления Сёва. Позади дивана находился большой книжный шкаф с литературой разных эпох и времен, а рядом с ним расположилось огромное зеркало, которое, казалось, ничего не отображало. Из-за отсутствия какого-либо намека на свет, оттенки мебели невозможно было различить, но Кенсу чувствовал, что все они были холодных и темных тонов. Однако большее внимание омеги привлекла лестница, стоящая практически в углу первого этажа и ведущая наверх. Вдруг откуда-то на нее полился лунный свет, будто призывая брюнета подняться по лестнице на второй этаж. Уже не соображая, что он делает, парень пошел по направлению к ней. Боль пульсировала в животе, ни на секунду не ослабевая, тем самым сильнее притупляя разум течной омеги. Ступени мерзко поскрипывали, а лунный свет тихонько стал меркнуть. Полностью он исчез, когда брюнет оказался на втором этаже. Мрачный средних размеров коридор мог провести парня в пяти различных направлениях, но только у одного из них была открыта дверь. Туда и направился Кенсу. С каждым шагом, который с трудом давался полу-обессиленной омеге, До чувствовал, что какой-то приятный запах, появившийся при входе в здание, усиливался. Войдя в комнату, дверь которой услужливо была открыта, приглашая незнакомца внутрь, омега увидел перед собой огромную кровать, простынь которой была чисто-белой, но подушки и одеяло чередовались красным и черным цветами. Кроме кровати, занимающей добрую часть комнаты, здесь находился комод древних времен, картина высотою с саму комнату, на которой был изображен человек, рядом с ней оставшуюся часть стены занимало большое зеркало, прикроватный столик и двойная стеклянная дверь, ведущая на балкон, откуда так же лился лунный свет, падая на кровать. Осмотрев комнату, парень повернулся к картине, решив ее изучить. Кенсу сглотнул - перед ним стоял обаятельный светловолосый альфа, одетый в белую свободную рубашку и черные брюки, сексуально проводящий языком по пухлым губам и, чуть прищурившись, смотря вперед с похотью в глазах. От картины исходил такой приятный аромат, что у омеги немного закружилась голова. Ему показалось, что на него с картины смотрит его альфа. Такой прекрасный и изумительный. Обычно независимый от своих инстинктов во время течки брюнет неожиданно почувствовал, что хочет подчиняться и быть хрупким. Именно этому альфе. Если бы парень не слышал рассказов о том, как пары чувствуют истинность друг друга, то он бы подумал, что сошел с ума, раз хочет отдаться какому-то написанному на холсте красками изображению. Но Кенсу чувствовал, что его тянет к этому блондину. Издав тихий стон, парень стал медленно оседать на пол - так плохо ему во время течки еще не было. Ведь до этого он не видел и не чувствовал собственного альфу, а теперь этот самый альфа, как казалось, наблюдает за ним, хоть и по ту сторону картины. Зная это, организм больше выматывает терпение омеги, заставляя желать член в заднице сильнее обычного. Из ануса текло неимоверно много смазки, а запаха выделялось чересчур много. Кенсу застонал еще раз, но громче, теперь от безысходности. Ведь красавчик с картины не сойдет и не сможет помочь омеге избавиться от этих мук. Вновь та же невидимая сила заставила парня встать с пола. Дрожащие ноги не хотели удерживать парня, разум затуманивался, а брюнет проклял своего друга, попросившего забрать сына из детского сада, которого здесь и в помине не было. Как будто какой-то заговор. Еле встав с пола, До подошел к зеркалу, чтобы взглянуть на свое отражение. На него смотрел растрепанный, вспотевший темноволосый омега с болезненно покрасневшими большими глазами. Вид у парня в зеркале был такой уставший, что, казалось, сейчас он рухнет на землю и уснет на долгое время. Чтобы не видеть такого страшного себя, Кенсу опустил голову, продолжая