What Makes You Beautiful

Мы с ребятами ещё долгое время не могли отойти от нашего комического состояния. Остановившись у неизвестного мне закоулка, мы продолжали смеяться и порой подшучивать над недавно состоявшейся ситуацией. С одной стороны, меня грызла совесть за то, что мы так просто убежали, даже не удосужившись извиниться перед этим человеком, но с другой стороны, какая разница, не так ли? Вряд ли тот мужчина ожидал от нас каких-либо извинений, да и выглядел он так, как будто, подобно быку, разглядел в нас красный цвет. Нам не оставалось ничего, кроме как, делать ноги, дабы остаться в живых. — Боже, видели бы вы себя в этот момент. — я до сих пор не могла успокоиться, сквозь смех выдавливая из себя слова. — Такие напуганные и невинные лица, по уши измазанные в еде. Господи, почему это так смешно? Парни не остались равнодушными к моим словам по поводу их забавного вида и тоже смеялись. Так наши голоса и смех сливались в унисон, а остальные звуки отошли на второй план, будто их и вовсе не существовало. — Ну, да. Между прочим, это всё из-за тебя. Так что, не строй из себя здесь белую и пушистую. — подметил Зейн, вытирая подступившие от смеха слезы и стараясь подавить его, пока он произносил свою фразу. — Да, ты единственная, кто остался чистеньким. — подхватил друга Найл. — Ну, вообще-то я замарала свое платье. — невозмутимо воскликнула я, приподняв подол платья, на котором красовалось розовое пятно от пролитого напитка, хотя мы все знаем, что этого не достаточно. — И ты думаешь, что я позволю тебе так легко отделаться? — спросил меня Найл, мгновенно сократив расстояние между нами. Его жест слегка потряс меня, и я даже перестала смеяться, так как его пронзительно голубой взгляд вмиг затянул меня в свою глубину, перемешав всё в моей голове в одну огромную кучу. Когда Найл так близко, со мной такое часто бывает. Прежде чем я успела опомниться, он накрыл своими губами мои, еще ближе прижимая меня к себе. Я сморщилась от отвращения, пытаясь прервать нашу близость, так как теперь благодаря нему я тоже была вымазана в еде, но он прижимал меня еще крепче. Я была просто бессильна, да и к тому же, не буду врать, мне это нравилось. Мне нравится целовать его, нравится ощущать его мягкие влажные губы на моих, нравится шелковистость его языка сплетающегося с моим, и всё это просто сводит меня с ума. — Фу, ребят, хватит. Серьезно. Меня сейчас стошнит. — раздался раздраженный голос Зейна. — Так и скажи, что завидуешь. — ответил Найл, прерывая наш, в каком-то роде, грязный поцелуй, и мы все вновь не сдержались от смеха. Господи, как же я обожаю это. Вдруг на улице начался сильный проливной дождь, и огромные капли сильно забарабанили по оконному стеклу, оставляя после себя размытую дорожку. — Нам, наверное, пора. Не будем же мы высиживать здесь вечность. К тому же, нам определенно необходим душ. — сказала я, указывая на наш неряшливый вид. — И куда мы пойдем? — спросил Зейн. — Эм... ну мы можем пойти ко мне. Отец всё равно работает допоздна, так что... — начала я, но Зейн неожиданно меня перебил. — Я не думаю, что это хорошая идея. — вдруг выпалил он, и принял нахмуренный вид. — Почему? — не поняла я. — Зейн, ты же понимаешь, что всё это в прошлом? Семья Эмили здесь не при чем. — обратился к другу Найл, и я поняла, что под этим скрываются личные проблемы Зейна. Что-то из-за чего он испытывает неприязнь к людям из богатого общества. Возможно, я его понимаю. Хотя нет, я и представить себе не могу, с чем ему пришлось столкнуться, но, по крайней мере, я готова это принять. — Я знаю... — произнес парень, опустив взгляд. — лучше отвези меня домой. — наконец, подняв взгляд, ответил он. Почему это так внезапно его расстроило? И что такого должно было случиться в его жизни? Мне просто интересно, какого это, когда твоя жизнь свела тебя по такому отчаянному пути, и теперь тебе приходится скрываться под маской преступника. Хотя я не считаю их преступниками, это слишком громко для них звучит. Они крадут у богатых, помогая друг другу. Так они выживают и это единственное, что им остается. Я не нахожу в этом ничего плохого. — Ладно. — сказал Найл и завел двигатель. Я рада, что узнала о нём после нашего знакомство. Иначе бы Найл уже не был таким в моём взгляде, каким я вижу его сейчас. Это так странно. Мы часто судим о людях по их внешнему виду и поступкам, но всё меняется, как только мы заглядываем к ним в душу. Но Найл... первое, что он сделал, это заглянул именно в мою душу, и я не могу понять, как ему это удалось.

