Ледяная принцесса

      Я стремительно неслась подальше от этого замка, по голубому небу на прозрачно-голубых крыльях. Когда я взмахивала ими, дул холодный ветер, а вокруг меня появлялись снежинки.              Мой полет продолжался недолго: сумерки спускались. Наконец увидев маленькую поляну, которую скрывали большие деревья, я описала огромный круг и по спирали начала спускаться, паря на своих застывших крыльях.              В спешке я забыла свою сумку «в своей бывшей пятиминутной комнате», а там были и деньги для гостиницы, и все самое необходимое.              «Придется ночевать здесь», — решила я. Забравшись на дуб и устроившись на одной из веток, грустно улыбнулась, вспоминая свое детство.              Мне всегда говорили, что я должна быть солнечным ребенком, а не зимним. Они говорили, что холод добрался до меня в чреве матери: когда я появилась на свет, моя кожа была бледной, почти голубой и ледяной. Так холод оставил на мне знак, сделал своей.              Почти все представители моей семьи (кроме мамы, бабушки и братьев) были магами льда, но они любили тепло, и нормально относились ко всему теплому. Их не ослабляло солнце, горячая вода и все, что связано с теплом. А мне тепло было неприятным.              Я редко выходила из главного дворца. Друзей у меня не было. Все в Амиосакире восхищались моей диковиной красотой: бледная кожа, белые волосы и большие ясные голубые глаза. Я улыбалась, но фальшиво.              Мать часто ласково обнимала братьев и смеялась над их шутками. Меня тоже не миновали её объятия, особенно долгими холодными вечерами в Сеоне. Но в такие моменты она не улыбалась, а лишь крепко прижимала меня к себе, и крупные слезы бежали по её красным щекам. В Амиосакире она не обнимала меня, так как была занята.              Впрочем, там все были заняты все, кроме меня.              Амиосакир был летним городом, а моя мама любила лето и тепло. Ну она же огненная магиня.              Иногда мне казалось, что мама всегда хотела видеть во мне немного тепла и любви, но всякий раз, когда она прикасалась ко мне, от меня веяло холодом, и от этого она плакала больше. Я никогда не умела выражать свои чувства, ну до того, как сюда попала, но даже и сейчас я люблю холод.              Моя мама обняла меня в последний раз перед смертью, и я бы все отдала лишь бы обнять её еще раз.              На рассвете меня разбудил кто-то, и этот кто-то настойчиво звал меня. Открыв глаза, я увидела Опачо с подносом еды, не обратив на него внимание, я снова закрыла глаза, до того момента, когда до меня дошло где я.              «ОПАЧО?! КАКОГО?» — с такими мыслями я вскочила с кровати, но неудачно зацепившись за одеяло, полетела вниз, всплеснув при этом руками и, пожалуй, довольно комично дрыгнув ногами, нечаянно задев поднос на руках Опачо, состав которого благополучно оказался на моих волосах, руках и одежде. Мне выпала честь столкнуться с бетонным полом.              Некоторое время я так и лежала с единственным вопросом, который решила озвучить:              — Опачо, миленький, объясни, Какого черта я здесь забыла?              Но как только он хотел мне что-то ответить, как дверь открылась, а на пороге замер Хао. Смотря на такую эпичную картину, его брови поползли вверх от удивления.              — Что здесь произошло? — равнодушно спросил он.              — Это я должна спрашивать! — возмущенно ответила я.              На моё возмущение он усмехнулся, как настоящий маньяк-убийца. Дернувшись, я резко села и в растерянности смотрела на него.              — Я ведь говорил, далеко не убежишь. Нагулялась, пора и обратно!              — Как это обратно? — вытаращилась я. — Я тебе ничего не обещала!              — Верно, — Хао кивнул. — Но я уже сказал тебе раньше, что ты будешь жить здесь!              — Да что за… Я не хочу жить в этом чертовом доме!              — Элианора, а кто тебя будет спрашивать? — он прищурился. — Твоё мнение меня не интересует.              — Как?              — Что «как»? — недоуменно спросил он.              — Как ты меня нашел? Это практически невозможно.              — Холод… — уклончиво ответил он.              Я удивленно посмотрела на него а-ля «Чего?»              — Холод, который исходил от твоего духа. Мой дух — дух огня, а твой дух, наверное, холода.              