опираться обеими руками о зеркало. Вдруг стало тяжело дышать, а приятный запах окутал с ног до головы омегу. Подняв голову, До вздрогнул, а дрожь пробила все тело. Зеркало показывало, что рядом с брюнетом стоял тот самый светловолосый парень с картины. Только он был настоящим. Благодаря освещающей комнату полной луне, Кенсу сумел рассмотреть блондина внимательнее. Светлая макушка растрепанных во все стороны волос, которые так и хотелось поправить или пригладить. Переливающиеся черным цветом шоколадные глаза, смотрящие на омегу с таким желанием и вызовом, что брюнет готов вот-вот отдастся ему. Аккуратный средней длины нос и розовые пухлые губы. Даже при таком тусклом освещении можно было увидеть, как блестит загорелая кожа красавца, сошедшего с картины. - Обернись. До сглотнул. Это сказало отражение в зеркале того парня. Хриплый, но до жути приятный голос, из-за которого Кенсу возбудился, организм стал выделять больше запаха и смазки. Незнакомец стал чаще вдыхать в себя воздух, пропитанный ароматом течной омеги, и закрыл глаза. - Я сказал: "обернись", - гораздо раздраженнее повторил альфа, медленно открывая глаза. Будто в трансе, брюнет стал оборачиваться. «Это все из-за течки. Конечно, больше 10 лет она есть в моей жизни, а я ни разу не занимался сексом. Вот организм и платит мне галлюцинациями, запахи кажутся, голоса…». Омега уже готов было увидеть перед собой пустую комнату. Но черные глаза нашли Кенсу не только в отражение. Перед ним стоял тот самый блондин, который, не переставая, пожирал омегу взглядом. Широко раскрыв и без того большие глаза, брюнет сглотнул. Теперь он испугался ни на шутку. Вдруг светловолосый парень подался вперед, взял обеими руками лицо До и впился своими губами в чужие. Глаза Кенсу расширились до предела, но он не смог оттолкнуть альфу, даже если бы и хотел. Ведь ему понравились такие сладкие губы блондина, хотелось целовать их всегда, не отрываясь от них ни на секунду. Руки с лица опустились и удобно устроились на талии омеги. Совсем не сопротивляясь незнакомому мужчине, брюнет почувствовал, как его тянут по направлению к кровати. Миг – и парень прижат чужим телом к мягкой постели. Возможно, сказывалось сильное возбуждение, а, может, Кенсу просто хотелось избавиться от боли внизу живота, но блондин казался ему родным человеком, которому не страшно отдать свою невинность. - Наконец-то ты пришел ко мне. Тихий шепот у уха, и губы незнакомца стали целовать каждый сантиметр на лице, начиная с того самого уха и закачивая шеей. Прикусив немного ее нежную кожу, блондин зализал горячим языком место укуса. Затем он посмотрел на брюнета выжидающим взглядом. - Ты согласен прожить со мной вечность, Кенсу? - Откуда ты.. - Я знаю о тебе все, дорогой. Ты чувствуешь нашу истинность, тебя в этом мире никто не ждет.. Почему же тебе не быть со мной? До показалось, будто сейчас у него пойдут слезы, ведь в носу защипало, а на глазах стала собираться влага. Альфа говорил правду: кроме Бэкхена и семьи этой омеги никого из близких людей у брюнета не было. Он рос в детдоме и своих родителей не помнил. - Долго не думай. Ответь, пока не поздно, - шоколадные глаза смотрели теперь уже умоляющим взглядом на омегу. Кенсу чувствовал – перед ним его истинный альфа, и кроме него ему теперь больше никто не нужен. Через несколько лет брюнету исполнится тридцать, а у него нет ни семьи, ни альфы, ни детей… Только зачем блондин так торопится? - Я… Мне нужно время… - Тогда, надеюсь, ты не против того, чтобы я помог тебе справиться с этой проблемой, пока ты думаешь? – сказав это, альфа положил свою руку на пах брюнета, немного сжав его. Омега раскрыл рот в немом стоне и стал жадно хватать ртом воздух, опрокидывая голову назад и выгибаясь дугой. Довольно улыбнувшись бурной