***

— Идем, я покажу тебе где ванная комната. — сказала я, когда мы с Найлом переступили порог моего дома. — И мы будем стоять вместе под одним душем? — игриво произнес он, прижав меня одной рукой за плечи. — Мечтай. — немного смутившись от его вопроса, я тут же толкнула его в грудь, но он лишь засмеялся и еще крепче прижал меня к себе за талию, после чего сплёл наши губы в нежном поцелуе. — Кхм-Кхм. — раздалось по другую сторону гостиной, и мы с Найлом, а точнее я, вмиг отскочили друг от друга. — Пап? Ты разве не на работе? — протороторила я, сгорая от стыда, так как он вообще не должен был нас видеть. Это же папа! — Я подумал, что сегодня смогу взять выходной, и мы могли бы с тобой, наконец, нормально поговорить. — произнес он и снова раскашлялся, расплываясь в невинной улыбке. Чему он улыбается? — Но, как я вижу, ты и без меня хорошо проводишь время. — Па-ап. — протянула я, закатив глаза. — Могу я хотя бы узнать имя этого молодого человека? — поинтересовался он. — Найл. Найл Хоран. — представился Найл. Несмотря на то, что отец застукал нас в этом неловком положении, Найл выглядел весьма спокойным. Разве он не должен испытывать волнение, знакомясь с моими родителями? — Приятно познакомиться, а я, как ты уже успел понять, отец Эмили. — улыбнулся папа. — Ладно, развлекайтесь. Да, и про защиту не забывайте. — более строго произнес он, но на его лице по-прежнему сияла улыбка, после чего он подмигнул мне, и я в очередной раз закатила глаза. — Пап. — нахмурив брови, рыкнула я. Мне итак не по себе, а он еще и издевается. — Всё-всё, я ухожу. — невинно подняв перед собой руки, сказал отец, прежде чем оставить нас с Найлом одних. — Боже, извини. Я думала он на работе. — я прикрыла лицо руками, по-прежнему смущаясь данной ситуации. — Эй, — он убрал руки с моего лица, после чего провел большим пальцем по моей щеке. — ничего страшного не произошло, это же твой отец, который, хочу заметить, рад за тебя. Любой другой отец бы уже давно вышвырнул меня из дома, с криками «Не приближайся к моей дочери»! — говорил Найл, что вызвало у меня легкий смех. — А твой отец оказался классным. — Честно, я не думала, что он будет рад. — «но с тобой всё вокруг обретает другой смысл» добавила бы я, но промолчала. — Но всё равно, это выглядело так нелепо. — Просто не думай об этом. Ведь всё хорошо, не так ли? — сказал Найл, соприкоснувшись своим носом с моим. — Да. — кивнула я, прикрыв глаза. — Я не хочу что бы ты думала о плохом. — добавляет он, и я ощущаю его теплое дыхание на своих губах. — Не буду. — заверяю я, помотав головой. — Так как на счет душа вдвоем? — вернулся он к старой теме, и я вновь толкнула его в грудь, после чего он отлетел на пару сантиметров. — Даже не мечтай об этом. — пригрозила я с улыбкой, и тот невинно надул губки, но я лишь вновь отрицательно помотала головой. Не то, чтобы мне самой этого не хотелось, но я определенно ещё не готова стоять с ним под одним душем, да и сама идея смущала меня до чертиков, хоть мы с Найлом уже и были достаточно близки в буквальном смысле, но это другое.

