Встреча выпускников

- Гроб, ты чего так поздно догадалась?! Я тебе и так машу, и сяк, а ты ничего не понимаешь, - возмутилась Гроттер, когда подошла к Гробыне и к Кате. - Таня, мы только что тебя поняли. А до этого, между прочим, спасли твою невозмутимость. Кто нам клялся, что при первой же встречи не будет целоваться с Крушискелотовым? – вспомнила Склепова, - Мы, между прочим, тебе помогли: подослали детей в самый подходящий момент. - Да, и разговор перешел совсем не в то русло, - громко возмутилась малютка Гроттер. - Ой, да что ты?! Лучше разговор, чем действия, - съехидничала Гробыня, - После разговора хоть отмазаться можно, а после поцелуйчика у всех на виду, согласись, будет гораздо трудней. И еще, почему ты думаешь, что Бейтарелочкин - слепой идиот? Ведь согласись, внешность Алисы выдает все. - Ладно, извини, Гробыня, - более-менее успокоилась драконболистка, - Чего-то я погорячилась…Ну, все равно он не отстанет. - А у меня есть план, - наконец-то сказала, хоть слово Катя, - Может, придумать знаки, когда нужно выручать тебя, Тань…Ну, там кашлять начнешь или что-нибудь еще. - Вот представь, стою я тихо и мирно, потом подходит он, и я начинаю дико кашлять. И вы думаете, что это во второй раз пройдет? Как Склеповская отметила: он не дурак. - Ну, там, в следующий раз скажи, что ты куда-нибудь спешишь, - продолжила Лоткова. - Действительно, Тань, давай. Мы всегда будем рядом ошиваться, - согласилась роковая девушка темного отделения. - Ну, ладно уговорили, - не особо долго ломалась Таня. Дальше их разговор вынужден был прекратиться, так как академик уже пригласил всех в зал. По дороге компания увидела толпу детей из девяти-десяти человек. Видимо, Алиса смогла еще поспорить с несколькими детьми, но, решив на этом не зацикливаться, малютка Гротти с подругами отвели детей в зал двух стихий, где раздали остальных детей их родителям. Сначала решили сделать все тихо и мирно, но когда дети лягут спать, то устроить веселуху на полную катушку. Никто не был против, все только за. Таня огляделась: Зал двух стихий было не узнать. Один большой стол на всех был заставлен всякой вкуснятиной, не только для взрослых, но и для детей. Малютка Гротти села за стол в окружении Кати, Гробыни, Ягуна и Гуни со своей дочкой и их детьми. Омрачало событие лишь то, что знакомая троица некромагов села поблизости и, похоже, весьма дальновидно. Теперь разговаривать пришлось на безопасные темы, но все равно они переходили на детей. - Таня, а ты все еще в драконбол играешь? – спросил Гуня. Мда, семья на него и его мозги влияла положительно. - Ну да, - удивилась Таня, не замечая интерес некромагов. - А, когда с Алисой сидишь? – не понял Баб-Ягун. Таня была готова просто разорвать своего друга, но не могла…Друг есть друг. - Ну, не забывай, Ягунчик, что тренировки только один раз в месяц, а матч один раз в год, но еще перед ним, за недельку, тренировка, поэтому я не могу сидеть с Алисой всего тринадцать дней в год. А это не так много согласись? Поэтому я отдаю ребенка, либо Кате, либо Гробыне, либо… - малютка Гротти поняла, что сейчас едва не проболталась, что отдает ребенка родственникам Глеба. Хотя они и так заглядывают к любящим родственничкам, но некромаг об этом еще не узнал, и Гроттер решила сменить разговор, - А у тебя, как работа? - Да, все по-прежнему, комментирую матчи. А тебе Катя говорила, что она открыла сеть магазинов одежды? – поинтересовался комментатор. - Конечно, - согласилась драконболистка, - Когда мы гуляли, она все рассказала. - Правда?! – удивился вечно болтающий друг, но потом вспомнил, - Ой, извини, забыл, что вы практически каждый день гуляете, - Тут он обратился к Гробыне, - А у вас, как дела? - Ой, Ягунчик, наконец-то ты обо мне вспомнил, - съязвила Склепова, но потом немного посерьезнела, - Да, нормуль все… Они еще болтали и болтали на всякие разные темы, а Глеб все больше и больше понимал, что Танька чего-то не договаривает. Может, она бы и сказала, если бы не он.