Я промолчала. я и забыла, что кольцо не действует, когда я использую силу. И он назвал меня «шаманкой», значит, придется сыграть свою роль.              Тяжело вздохнув и устало закрыв глаза, я спросила у него:              — Что тебе нужно лично от меня?              — Пока ничего, кроме правды.              Он сделал пару шагов ко мне и присел на край дивана. Я встала с каменного пола, и оглянула себя: на моих волосах и одежде была каша с каким-то соусом. От неприятных ощущений я поежилась, никогда не любила что-то на своей одежде, волосах и теле. Может, и другие не так и отреагировали бы, но я не могу. Неприятно, даже очень.              Я оглянулась по сторонам: та же комната, только без следов моей магии, и окно закрыто. Опачо куда-то пропал. Предатель, кинул меня с этим кровожадным шаманом.              Заметив мой печальный вздох и взгляд, направленный в сторону окна, Хао усмехнулся и прищурился.              — Забудь о побеге, я запечатал все окна. Наказание получишь позже, а пока привыкай к дому, ты не заскучаешь.              Я промолчала. Оспаривать его слова я не стала… это был не тот случай, он меня не убил, хотя бы это радует.              Он легко поднялся и не оборачиваясь вышел.              Оставшись в одиночестве, я поплелась в сторону ванной комнаты, нужно смыть с себя этот «завтрак».              Я быстро сполоснулась под холодным душем, смыв с себя «завтрак».              Я нацепила на себя короткое белое платье, после чего оглядела полученный результат в зеркале и поморщилась: «Черт возьми, а щека-то красная, словно после удара кулаком, и не хилого удара. Чертов пол и моя неуклюжесть!»              Досадливо закусив губу, я с неудовольствием зыркнула на собственное отражение. Мысленно хлопнув себя ладонью по лбу, вспомнила, что я маг льда, и могу использовать лечебный холод, чтобы синяка не было.              Дотронувшись к своей щеке холодной ладонью, тихо шепчу:              — Холод, приди и восстанови.              Моя ладонь вспыхнула белым свечением и окутала пострадавшую часть моего лица. После того, как я закончила, еще раз осмотрела свое отражения. Привычным движением скрутила волосы в высокий хвост и вышла из ванной.              Со стоном я повалилась на кровать и пролежала так 3 часа, не подавая признаков жизни, мне казалось, будто время остановилось.              За 2 года я так устала от всей этой беготни. И опять все по кругу. Сначала Амиосакир, потом герцог Эверон, после охотники и гончие, а теперь этот псих-шаман Хао. Я прям чувствую себя королевой лузеров и неудачников. Если бы не Аарон, Ион и Уна я бы свихнулась в этом мире. Я все никак не могу забыть этого изверга — герцога Эверона. Не могу простить, ненависть к нему заставляет моё сердце леденеть еще сильнее. Я должна ему отомстить и спасти своё королевство…              Я так глубоко провалилась в свои мысли, что не заметила Опачо, который отчаянно и взволнованно звал меня.              — Элианора! — услышала я сквозь туман рассуждений бархатистый голос Хао. —Элианора!              И вот тут я пришла в себя. Пару раз моргнув, повернулась лицом к Хао и удивленно посмотрела на него. Он как-то хмуро смотрел на меня, а Опачо вообще испуганно.              Я, кажется, так глубоко задумалась, что не заметила, как снизила температуру своего тела до нуля, а цвет моей кожи стал немного бледно-голубоватым.              — Э-эм, чем обязана, — пролепетала я, хотя понимала «чем».              — Опачо, оставь нас, — обратился он к ребенку таким бесцветным голосом.              Не успела я моргнуть, как Опачо уже не было в комнате, а Хао смотрел на меня выразительным и немного яростным взглядом, своих шоколадных очей.              — Что? — непонимающе спросила я.              — Что? — издевательски переспросил он. — Ты чуть не заморозила Опачо, и до смерти перепугала его. Когда я пришел, увидел такую картину: ты лежишь бледная, да что там бледная, ты была синей, а глаза приобрели остекленевший вид. При этом ты не издавала никаких признаков жизни, Опачо отчаянно звал тебя, и хотел тебя «разбудить», как прикоснувшись к тебе, чуть не превратился в снежную фигуру. И как это понимать, Элианора?              