***

Переодевшись в чистую одежду, я повалилась на кровать и начала ждать, пока Найл не закончит свои водные процедуры. Долго ждать не пришлось. Вскоре звук напора воды в ванной стих, и в дверях моей комнаты показался голый Найл, обмотанный лишь одним полотенцем вокруг бедер. Я, скорей всего, покраснела, как черт, и закусила губу, чтобы мой рот не отвис при виде его обнаженного бледного торса. — Твой взгляд меня немного смущает, Эми. — вдруг произнес он, и я вмиг отвела взгляд, смотря на пустую стену с голубыми обоями. — Эм… кхм.. прости. — смутилась я, краснея ещё сильней. — Почему ты… почему не одет? — еле произнесла я, слыша его усмешку. — Наверно потому, что моя одежда испачкана кусками котлет с макаронами. — ответил он, подходя ближе ко мне. — Я только хотел спросить, могу ли воспользоваться вашей стиральной машинкой? — Конечно. — кивнула я, борясь с желанием взглянуть на него. — Спасибо. И, Эми, — добавил он, прежде чем уйти, и я, наконец, посмотрела на него, держа взгляд на его глазах. — ты бы так не смущалась, если бы мы сходили в душ вместе. — Ты невыносим! — воскликнула я, и закинула в него подушкой, после чего он, смеясь, скрылся за дверью ванной. Прежде чем он успел выйти, замотанный в своем невыносимом полотенцем, я передала ему костюм своего отца, чтобы нам обоим было легче до тех пор, пока его одежда не отстирается. — Я выгляжу, как солидный идиот. — пробурчал Найл, выходя из ванны, чем вызвал у меня смех. Он и вправду выглядел смешно в этой темно-малиновой рубашке моего отца, которая, к слову, была ему велика. — Если ты продолжишь надо мной смеяться, я разденусь обратно. — пригрозил он, и я прикрыла рот рукой. — Прости. — сквозь смех выдавила я. — Я серьезно. — и он начал расстегивать пуговицы. — Ты шантажируешь меня стриптизом? — насмешливо заметила я. — Почему бы и нет? — пожал он плечами, после чего что-то вдруг резко привлекло его внимание. — Ты играешь? — Что? — не поняла я и проследила за его взглядом. Кажется, он имел в виду гитару, стоявшую в углу моей комнаты. — Эм… нет, но мама играла. — ответила я. Ничего не ответив, он молча направился к гитаре, после чего взял ее и начал проводить по струнам, будто проверяя их. — А ты играешь? — задала я ему его же вопрос. — Ну… — он в очередной раз провел по струнам, и издавшаяся мелодия вмиг разнеслась по комнате. Найл посмотрел на меня и неожиданно, под звуки играющей гитары, раздался его нежный голос. — У меня есть девушка одна, когда я с ней, то замирает время, как только она глянет на меня... — он сделал паузу, и моё сердце остановилось. — из её рта течет огромная слюня. — закончил он и засмеялся. — Не правда! — возмутилась я. — А когда она возмущена, ее тон пискляв, как никогда. — продолжал он. — Заткнись! — я была смущена и, в какой-то мере, зла и обижена. — Не обижайся, детка, на меня, ведь просто я люблю тебя. — закончил он, и на этот раз мое сердце действительно остановилось. «Я люблю тебя» — эхом воспроизвелось в моей голове. Найл, похоже, понял то, что только что произошло, и улыбка на его лице начала медленно угасать. Он отложил гитару и поднял на меня внимательный взгляд. Я должна что-то сказать или сделать, а не сидеть здесь, как парализованная. Человек только что признался мне в любви. В любви. А я сижу здесь и не знаю, что делать. — Я… я… — «тоже люблю тебя», ну же, Эмили, что в этом сложного? — Нет. Ты не должна. — вмиг остановил меня Найл. — Но… — Если ты не можешь, значит ты ещё не готова. Не нужно выдавливать из себя это. Я тебя ни к чему не принуждаю, хорошо? — ответил он, и я медленно кивнула, опуская свой взгляд. В его голосе был странный намек на боль, и мне от этого стало плохо. Ну почему мне опять нужно было всё испортить? Тут Найл подошел ближе и поцеловал меня в лоб. Этот поцелуй был нежным и медленным, как будто он старался передать через него все свои чувства, чтобы я тоже смогла ощутить их, и я действительно могла, но непонятная боль всё равно окутала моё сердце, как будто это одно из чувств, которое пытался передать Найл. — Мне нужно идти. — быстро проговорил он и отстранился. — Найл. — остановила его я, и он обратил на меня взгляд. — Увидимся в школе? — Конечно. — еле улыбнулся он, после чего быстро переоделся в свою одежду и ушел. Увидимся в школе? Серьезно? О боже, я ужасный человек. Мне действительно очень сильно нравится Найл. Нравится…. он мне нравится. Закрываю лицо руками, вздыхаю и падаю на кровать от безысходности. POV Найл. Я не виню её и не жалею о своих словах. Ей просто нужно время. Она слишком долгое время была одна, поэтому ей нужно время. Но меня не покидает одна мысль, которая скребется в моей голове, не давая покоя. Она могла быть не готова только потому, что ей до сих пор нравится Стайлс, каким бы он не был мудаком. Любовь не так уж и легко забыть. Черт, если бы она только знала, что он собирался с ней сделать, но она не узнает. Ни в коем случае. Это принесет ей боль, а я не хочу, чтобы она чувствовала боль. Я хочу видеть, как она широко улыбается, громко смеётся, хочу видеть блеск в ее глазах, хочу, чтобы она жила, по-настоящему жила. Она даже и не подозревает, что я видел, как она спеша выходит из машины, опаздывая на свой первый урок. Видел, как она мялась возле двери, никак не решаясь войти. Она привлекла моё внимание только потому, что я посчитал её странной, ведь любому другому подростку было бы плевать на то, опоздал он на урок или нет, но ей не было. Я даже посчитал её местным ботаником. На удивление симпатичным ботаником. Когда я вошёл в класс, то тут же узнал её. Она кинула в меня мимолётный взгляд, но ей было всё равно, она была погружена в свои мысли, еле заметно улыбаясь. Когда произошла наша первая стычка со Стайлсом, её реакция была тоже мимолётной, не такой яркой, как у остальных. Она была тихой, как будто находилась в своем собственном мире. В мире, в котором она была одна. И именно тогда, мне скорей всего и захотелось стать частью этого мира. Я до сих пор хочу.