***

Когда все поели, то начались разговоры. Главная тема была: «Как поживаешь?», которая потом перетекала в разговор: «И, когда ты это все успеваешь?» Да уж, и не сказать, что это бывший проблемный пятый курс школы для Трудновоспитуемых волшебников. Все хоть немного, но повзрослели. Судьба у всех сложилась разная, кто стал банкиром, кто знаменитостью, а кто просто занимался любимым делом, но все нашли занятие по душе, хотя, если посмотреть, кто, о чем мечтал. Вот некоторые смогли стать знаменитостью и, одновременно, заниматься любимым делом… Все были навеселе, хотя, нет, были и не развлекавшиеся люди, такие, как вечно кислая Лизон и, на удивление, Ванька. Он ходил весь вечер и подозрительно косился на Танину дочку, которая в это время радостно бегала по всему замку с остальными детьми. Игры у них были весьма разные, сначала прятки, потом ляпы…А дальше уже не помнили не только взрослые, но и сами дети. Дима – сын Лены с Шурасиком - грустно стоял возле своих родителей, ну и еще в компании двух взрослых некромагов. Он скучал до тех пор, пока к нему не подбежали Алиса с Юлей. - Можно мы возьмем Диму? – спросила дочь Склеповой. - Ну да, конечно, - согласилась Свеколт. - Дима идем, - интересно и в кого бы у Алисы такой напор?! – Мне бабушка говорит, когда я беру в руки какую-нибудь книжку, что ботаничить потом успеем. Так, что пойдем! - Куда? – не понял тот. - Вот видишь, около входа толпа стоит, так вот мы ждем только тебя, - заявила Юля, показывая на вход в зал двух стихий, где стояла большая, хотя это мягко сказано, толпа детей. Видимо, там собрались все ребятишки, которые приехали сегодня с родителями. Волей-неволей, но сын умов бывшего пятого курса пошел за ними. Когда они скрылись в толпе взрослых магов, то Лена невольно усмехнулась: - Да уж, им бы армией командовать. - Что? – переспросила Аббатикова, - Почему? - Ладно, проехали, - тяжело вздохнула Свеколт, - Слушай, Жанн, а где твои дети? - А, они с Майклом дома остались, - теперь некромагиня повернулась к все еще молчащему Бейбарсову, - Ты с Гроттер поговорить не собираешься?! - Что? – несвойственный вопрос для некромага, но Глеба совершенно из колеи выбило то, что у него есть дочь от любимой девушки. Но та в свою очередь упорно делала вид, что не знает его и все время находит причину от ответа на вопрос: Это моя дочь? То, что Таня подняла свой уровень магии до пятого, пока, не приносило некромагу никакой радости. Теперь для нее лоб – это открытая книга, но он, хоть и некромаг, все равно не смог скрыть этот вопрос под насмешками и под своей обычной маской. Хотя, уже вертелся еще один вопрос: Бабушка? У Танюши же родители умерли…Если она моя дочь, а я в этом не сомневаюсь, только нужно заставить Танечку во всем признаться, то должна быть знакома с моей мамой и, отсюда, со всеми моими родственниками. Но, почему они молчали о существование нашей доченьки? Почему ничего не сказали, даже не намекнули? Столько вопросов и не одного разумного ответа, хотя, конечно были догадки, но, как показалось Бейбарсову, их еще нужно подтвердить. Только, как?! – один из самых важных вопросов, который задал себе некромаг. Было, конечно, пару идей, начиная самого невинного, а то есть, просто спросить, заканчивая допросом с пристрастием. Нет, это не будут какие-либо пытки, которые могут придумать наши извращенные умы, а нечто другое…Конечно, Гроттер не будет больно, да, как бы это глупо не звучало, для влюбленного некромага слезинка, скатившаяся по ее щеке, была важней его жизни. Решив все-таки сделать первый шаг, некромаг подошел к малютке Гроттер, которая в данный момент была одна. Она стояла у окна и о чем-то думала, пока ей не помешал Бейбарсов: - Таня, ответь мне честно на один вопрос: Алиса, моя дочь или нет? – уже вслух спросил Глеб, естественно ожидая, как мать его ребенка выкрутится от этого вопроса, но слов не последовало, а вместо этого, она начала кашлять…И естественно, к ней подошла Катя, мигом же забрав Грозную Русскую Гротти из «лап» некромага. Почему-то Глеба это не удивило, он просто ждал, как выкрутится его любимая, но та поступила своеобразным способом, который ей до этого предложила Лоткова.