Я виновата опустила голову, и потупила взгляд. Стыдно, как же стыдно, Опачо второй раз хотел мне помочь, а я его чуть ли не убила.              — А это ты разморозил Опачо? — так, между прочим, спросила я, игнорируя его вопрос. А зря…              Он приподнял одну бровь, спрашивая:              — Ты серьёзно?              — Мой дух… — начала было я, как Хао жестом руки меня остановил.              — Элианора, — сквозь зубы прошипел он. — Не играй со мной. Духи не владеют контролем над телом шамана, пока они не воссоединятся. Ты не шаманка и не «обычный» человек. В последний раз даю шанс рассказать о себе, иначе ты пожалеешь.              — Если я тебе все расскажу, ты отпустишь меня?              — Это будет зависеть от того, насколько ты будешь искренней.              — Хорошо, я тебе расскажу, — тяжело вздохнув, я начала свой рассказ. — 3200 лет назад шла война между людьми, шаманами и магами. Если быть точнее, война была против магов. Изначальная цель шаманов и людей совпадали, то есть «тотальное уничтожение магов». Это была одна из жесточайших войн, которая продолжалась 200 лет. Многие погибли, но больше всего погибли маги. Причина — власть за трон. Это, конечно, была ложью, настоящая причина — страх и сила. Люди убивали из-за страха за будущее, из-за неизвестного, а шаманы ради силы. Известно, что самый сильный дух для шамана — это маг. Выжившие смогли спастись. Герцог Эверон нашел портал в другой мир и с помощью шестигранного кристалла открыл портал, соединяющий этот мир и мир магов. Во главе с генералом они создали империю Амиосакир, состоящую из 3-х частей, город магов огня — Амено, город магов земли — Энессо и город ледяных магов — Сеон, или же Ледяное королевство. Империя магов существует более 3000 лет. После смерти правителя Адена началась ужасающая война за трон. Герцог Эверон, лучший друг правителя, его правая рука, — я с силой сжала руки, — заявил свои права на трон. Эта бездушная, неблагодарная тварь, издал приказ об уничтожении королевской семьи Те Онер. Королева, пожертвовав собой спасла последнюю наследницу трона, 13-летнюю кронпринцессу. Прошло 2 года, принцесса на данный момент живет в этом мире.              Про Аарона и Иона я умолчала, как и своё истинное происхождения.              — Я Элианора, её защитница и подруга. Мне был дан приказ найти одного сильного шамана, — я так искусно врала, что сама себе чуть не поверила, спасибо Иону. — Как ты уже знаешь, наша магия не действует на охотников, и мы хотим изучить их мастерство. С помощью этих знаний мы могли бы победить охотников и вернуть власть принцессе. А ты не хочешь отпускать меня.              Последнее моё слово он наглым образом проигнорировал.              — Какого шамана вы ищите? — задумчиво смотря на меня, спросил он.              — Это один из лучших шаманов, я слышала он покорил пятиконечную, или восьмиконечную, Бог знает какую, звезду.              Его бровь поползла наверх.              — Он суперкрутой шаман, не то что ты! Говорят, у него самый сильный дух огня, не то что твой.              Его вторая бровь поползла за первой. Он смотрел на меня как на умалишенную.              — Ты хоть знаешь о ком говоришь? — насмешливо спросил он.              — Конечно! — воскликнула я. — Шаман Асакура, хотя имени я не помню!              Клянусь, он удерживает свой смех всеми силами. Что такого смешного я сказала?!              — Ты с ним встречалась? — улыбаясь спросил он.              — Конечно! — без зазрения совести соврала я. — Его глаза такие красивые, что их трудно не запомнить.              Почему-то я подумала о глазах Хао. Они действительно красивые, затягивают словно… тьфу ты, о чем это я, ах да, шаман Асакура.              И тут он засмеялся, искренне. Я возмущенно на него посмотрела.              — И чего такого я сказала, что тебя так развеселило, — сложив руки на груди, спросила у него.              — Да нет, просто ты то меня хвалишь, то оскорбляешь. Даже не знаю.              — Чего?              — Я Асакура Хао, и пятиконечная звезда, а не восьмиконечная, — ухмыляясь сказал он, смотря как моё лицо вытянулось.              — Нет… — простонала я, закрывая лицо руками. — О Боже…              — Та-а-ак, что там насчет моих глаз? — коварно ухмыльнувшись, спросил он.