Она

      Время летит так быстро!       Правда, не успеваешь оглянуться, и вдруг понимаешь, что подходит к концу целый год.       Целый год я в Приюте.       Подумать только, сколько всего происходит с момента моего прибытия, и все эти события укладываются в первые два месяца моего пребывания здесь. Оставшаяся часть года проходит тихо: никаких женских голосов в моей голове, никаких воспоминаний во снах, лишь несколько имен из списка подтверждают наши догадки, но все заканчивается благополучно. Мы с Минхо тренируемся общаться телепатически, я часто разговариваю с ним, пока он в лабиринте. Мы даже пробуем пару раз проворачивать очень интересную и практичную вещь: он, по ходу своего продвижения, диктует мне направления и масштабы, а я сразу же зарисовываю. Мы отказываемся от этой затеи, когда понимаем, что не сможем это никому объяснить. Уточню, что даже Ньют не в курсе. Ни одна душа.       Ньют все такой же добродушный балбес, Минхо все такой же остряк и грубиян (но только не со мной, слава Богу!), я все такая же странная и по-детски наивная.       Так и живет наша скромная компания, пока не наступает этот знаменательный день: сегодня год с моего прибытия, а это значит, что вечером нам присылают нового Чайника.       Весь день пролетает довольно быстро - я сначала помогаю Червякам в саду, затем мы с Ньютом идем к Ящику.       Слышу характерные стук и скрежет металла — лифт поднимается.       Железные створки раздвигаются, и мы видим перепуганного парня. Довольно высокий, с темными волосами и россыпью родинок на лице. Он озирается по сторонам и пятится в угол.       Гэлли прыгает вниз, чтобы помочь парню выбраться из Ящика. Хватает его за руку, и подтягивает вверх со словами: — День первый, Чайник. Проснись и пой!       Парнишка все еще туго соображает - стоит ему оказаться зажатым в плотном кругу Приютелей, он, видимо, начинает паниковать.       Круг шенков смыкается прямо перед моим носом, и я, проклиная свой маленький рост, пытаюсь найти место, с которого можно что-то разглядеть.       Не найдя такового, раздосадовано пинаю камень и, ругнувшись про себя, направляюсь к лесу, чтобы посидеть-подождать, пока все разойдутся.       Дожидаюсь этого момента и вижу, что Чайник бежит от ребят прямо ко входу в Лабиринт.       Стоит мне подумать, что парень сейчас и правда сбежит из Приюта, как тот падает, и его нагоняет Алби, а затем и Ньют.       Иду к ним и слышу обрывок фразы светловолосого: — Я уж подумал, что ты будешь бегуном, парень!       Хлопает новенького по плечу и смеется.       Подхожу к Чайнику и тяну руку для рукопожатия: — Привет, я Таиша.       Он ошалело смотрит на меня, но тянет руку: — Прости, я... Не помню своего имени, — он виновато смотрит на меня, я лишь смеюсь. — Да ладно тебе, так со многими было. Втянешься.       Алби приставляет к новенькому предыдущего Чайника, милого пухлого парнишку Чака. Тот должен будет следить за новичком, чтобы тот не наделал глупостей.       Скоро бегуны возвращаются.       "Ну что, не слопали тебя гриверы?" - мысленно обращаюсь к Минхо.       "И не надейся, цыпа. Я жив и здоров. Как новый Чайник?"       "Вполне себе ничего. Симпатичный, еще заделал забег на дистанцию от ящика до того большого пня возле Живодерни".       "Эй-эй, полегче! Что, симпатичнее меня?" — понятия не имею, как, но я чувствую обиду в его мыслях.       "Ни в коем случае!" — интересно, а он слышит мой мысленный смех?       "Отлично, потому что я уже на подходе и не прочь надрать задницу какому-нибудь шенку".       Смеюсь и иду к Картежной — работу никто не отменял.       Через пять минут в помещение вбегает запыхавшийся Страж Бегунов собственной персоной: — Видел я твоего Чайника, ничего интересного.       Закатываю глаза и улыбаюсь.       Вскоре подтягиваются и остальные бегуны, Ньют, который как раз поспевает вовремя, начинает болтать про новичка, чем заставляет Минхо злиться и смешно дуться, поглядывая в мою сторону, что меня, в свою очередь, заставляет хохотать.       Разобравшись с чертежами иду на Поляну: сегодня будет большой Костер в честь Чайника.       Выходим на улицу, уже смеркается.       Стоит нам приблизиться к основной массе, обступившей, видимо, новичка, Минхо берет меня за руку и задирает нос.       Как типично.       Лишь хмыкаю и веду его и Ньюта, который, кстати, знатно угарнул над попыткой Минхо показать, что я, вроде как занята, и теперь идет, зацепившись за руку бегуна и канючит: — Минхо, никогда не оставляй меня! Минхо, я люблю тебя!       Нахожу местечко для нашей компании и усаживаюсь поудобнее.       Гэлли снова устраивает драку-игру "Вытолкни мою вредную задницу из Круга".       Вижу, как он заставляет бедного новичка участвовать. — Ну, салага, давай, покажи, что можешь!       Одобрительный гул со всех сторон. — Я тебе не салага, — ого, а у нашего Чайника крутой нрав!       После нескольких неудачных подходов, новичок вдруг выкрикивает: — Томас! — он смотрит по сторонам, и, найдя меня и улыбнувшись, кричит: — Меня зовут Томас!       Машу ему рукой и чувствую, как мой сосед, а это никто другой, как Минхо, сжимает кулаки. — Ой, ну прекрати! Просто сегодня я с ним поздоровалась, а он не смог вспомнить имени. Вот, наверстывает.       Бегун лишь закатывает глаза, но я вижу, что он расслабляется.       Стоит мне глянуть в сторону Костра, как я застаю такую картину: Томас выталкивает Гэлли за круг. Второй раздувает ноздри и, дождавшись, пока новичок отвлечется, делает подсечку, и Чайник падает. Нечестно!       Ребята поднимаются и жмут друг другу руки. Все поднимают бокалы с тем странным напитком, вместо которого мне снова выдали сок, и начинают скандировать имя Томаса.       Вскоре настает время всем расходиться. Вижу, что Алби ведет Томаса к стене, видимо, чтобы тот высек свое имя.       Мы же идем к опушке леса, только в этот раз Ньют решает доставать нас весь вечер, так что он притаскивает свой мешок к нашим и ложится с нами спать.       Мы с Минхо как обычно берем друг друга за руки, а светловолосый тянет к бегуну ногу, со словами: — Возьми ее, сладенький, мне так страшно спать одному!       В этот раз на смех пробирает и меня, азиат лишь раздраженно зыркает в сторону друга и заваливается спать.       Скоро и я проваливаюсь в сон, уверенная, что все будет хорошо.       Как же я ошибалась.