Давай побудем вместе

Ванесса Фелиция стала званым и всегда желанным гостем в доме Лоика и Иветты. Кэти и Нико стали часто отдыхать вдвоём, скидывая опеку на австрийку, что ничуть не смущало последнюю. С момента отъезда Нотте прошло уже около месяца, за который Несси прилично выросла, а Алекс стал настоящим защитником дома. Резвый прекрасный пёс, любящий ласку, но озорной и временами забывающийся, что приводит к следам от укусов на руках и ногах Ивы. Ребенка он не трогает, иногда побаиваясь странного кричащего существа, но старается защищать и ловит мух и прочую живность, что норовит сесть хотя бы рядом с Фелицией. Второе имя дано ей от бабушки, на которую она всё больше становится похожа, обходя сходство с матерью. Поздний вечер в Вене - самое прекрасное время для Ивы, потому что раздается желанный звонок от Нотте, временно проживающего за океаном. - Привет, принцесса, - Лоик сонно улыбнулся и сладко зевнул, словно котёнок, - Я смотрю, при тебе твоя банда. Рядом с Иви сидел Алекс, положив голову на ее плечи, а в люльке смирно спала Несси. - Да уж, держу всех здесь. Как спалось, Лоик? - Неплохо, - ответил Нотте, размешивая ложечкой сахар в кофе, - но с тобой-то лучше. Спустя пару минут разговора проснулась Ванесса, заставив уже спящего Алекса встрепенуться и навострить слух, смешно сдвинув ушки, которые были слишком большие по отношению к голове и всему телу. - Смотри, кто звонит, Несс, - девушка развернула малышку к ноутбуку, и та притихла, увидев Лоика, - узнаешь хоть? Я, например, скоро перестану узнавать этого человека. - Опять ты шарманку заводишь, Вета. Дальше снова полились разговоры, которые были абсолютно ни о чем, но настолько важны, что нельзя оценить это по достоинству. Глупые, бессвязные слова и быстро перескакивающие темы всяко лучше, чем затяжные разговоры об одном, будто трешь совсем старый кусочек мыла. Телефонный звонок Иветте разносится по всей гостиной. Незнакомый номер. - Это Ива? Мы нашли Ваш номер последним в телефоне Кэйтлин. Она с мужем попала в аварию, Кэйт в реанимации, супруг скончался на месте. Иветта закрыла глаза, пытаясь совсем не потеряться. Совсем потеряв слух, она не слышала ни крика Лоика через экран, ни плача Ванессы, ничего. Пульс стучал в голове, не давая услышать ничего кроме. Нужно сдержаться, чтобы не испугать ребенка. - Они в аварию попали, Лоик. Нико там, на месте прямо, а Кэти в больницу увезли и... Слезы потекли по щекам впервые за долгое время, но Иветта не издала ни звука, пытаясь держать крик в себе. Маленький человек, который держит в себе слишком много. - Не.. Не паникуй, я рядом, я с тобой, пожалуйста... Почему все обрушивается так резко? Иветта взглянула на лежащую в ее руках Ванессу и задалась вопросом: почему этот ребенок существует всего 1 месяц, 30 суток, а уже не имеет отца и не факт, что мать останется в живых. Иветта на автомате собирается, и мчит в больницу на машине. Ванесса в люльке не подозревает, что скоро встретит либо полуживую мать, либо вообще не встретит ее больше никогда. Иветта входит в реанимационную палату. Кэти лежит под трубками и капельницами, вся в какой-то крови и царапинах, покалеченная и избитая. Едва заметив Иву, пытается безуспешно дотянуться до тумбы, на которой лежит сверточек бумаги. Иветта сама берет его, и руки Кэти касаются рук Ивы, чтобы та крепче взяла лист. Погасшие светло-голубые глаза с последней улыбкой взглянули на австрийку. - Прочитай, там всё расписано, - половину слов было едва слышно из-за сильной хрипоты, - береги Несси, пожалуйста. Я не успела побыть хорошей мамой для неё... Слезы потекли по израненным щекам, и живые глаза стали стеклянными навсегда. В палату зашла медсестра и вывела истерично плачущую Вету. Последняя подглядывала в окно, как санитарка отключает трубочки и капельницы от бездыханного тела. Не может такого быть, будто страшный сон, от которого Иветта не может опомниться. Раскрывает листок. " Милая, дорогая Иветта. Я успела побыть мамой для моей крошки только 1 месяц, но 9 - счастливо вынашивала ее под сердцем. Возможно, когда ты читаешь это, меня уже нет в живых. И Николаса тоже, я это сразу узнала. Единственное, что хочу попросить - забери Ванессу к себе, не отдавай в детский дом, умоляю. Я бы заплатила любые деньги, но не могу, потому что уже не дышу. Будьте счастливы. Пожалуйста, поцелуй Несси прямо сейчас и скажи, что я ее очень люблю. Спасибо за всё. Твоя Кэйтлин." Бережно записанные рукой медсестры последние слова британки повергли Иветту в шок. - Мне очень жаль, Иветта, - вышедшая из палаты медработница похлопала рукой по плечу Веты и, вздохнув, ушла по своим делам. Она ушла, закрепив статус смерти, а Ива так просто поступить не может. Теперь на ее плечах - дочь. Чужая, но такая родная. Она никогда не станет балластом. Дрожащие руки набирают еще один родной номер. - Лоик, у нас, кажется, теперь есть ребенок. - Ты о чем вообще? - Оба погибли, Лоик, оба. Кэт прямо на моих глазах, и... завещала, чтобы мы оставили Несс у себя, чтобы я не отдавала ее никому, Лоик, никому... Голос срывался от отчаяния. Уже второе испытание. Нотте вошёл в ступор, не понимая, как в один день все так случилось. Он теперь отец. Самый лучший для Несс. Через 12 часов он уже тут, в австрийской столице. Входит в дом и судорожно бросается к Иветте, сидящей на диване с Ванессой. Она, будто бы ничуть не удивившись, улыбается улыбается в плечо мужа, вновь срываясь на плач. - Всё будет хорошо, мы всё преодолеем. Теперь их в семье четверо. Алекс, Лоик, Иветта и Ванесса, пока еще не Нотте. Четверо человек, двое из которых всегда будут нести на своих плечах ответственность перед Кэйтлин и Николасом, чьи стеклянные глаза навсегда отпечатаются в памяти Иветты и долго будут мучить во страшных снах.