реакции парня, незнакомец прошептал в самое ухо: - И, кстати, меня зовут Чонин. Невнятно угукнув, Кенсу почувствовал, как с него начали стаскивать одежду. Через несколько минут рубашки, брюки и нижнее белье парней валялось на полу, оставляя пару оголенной. Загорелое тело альфы было прекрасным, что брюнет, не моргая, разглядывал его. Аккуратно раздвинув ноги омеги перед собой, Чонин удобно уместился между ними. Приложив правую ладонь к анусу, из которого не переставая лилась смазка, блондин погладил это место, вырывая из души тихие «ахи» и «охи» партнера. Альфа потянулся к губам Кенсу, и вот они уже целовались. Мокро, пошло и очень возбуждающе. Брюнет и не заметил, как в него вошли и начали двигаться. Сначала медленно и аккуратно, всегда под разным углом. Боли не было благодаря обильно выделяющейся смазке, но ощущение дискомфорта все равно присутствовало. Чонин вошел уже совсем под другим углом, а омега вскрикнул и выгнулся от удовольствия. Ему стало так хорошо, что прежние страхи, вызванные мрачными окрестностями замка и его видом, улетучились. Теперь были только возбуждение, страсть и вскруживший голову аромат, исходящий от блондина. Может, и впрямь быть с этим парнем? Тем более, он – истинный. А от судьбы не уйдешь. Комнату заполнили стоны наслаждения омеги и сдержанные рычания альфы. С каждым толчком Чонин попадал по простате, отчего Кенсу извивался под блондином. Казалось, все это – сладкий сон, который в любую секунду мог раствориться. Но альфа продолжал быть рядом с брюнетом, даря ему божественное удовольствие. Брюнет почувствовал, что был уже на пределе. Вцепившись в широкие плечи Чонина, он впился губами в чужие напротив. От неожиданной выходки Кенсу, блондин решил мягко "наказать" пару. Он стал покусывать губы своего омеги, от чего тот стал мычать, но не оттолкнул Чонина. Вдруг стенки ануса стали сжимать член, и альфа все понял. Одной рукой он обхватил ствол члена брюнета и стал быстро-быстро двигать ею. Кенсу стал уже кричать от наслаждения. Ему казалось, будто он сейчас потеряет сознание, чего нельзя было делать. Излившись в руку блондина, До почувствовал резкую боль в левом плече. Альфа «пометил» его, а, значит, обратного пути нет. Теперь он – омега Чонина. - Так что насчет моего предложения? - тихо спросил блондин, наклоняясь к уху Кёнсу, опаляя его горячим дыханием. - Я согласен… Чмокнув брюнета, альфа ускорил свои толчки. На его груди, лице и шее проступили черные вены, переплетаясь в искусный рисунок. Но Кенсу не видел всего этого: его глаза были закрыты, и омега судорожно цеплялся за плечи парня, все еще не веря в то, что это происходит наяву, а когда блондин через несколько минут кончил внутрь До, то брюнет рвано выдохнул. В глазах потемнело, по телу прокатилась приятная истома, будто бы его опустили в чан с горячей водой, и у Кенсу совсем не осталось сил, чтобы сопротивляться внезапному сну. Где-то на остатках сознания, он чувствовал: что-то происходит внутри него. Будто До и его альфа становились одним целым. Последнее, что он услышал, была фраза, сказанная Чонином: - Теперь ты – мой муж, и всю оставшуюся жизнь ты проведешь в моем мире. Ведь теперь ты носишь под сердцем наследника престола… Очнулся Кенсу только оттого, что почувствовал, как его держали на руках и куда-то несли. Полностью омега открыл глаза только, когда пара оказалась на первом этаже. Они стояли перед зеркалом. Только парни в нем не отражались. - Что за… - Это дверь в мой мир, где ты и я будем вместе. После этих слов альфа шагнул к зеркалу. Брюнет закрыл глаза, предчувствуя удар со стеклом, но вместо этого он почувствовал, как его стало обволакивать какое-то странное вещество. Но Кенсу не придал этому значения, уходя из реального мира в другой, где его будет ждать счастье и любовь.